Золушка для снежного лорда - Ева Никольская

— Извини… те, — в свою очередь ответила я.

— Стражи хоть и леди тоже, но не из этих… — Блондинка скривилась, сделав непонятный жест рукой. — Так что обращайся на «ты».

— Извини, Ирма, — повторила я, чувствуя к этой женщине все большее расположение, — за то, что тебя из-за меня побеспокоили.

— Глупости. Я как раз проснулась и страдала тут от скуки. А так и с Ридом парой слов перекинулась, и Азара убедила, чтобы отпустил меня сразу, как ты очнешься. Так что все отлично, фея, учитывая, в какую рань ты встала, — широко улыбнулась она.

— А кто такие Рид и Азар, — на всякий случай уточнила я, подозревая, что один из них точно целитель, а второй, скорее всего, загадочный Гидеон, но для пущей уверенности спросить не мешало. — И почему ты упорно зовешь меня феей?

— Потому что ты до сих пор не представилась, а Рид — мой друг и сослуживец, он не знал твоего имени. Азар, в замке которого мы находимся, тоже. Весь первый этаж здесь, — она обвела рукой комнату, похожую на палату в лечебнице, но более богато обставленную, что ли, — своеобразный лекарский корпус. Мы с тобой в лазарете. Свободных комнат, конечно, полно, но Гидеон хотел, чтобы кто-то за тобой присматривал, а мне все равно не спалось.

— Спасибо, — поблагодарила ее я. — И да, меня Гертрудой зовут. Для друзей Герта. Спасибо тебе, Ирма, за все.

— Ерунда, — отмахнулась она. — Ну, ты проснулась. Так что я могу с чистой совестью отправляться восвояси.

— А я? — И тут до меня дошло, что дом Азара никак не может быть замком Кайлина, и значит, я нахожусь непонятно где, и как буду добираться до своей башни — неизвестно. — А как же я? — вырвалось жалобное прежде, чем я успела прикрыть ладонью рот.

— Так тебе бы полежать еще, отдохнуть, — озадаченно почесав затылок, проговорила стражница.

— Нет, что ты! — возразила я. — У меня полно работы. Если хозяин… хозяйка… одним словом, если хозяева узнают, что я плохо выполняю свои обязанности… мне не поздоровится, — выпалила я, в последний момент изменив готовое сорваться с языка «моей сестре не поздоровится».

— Ладно, — немного подумав, приняла решение леди. — Сейчас разбужу Азара, он тебя осмотрит, а потом пойдем вместе. Скажешь, у кого работаешь — провожу.

— У Кайлина Дигрэ, — со вздохом ответила я.

— А чего так грустно? Он у нас парень хоть куда. И девок симпатичных любит.

— Угу, любит. И так любит и эдак, а вот когда девка против, он очень уж сильно… не любит, — пробурчала я мрачно, а Ирма, наоборот, расхохоталась.

— Ладно, — отсмеявшись, она вытерла выступившие на глазах слезы и с хитрой улыбочкой посмотрела на меня: — Про твои взаимоотношения с Кайлом понятно. А что у вас с Гидеоном?

— Знать бы, — уныло отозвалась я. — Я его даже не видела. Ночь, скала, тень… а потом открываю глаза и вижу, что лежу здесь. А хочется хотя бы спасибо ему сказать за проявленную заботу.

— Скажешь, — уверенно кивнула моя новая знакомая. — Они с Кайлом лучшие друзья, так что встретитесь еще, раз ты у Кайла работаешь. — Ну надо же! Друзья. Один запер и бросил замерзать, а второй, значит, нашел и принес к целителю? Так, может, они договорились, и Рид просто исправлял оплошность Дигрэ, хм… — А сейчас вставай, одевайся, топай умываться, и пойдем, — продолжала говорить леди. — Я есть хочу, а местная полезная кухня меня не очень-то впечатляет.

