Поймать пересмешника - Никита Аверин

– Тогда за время моего отсутствия выбери платье понаряднее и реши, в какой ресторан мы пойдем! – попытался отшутиться я и пулей вылетел в коридор.

Дурак, что ты делаешь! У тебя есть важное дело и от твоих поступков зависят жизни уже не одного, а двоих людей. Рэд, конечно, сам виноват, но всё же я считаю себя ему обязанным и не брошу его на растерзание кровожадной толпе.

Но сейчас гораздо важнее сделать все правильно и не оказаться на одной игровой скамье вместе с Рэдом и остальными смертниками. Так что отставить шуточки и заигрывания с аборигенками.

– Санта Муэрте, дай мне сил, – я произнес эту молитву в полушутливой форме, не вкладывая в неё настоящих эмоций. Но признаюсь честно, в этот момент я почувствовал себя намного уверенней.

– Дайте угадаю, парни. Вы братья-близнецы? – обратился я к своим провожатым.

– С чего это ты так решил? – ответил вопросом на вопрос Локки. Или Токки?

– Ну лиц я ваших не видел, но по комплекции вы похожи, плюс схожие имена. Или это прозвища?

– Нет, ты ошибаешься, – отмахнулся Токки. Или это был Локки? – Мы не близнецы и даже не родственники. Просто молодежь в нашей банде выглядит примерно одинаково.

– А у жестянщиков есть противники? Я думал, что вы мирная банда.

– Ну, обычно мы занимаемся изготовлением различных полезных в домашнем хозяйстве изделий. В основном мы выполняем большие оптовые заказы для других банд.

– А что именно вы производите? – я опять проявил свое неуемное любопытство. К тому же бродить по абсолютно одинаковым коридорам подземного лабиринта в тишине утомительно. Первое время я ещё пытался запоминать дорогу, когда меня вели крысюки или Зита, это было несложно, так как они старались вести меня прямыми путями. А вот жестянщики явно знали подземелья гораздо лучше крыс и рудокопов. Парочка в сером практически каждую минуту сворачивала в небольшие коридорчики, туннели, шурфы. От череды бесконечных подъемов и спусков по узким лестницам у меня гудели ноги. И вскоре я потерял всякую надежду запомнить наш маршрут. Если я сейчас потеряюсь, то точно буду блуждать в этих катакомбах до тех пор, пока меня не найдут бандиты или Полоз. Так себе перспектива, если честно.

– Производим всякое, – неопределенно ответил то ли Локки, то ли Токки. – В основном посуду и кухонную утварь. Различные детали, гвозди, замки…

– Ага, спасибо за развернутый ответ, – уныло пробормотал я, понимая, что разговор у меня с этими ребятами не клеится.

Не знаю, сколько километров я прошагал за время прогулки с молодыми жестянщиками, но когда мы поднялись на поверхность неподалеку от Арены, ноги мои гудели и готовы были отвалиться в любую секунду.

– Парни, – взмолился я, – давайте хоть чуть-чуть передохнем? Меня уже ноги не держат. Не знаю, как у вас, а у меня был тот ещё денек.

Жестянщики ничего не ответили, лишь прислонились спинами к стене и принялись лениво переговариваться между собой вполголоса.

– Спасибо! – от чистого сердца поблагодарил я и буквально рухнул на перевернутое кверху дном ведро, стоявшее неподалеку. Кажется, что на копчике у меня появится неслабый такой синяк. Но плевать. Сейчас я хочу лишь одного – сидеть, вытянув ноги, и ничего не делать. Мне нужно хотя бы десять минут тишины и спокойствия.

– Пересмешник, это ты? – вдруг раздался женский голос у меня за спиной

– А? Кто здесь? – Я завертел головой, пытаясь отыскать вопрошавшую. Не сразу, но я заметил в темноте ближайшей подворотни, из которой мы с жестянщиками и пришли, знакомую маску в виде крысиной головы. – Соня?

– Да, это я, – кивнула девушка и чуть придвинулась к границе света и тьмы, явно не желая выбираться целиком из своего укрытия. – Ты решил вступить в банду жестянщиков?

Соня указала рукой в сторону подпиравших стену Локки и Токки.

– Нет, они меня просто сопровождают к Арене по просьбе одного общего друга.

– Рэда?

– К сожалению, Рэд сейчас занят другими делами. А послал нас сюда некий Проныра. Знаешь такого?

– Конечно, знаю, – кивнула Соня. – Лично не знакома, но многое о нём слышала. Говорят, он полностью соответствует своему прозвищу. Так что я бы рекомендовала вам с Рэдом быть начеку.

– Вот если ты права, Соня, то права на все сто процентов, – грустно ответил я, попутно чувствуя, как одеревенение в ногах начинает проходить и что совсем скоро мне вновь придет пора выдвигаться в путь.

– Что-то случилось? У вас неприятности? – в голосе крысючки мне послышалась неподдельная тревога.

И тут я оказался перед настоящей дилеммой. С одной стороны, Соню я знал довольно недолго и не был уверен, что могу говорить с ней откровенно. Но с другой стороны, рудокопов и жестянщиков я знал не намного дольше. И как теперь быть, а? В конечном итоге я решил, что если не открывать крысючке всей правды, то ничего плохого не случится.

– Рэд решил принять участите в завтрашней игре в чиствиксу. Так сказать, отработать входной билет в банду рудокопов. Ну я решил ему подсобить немного. Хочу удостовериться, что во время игры Рэду не оторвет руки или голову.

– Не понимаю, чем ты можешь ему в этом помочь? – удивилась Соня.

– Есть один способ, – уклончиво ответил я, – и, кстати, ты можешь пойти со мной. Если хочешь, конечно.

Соня явно намеревалась шагнуть из тени на свет, но вдруг дернулась, словно от удара током, и ещё глубже укрылась в сумраке проулка.

– Пересмешник, я бы с радостью составила тебе компанию, честно. Но членам нашей банды запрещено появляться на Арене во время игры. Мы можем заходить туда только утром или ночью, для того чтобы вывезти мусор и трупы после чиствикса.

– Вот даже как! – возмутился я такой социальной несправедливости. – Но ты все равно можешь присоединиться, так как мы как раз идем на Арену прямо сейчас. Там же сегодня игры нет?

– Нет. – Соня столь энергично замотала головой, что я вновь испугался, что эта огромная конструкция на её голове слетит или просто свернет девушке шею.

– Ну вот видишь, как все складно получается! Пойдем, – я протянул девушке руку и резко поднялся со своего импровизированного стула. И понял, что зря. Мышцы в ногах отозвались болью, а голова слегка закружилась. – Ох, когда же этот день уже закончится!

На этот раз Соня долго не раздумывала, бросилась ко мне и подставила мне свое плечо.

– Обопрись на меня. Да не глазей ты так, я девушка сильная. Если будет нужно, смогу твое бессознательное тело через весь город пронести и даже не вспотею.

– Спасибо, буду знать, – ответил я и подумал, что выросшие в здешних жестоких условиях дети и подростки должны быть гораздо сильнее и выносливее своих сверстников на воле. Даже не знаю, стоит ли завидовать силе, за которую Соне и её друзьям пришлось заплатить столь высокую цену.

Нет, наверное, все же не стоит. У этих людей отобрали детство и юность, лишив тем самым лучших лет в их жизни. Возможно, я неправ, особенно рассуждая с высоты своего мизерного жизненного опыта.