Алгебраист - Иэн Бэнкс

Для других это означало, что их близкие в других уголках галактики, на другом конце погибшего портала, больше никогда их не увидят. Двести четырнадцать лет до Зенерре — почти два века пути для света, а значит, ровно столько же для послания или сигнала, отправленного оттуда к Юлюбису; возможно, три века, до того как червоточину восстановят, даже если инженеры сразу же вылетят на специальном корабле вместе с порталом.

А кто мог знать наверняка, остались ли инженеры или большие корабли? Может быть, одновременно с порталом Юлюбиса подверглись атаке и уничтожены все остальные? Может быть, перестала существовать и сама Меркатория, и теперь нет ни Комплекса, ни артерий, ни единого портала, а от величайшей из последних цивилизаций галактики осталось только множество разрозненных архипелагов, раздробленных, заброшенных и одиноких.

Ничто в постоянном потоке информации, протекавшем через портал перед самым его уничтожением, не свидетельствовало о такой всегалактической атаке. Впрочем, даже за десять минут до нападения не было никаких признаков и угрозы, надвигающейся на портал Юлюбиса; лишь перед самой атакой, словно ниоткуда, во всем своем блеске появился флот запредельцев — такой многочисленный, какого прежде у Юлюбиса и не видели; и вот этот флот бросился на самое мощное в системе скопление кораблей и, теряя сотни своих судов (фактически не обращая внимания на корабли защиты, разве что те оказывались непосредственно на пути) и не считаясь с потерями, стал пробиваться к устью портала и в конечном счете уничтожил все вокруг себя взрывами антивещества — одного этого было достаточно, чтобы система оценила масштаб случившегося, — так что в небесах образовалось и почти мгновенно угасло скопление новых звезд, своими всепроникающими лучами ослепивших тех, кто находился в непосредственной близости, и превративших в туман не только почти весь остаток флота запредельцев, но и многие корабли их преследователей.

Некоторое время казалось, что цель не была достигнута, так как последняя линия обороны, а вместе с ней и сам портал устояли.

Но оказалось, что вся атака была лишь отвлекающим маневром, а настоящее нападение произошло, когда огромный корабль (выдолбленный изнутри астероид весом несколько миллионов тонн, скорость которого превышала девяносто девять процентов от световой) вынырнул совсем с другой стороны. В некотором смысле он тоже промахнулся — пронесся в ста метрах от устья портала и столкнулся с несколькими военными лазерными спутниками: те еще не начали поворачиваться в сторону корабля, когда он врезался в них и мгновенно уничтожил со всеми вспомогательными и ассоциированными системами портала, вызвав в небе еще одну невероятную световую детонацию.

Однако сам портал был уничтожен не этим, а релятивистской массой корабля-жертвы.

Порталы устанавливались только в точках либрации или на других орбитах, удаленных от больших небесных тел, потому что могли функционировать лишь на сравнительно плоском участке пространства-времени. Чуть увеличь градиент (вблизи гравитационного колодца планеты или другого массивного объекта), и они уже не работали. Чуть увеличь еще — и портал схлопывался и исчезал, обычно не без фейерверка. Осуществивший таран корабль-астероид был таким массивным, а его скорость настолько близка к световой, что его эффективная масса практически сравнялась с массой такой планеты, как Сепекте. Прохождения этого гравитационного колодца в такой близости от устья портала (а особенно на такой скорости) оказалось достаточным, чтобы уничтожить портал и червоточину, озарив всю систему еще одной апокалиптической вспышкой.

Последние остатки предыдущей волны нападавших немедленно бросились в бегство, но были либо уничтожены, либо подбиты с последующим самоуничтожением.

За два дня до этой атаки Фассин был то ли в космосе, то ли на Сепекте — сидел во вращающемся ресторане на вершине боркильской Эквабашни и обедал с Тайнс Йарабокин, которая должна была отбыть в Академию Объединенного флота на следующий день — по завершении предоставленного ей в связи со смертью матери длительного отпуска. Перед этим Фасс целый месяц таскался по самым сомнительным и нездоровым заведениям Скема, второго города Сепекте. Он чувствовал себя пресытившимся, даже старым.

После происшествия в разбитом корабле они с Тайнс поддерживали связь — правда, особенно близки друг другу не стали, хотя немного спустя и провели вместе ночь. Салуус после случившегося отдалился от них обоих, потом мотанулся за полгалактики в завершающий колледж, после чего в течение десятилетий оставался бельмом на глазу у своего разгневанного папочки, этаким плейбоем, который, лишь изредка и без предупреждения наведываясь в систему Юлюбиса, более или менее постоянно вел в галактическом масштабе тот же образ жизни, что Фассин вел с большими перерывами в масштабах системы.

Суборбитальное спасательное судно прибыло к руинам корабля, лежавшего в Северной пустыне Глантина, несколько минут спустя после вызванного Тайнс корабля Навархии. Спасатели проникли внутрь и обнаружили тело Айлен. Состоялось расследование. Гражданские власти оштрафовали Сала за вторжение внутрь корабля на расстояние, превышающее то, которого требовала защита от внешней угрозы, а военные наградили Тайнс за ее действия введением дополнительного курса в программу ее обучения.

Фассину благодаря показаниям Тайнс светила какая-то награда за гражданское мужество, однако он сумел отмазаться от ее вручения. Он никому не говорил о куске скрученного металла, похищенного Салом из разбитого корабля, но Тайнс сама подняла этот вопрос за обедом в Эквабашне. К тому времени она уже знала, что просто не нашла в себе сил отобрать ту железяку у Сала еще раз. Позволила ему оставить этот идиотский трофей.

— Может, это у них вроде дверной ручки или крючка для пальто, — с грустью в голосе сказала она. — Но я ставлю десять к одному, что в шкафчике или на столе у Сала она превратилась в капитанский штурвал или в гашетку батареи главного калибра.

Тайнс посмотрела на горизонт вдали и на близкую скользящую поверхность Сепекте; ресторан вращался, создавая гравитацию в этом царстве невесомости, обиталище, привязанном на максимально возможном расстоянии — сорок тысяч километров. Другой конец троса касался земли в Боркиле, столице Сепекте.

— Черт побери, ты все время знала, — сказал Фассин, кивая. — Наверно, этого и следовало ожидать. Мимо тебя ничто не проходит.

Тайнс во всех смыслах заделалась птицей высокого полета — она делала великолепную карьеру в Вооруженных силах Навархии и подлежала назначению в Объединенный флот, одно из высших подразделений Меркатории, куда людей приглашали крайне редко. У коммодора Тайнс Йарабокин был моложавый вид — она хорошо старилась.

Как и каждый из них троих.

Сал, невзирая на свои многочисленные дебоши, мог позволить себе лучшее лечение и, вероятно, получить доступ даже к тем процедурам, что были ему запрещены, а потому казалось, что он прожил со дня гибели Айлен гораздо меньше, чем реально прошедшие сто три года. Недавно даже появились слухи, что он намерен остепениться, стать хорошим сыном, заняться бизнесом, найти себе место в жизни.