Уговаривать меня не пришлось. Собралась я быстро, и, несмотря на то, что и сама не отказалась бы чего-нибудь перекусить, пусть даже и из лекарского меню, послушно прошла в смотровую, где уже ждал разбуженный Ирмой беловолосый целитель. А потом мы обе вышли на улицу, чтобы увидеть, как занимающийся рассвет окрашивает хрустальные грани Ледяного города в розовато-золотую гамму. Неудивительно, что спутнице пришлось тащить меня за собой по бесконечным переплетениям ажурных мостов, держа за руку, потому что я то и дело замирала, засматриваясь на окружающий нас сказочный антураж.

В замке Дигрэ…

— Внимательнее! — крикнул Гидеон, срубая «ледяным мечом» падающее на друга копье из скованного магией снега. Убить бы не убило, конечно, но синяки остались бы точно.

Резко развернувшись, Кайлин оттолкнул в сторону своего напарника, в которого метил снежный лев, после чего оба лорда пригнулись, уклоняясь от пролетевшей над ними сети. Полоса препятствий, специально созданная для тренировок, лишь отдаленно копировала испытания, проходящие в ледяных чертогах, так как предугадать, что на этот раз приготовят охотникам за эскалибриумом коварные пещеры, было нереально. Пару минут спустя вооруженные «ледяными кнутами» друзья уже сражались, стоя спина к спине, с иллюзорными монстрами, похожими на полуголых девиц с длинными когтями и рогатыми головами. И Дигрэ с каким-то садистским удовольствием стегал этих «красоток» по мягким местам, представляя вместо перекошенных злобой призраков то одну сестренку Андервуд, то другую. Первая вытрепала ему все нервы, вторая — вынесла мозг, и наказать их хотя бы в мечтах очень хотелось.

Вчерашние поиски Гертруды завели мужчину в комнату Клотильды, которая, как потом выяснилось, оказалась родственницей его несговорчивой экономки. Похожи они были, как день и ночь, но доставлять неприятности лорду умели одинаково хорошо. И если отношения с первой сестричкой Кайл выяснял без свидетелей, то вторая устроила показательное шоу, созвав своим воплем всех обитателей башни. Маленькая расчетливая дрянь! Это сначала ему показалось, что прекрасная дева просто испугалась. Потом, общаясь с Ариго, он вспомнил, как она внимательно его рассматривала, оценивала и только потом изволила поднять панику.

Да чтоб ее Аштарэт сожрал, леди недоделанная! Это ж надо было заявить, что он, Кайлин Дигрэ — наследник великого рода, командир лучшей пятерки стражей… насильник! Как у нее только язык повернулся сказать во всеуслышание, что ночной визитер явился, дабы лишить эту «неземную красу» девичьей чести? Нет, он бы, конечно, не отказался переспать с такой очаровательной малышкой, но… не насиловать же ее! Обольстить, подкупить, вынудить, в конце концов, но точно не вломиться в комнату под прикрытием темноты и взять силой.

Именно это лорд и попытался донести до глотающей слезы блондинки, но ту словно заклинило. Она сидела, закутавшись в одеяло, и причитала, что ее — благородную леди Андервуд, видите ли, скомпрометировали. И, если снежный лорд действительно не виноват, как пытается доказать, то он просто обязан исправить ситуацию, как и полагается настоящему мужчине. Служанки укоризненно косились на Кайла, перешептывались, пытались успокоить эту рыдающую недотрогу, а Дигрэ стоял, скрипел зубами и думал: хлопнуть дверью сейчас, обозвав златовласую плаксу невменяемой истеричкой, или все же уладить инцидент, чтобы потом не прилетело ничего лишнего от миледи. Все-таки это ее служанка, а не его. Вдруг она ее так же опекает, как и Гертруду?

В конечном итоге мужчина решил действовать привычным способом, а именно заплатить Клотильде кругленькую сумму за моральный ущерб и подарить что-нибудь из драгоценностей. Но вместо того, чтобы вытереть слезы и со счастливой улыбкой поблагодарить Кайла за щедрость, эта «королевишна из какого-то Задрипенска» начала стенать еще громче, обвиняя его в попытке купить ее честь, словно она не леди, а простолюдинка какая-то. После этого заявления сочувствующих ей служанок в комнате заметно поубавилось. Остались только самые терпеливые, списавшие слова несчастной на истерику.