Страна рухнувшего солнца - Михаил Михеев

Ну и совсем уж расклады ухудшались из-за личностей руководителей обороны Сингапура. Командовал военно-морской базой контр-адмирал Спунер, общее руководство осуществлял сэр Артур Эрнест Персиваль. Не лучший выбор…

Генерал-лейтенант Персиваль, боевой офицер с опытом Первой мировой войны и интервенции против Советской России, оказался на чересчур высокой для себя должности. Такому можно доверить, например, дивизию (индийские части, подготовкой которых он руководил, несмотря на то, что состояли в основном из новобранцев, показали себя неплохо), однако для организации эффективной обороны слабо защищенного города его способностей и авторитета оказалось попросту недостаточно. Спунер же и вовсе запаниковал и принялся без приказа взрывать укрепления базы, чтобы не достались врагу. В чем-то логика, конечно, проглядывалась, но не в момент, когда противник еще даже не приблизился. Неудивительно, что его действия лишь спровоцировали панику среди всех, кто находился в тот момент в Сингапуре.

В противоположность британцам, японским войскам повезло с командованием. Генерал-лейтенант Томоюки Ямасита оказался не только храбрым – таких у Японии всегда хватало, но и грамотным полководцем. Вдобавок, изобретательным и умеющим принимать нестандартные решения, благодаря чему действия его войск отличали стремительность и эффективность. И пик его славы пришелся как раз на штурм Сингапура. Не зря за эту операцию он получил прозвище Малайский Тигр.

Бросок на Сингапур вышел таким стремительным, что когда войска Ямаситы вышли к городу, их появления никто попросту не ожидал. А он, используя любые подручные средства вплоть до велосипедов, сумел удивить британцев и застать их врасплох. На этом, в принципе, дело и закончилось. Хотя войск у англичан, если верить бумагам, было даже больше, чем у японцев, но их качество не позволило организовать сколь либо эффективную оборону. Ямасита же, благодаря редкостно бездарным действиям собственной разведки, уверенный, что британцев совсем немного, решительно атаковал – и победил. Город пал прежде, чем многие смогли это осознать.

Возможно, потому, что город достался японцам совсем легко, ибо халяву не ценят, а может статься, из-за уверенности в собственных силах, его оборона с того времени практически не усиливалась. В сторону океана смотрели орудия тех фортов, которые британцы не успели взорвать, еще несколько были восстановлены. Правда, сейчас развернулось интенсивное строительство новых батарей, но в целом мощь береговой обороны не дотягивала и до половины той, что была ранее. Даже минные поля японцы выставить не удосужились, чтобы не затруднять движение собственных кораблей. С суши же, хотя и построили нечто вроде советского укрепрайона, тоже не слишком напрягались. Сингапур располагался сейчас если и не в сердце Японской империи, то и отнюдь не на ее периферии. Неудивительно, что самураи чувствовали себя здесь как дома. Но главной их ошибкой был тот факт, что они даже не подозревали о плотном интересе к Сингапуру со стороны конкурентов.

Раздобыть сведения о состоянии дел в городе и его окрестностях оказалось редкостно просто. Японцев здесь ненавидели все, поголовно. И китайцы, которых островитяне не считали за людей и могли убить просто так, от нечего делать. И бывшие туземные солдаты британской армии, оказавшиеся в лагерях, откуда практически невозможно было выйти живым. И белые люди, попадающие туда же просто так, по одному подозрению. Последние, кроме того, чувствовали себя униженными еще и тем, что пострадали из-за каких-то макак. Одно дело проиграть таким же, как они сами, европейцам. Это дело обычное, привычное, есть правила игры, которые всеми соблюдаются, ибо сегодня ты, а завтра я… Но от папуасов, которые всего-то полвека назад слезли с дерева, – это уже оскорбление, смываемое только кровью. Так что самыми ценными и эффективными поставщиками информации оказались как раз они.

Независимо друг от друга советская и германская разведки (итальянцев решили не привлекать, с этих чрезмерно импульсивных раздолбаев станется завалить любое порученное дело) получили сведения, которые давали возможность разработать план атаки на Сингапур. Риск, конечно, был, и немалый, однако война, особенно на море, вообще задачка с кучей неизвестных. И потому старые корабли, совершив бросок через океан, вышли к городу точно в назначенное время.

Изначально Да Зара планировал строго придерживаться разработанного еще в Москве плана, однако Селезнев предложил свой, альтернативный, более рискованный, но и, в случае успеха, решающий кучу проблем. Четверть века назад нечто подобное делали белогвардейцы еще в гражданскую войну, так что, почему бы и не использовать ценный опыт? Тем более, погода благоприятствовала. Недавно здесь прошел тайфун, зацепив Сингапур всего-то краешком, и из оставшихся после него туч шел не слишком сильный, но порядком снижающий видимость дождь.

Выслушав предложение русских, Да Зара едва удержался от того, чтобы в интернациональном жесте покрутить у виска пальцем. А потом, немного подумав, решил, что и пес с ним, пускай попробуют, тем более, его корабли осуществляли прикрытие и ничем не рисковали. Не получится – вернутся к изначальному плану, только и всего. Ну, будут потери – так и хрен с ними, зато, может, удастся малость сбить с русских их чрезмерную наглость. Да и вообще, изрядно вымотанный походом адмирал пребывал в том же настроении, что и жюльверновский капитан Гаттерас. На полюс! И пускай все катится в ад! Словом, план Селезнева приняли и немедленно приступили к его реализации.

Козырями советского адмирала были, помимо удачной погоды, внезапность и наличие штурмана качественной, еще дореволюционной подготовки, ходившего в эти места не раз и не два. В первый раз аж в девятьсот десятом, гардемарином. С его знанием местных вод и отсутствием минной опасности можно было выполнять достаточно сложные маневры, не боясь вылететь на камни. Последним аргументом были летчики – их дома гоняли в хвост и в гриву, учили пилотировать самолеты в любую погоду, кроме разве что урагана. Плюс морские модификации «Яков» хорошо оборудовались для полетов в сложных метеоусловиях, поэтому дождь, здорово мешающий японцам, советским истребителям был нипочем.

Радары у японцев были на редкость паршивыми. Все же, храбро воюя и имея первоклассный флот, все дыры островитяне не могли заткнуть чисто физически. Очень многое им приходилось закупать. В ту войну радары им поставляли немцы – союзники все же. Быстро убедившись в ценности такого оборудования, японцы готовы были покупать его много и задорого. Однако немцы, тоже отнюдь не дураки, и, вдобавок, наученные горьким опытом прошлой войны^[2], поставлять аппаратуру вроде бы не отказывались, но, разумеется, без ущерба для себя, что сейчас, что в будущем. В переводе на нормальный язык значило устаревшие модели. И в ограниченном количестве, создавая дефицит и еще сильнее задирая цены. Не было смысла сомневаться, японцы это запомнили и, как только война закончилась, попытались найти других поставщиков.