Отмели космоса - Антон Якушев

– Сроки сорвутся, если там меня пристрелят, Сэнду.

– Нет, Бубнов, – бюрократ выделил интонацией фамилию капитана, словно передразнивая его привычку обращаться к другим по именам, – они сорвутся, если федералы пронюхают, что ситуация с Легионом ни разу не под контролем и припрутся сюда. А мы достаточно наследили, они могут срисовать склад с грузом. Или корабль. Или ещё что. Всё, приехали.

Мы покинули машину и подошли к грязному зданию с двумя подъездами. Небольшое, облупившееся, четырёхэтажное. Сэнду глянул в свой БПК – пурпурный, ассиметричный, федеральными стандартами тут и не пахло – и начал распоряжаться.

– Второй этаж. Зайдёте с обоих концов – тут коридоры совмещённые. Всех в расход. Можете не скрываться, всё законно. Пошли.

Чиновник уставился на нас, не понимая, почему мы ещё не кинулись грудью на амбразуру. Команда же ждала приказа капитана, у которого имелся иной взгляд на ситуацию.

– Нет, Сэнду, ты возьмёшь свой ствол и пойдёшь с нами. Будешь проход держать. Стреляй по всему, что выйдет со второго этажа, мы зайдём с другой стороны.

Во взгляде пижона смешались несколько эмоций. Было видно его недовольство тем фактом, что им командует какой-то контрабандист, да к тому же искажает его приказы. Но всё же он смог притупить свою гордость.

– Дьявол с тобой, но дай мне человека, – сказав это, Сэнду подскочил к багажнику своего автомобиля, достал оттуда какой-то лёгкий карабин и армейский бронежилет, который стал спешно натягивать на себя.

– Инес, пойдёшь с ним. И броню отдай.

– Что?

– По тебе стрелять не будут. А по мне будут. Так что выбирай, либо броник, либо будешь караулить выход один.

Кажется, Сэнду хотел сказать что-то оскорбительное, но сдержался и отдал требуемое Бубнову. Разделившись на две группы, мы вошли в здание. Пока мы с Гнидым поднимались по лестнице, Бубнов, идущий позади, начал излагать план:

– Вламываетесь, сразу продвигаетесь, стреляя по всему. Я буду сзади. Вот вход…

Сразу после этих слов дверь открылась и из-за неё попытались выбраться два человека, обвешанные сумками. И пока происходил обмен удивлёнными взглядами, Бубнов выхватил револьвер и парой выстрелов проделал в легионерах отверстия. Дальнейших распоряжений не требовалось – мы с Гнидым залетели внутрь.

Прихожая, везде видны следы спешных сборов. За ней – коридор, простирающийся до другого конца здания, на всём его протяжении – двери по обе стороны. От их количества мне поплохело.

Всё закрыто, кроме двух комнат посередине, там ничем не заблокированные проходы. Наверное, кухня и санузел. Итак, приступаем. Первые две двери по коридору напротив друг друга. Гнидой из автолазера прошивает обе по очереди, после чего ударом ноги сшибает правую. За ней просквожённый труп. Вторая дверь на мне – лежащий безоружный человек, глядящий на меня с ужасом, изо рта течёт кровь. Добиваю выстрелом в голову. Третья – вламываемся по той же схеме, расстреляв замок и просквозив пространство за дверью. Открываем – никого. Два шага внутрь. Сверху со шкафа на Гнидого падает тень, вооружённая ножкой от табурета. Смазанный удар по голове, нападающий пытается перейти в партер, но пара пуль в живот из моего пистолета его откидывают. Поднявшийся Гнидой в расстроенных чувствах выпускает в него очередь.

– Патроны экономь.

Коновал ничего мне не отвечает. В коридоре послышались выстрелы капитанского револьвера. Выглядываю. Труп у открытой двери дальше по коридору. Обмениваюсь кивками с Гнидым и вламываюсь в дверь напротив. В комнате людей нет, только пара кроватей и шкафов. Разряжаю остатки магазина в мебель, перезаряжаюсь. Проверяю шкафы и под кроватями – никого. Если так пойдёт дальше – у нас патроны закончатся быстрее, чем легионеры. Пора и самому начать экономить.

Одной фрагментирующейся пули достаточно, чтобы замок вылетел с мясом. Слышу возню внутри, прижимаюсь к дверному косяку и толкаю дверь, которую тут же разносит на куски выстрелом. Экономия экономией, но жизнь дороже.

Просовываю пистолет в комнату и вслепую выпускаю весь боезапас в том направлении, откуда велась стрельба. Перезаряжаю – последний магазин, да и тот заполнен бронебойными, что сейчас вообще некстати. В этот момент с другого конца коридора по мне начинают стрелять. Ничего не остаётся, кроме как кувырком залететь внутрь только что обстрелянной комнаты. Два тела, оба пока живы. К счастью, в них достаточно отверстий для того, чтобы они прекратили сопротивление и спокойно истекли кровью.

Реквизирую оружие стрелка. Больше всего похоже на полуавтоматический дробовик, но с ним что-то не так. Срываю патронташ с тела, вижу неаккуратно обрезанные самопальные патроны. Проверяю маркировки на стволе – так и есть, это перепил из полицейского травмата. Да, со снабжением у них тут туго.

Выстрелы в коридоре продолжались, но к ним добавились и другие, в том числе и знакомые хлопки. Инес и Сэнду присоединились к перестрелке.

Когда выстрелы стали реже, ко мне в комнату забежал Гнидой. Вновь обменявшись кивками, мы расстреляли дверь напротив, вломились туда. Пусто. Только открытое окно со отпечатком следа на подоконнике. Тем временем у Гнидого осталась последняя батарея для автолазера.

Дальше шли открытые комнаты санузла слева и кухня справа. На другом конце коридора Инес начала смещаться вперёд. Позади меня осторожничал Бубнов, не спешивший продвигаться, как и Сэнду.

С Гнидым рвёмся вперёд – он в санузел, я на кухню. Тут никого, только гарнитур, холодильник, стол с остатками завтрака и грязной посудой, рядом с ним работающая плита и сковородка с кипящим маслом. Там же стояло блюдо, с наваленными на него кусками непонятно чего, судя по всему, обжаренными во фритюре. Эх, а ведь я даже не позавтракал.

Тут раздался крик Гнидого. Я обернулся и увидел падающую фигуру коновала, из которой торчал нож. Над ним возвышалось четырёхрукое нечто. Я выстрелил, но не попал. Противник совершил пируэт и приземлился посреди коридора. В нижних руках были ПП, ими он начал поливать пространство по обе стороны от себя. Я выстрелил ещё раз, но одна из его рук разложилась в небольшой щит, которым он отбил всю картечь, если это была она. Не имею представления, чем снаряжены эти патроны. В следующий момент его другая рука дёрнулась вперёд и меня бросило на кухонный стол, развалившийся под тяжестью удара.

Направленный импульс. Но он промахнулся – основная ударная волна прошла мимо меня и выбила окно. Это значит, что автонаведения, как у Двадцатки, у него нет. Следовательно, шансы есть.

Долетев на столешнице до пола, чувствую спиной вилку, пробивающую кожу. Сдавленно стону и выхватываю пистолет. Стальной урод это замечает, но я успеваю выпустить три пули, две из которых попали в него. Четвёртую он умудряется отбить, после чего подскакивает к останкам стола и замахивается щитом. Кажется, мне намереваются отсечь голову предметом, явно для этого не предназначенным. Пятая пуля пробивает его торс и меняет траекторию движения, мешая моему обезглавливанию. Тем не менее он успевает выбить пистолет из моей вытянутой руки.