«Сандал», которого не было - Данил Корецкий

– Да, к нам действительно никто не обращался. Но могли обращаться куда-нибудь туда. – Врач поднял указательный палец к потолку.

– Спасибо, доктор! Можете записать мне дату отправления и название госпиталя, куда отправлен?

– Да, конечно!

Хозяин кабинета оторвал из стопки стикер, сделал на нем пометки и протянул Вампиру.

– Что-то еще?

– Нет, спасибо большое! До свидания!

Выйдя из госпиталя, Нижегородцев позвонил своему заместителю.

– Слушай, мне тут самому не очень удобно… Нужно в Москве с одним человеком связаться. Сделай, пожалуйста, через тамошних коллег. Записывай…

Заместитель перезвонил через час с небольшим. Вампир в это время пил кофе из пластикового стаканчика рядом с ларьком «Военторга».

– Как это «нет такого и не было»? Может, коллеги что-то напутали? Твой знакомый? Клянется, что все точно проверил? Ну ладно тогда. Спасибо!

Вампир выбросил в урну стакан с недопитым кофе и пошел к белой «Волге», ожидавшей его на противоположной стороне улицы.

Шумахер, Саратовская область, Н-ская войсковая часть, февраль 2005 г.

Крепкого телосложения военный в камуфляже «Ночь», с тощим вещмешком за спиной, медленно шел по тихим улочкам небольшого городка и с интересом смотрел по сторонам, как будто попал сюда впервые и рассмотрел нечто необычное в провинциальной архитектуре и свободной застройке. На самом деле он хорошо знал это место, но сейчас полусонная тишина и миролюбивое спокойствие сами по себе и были для него необычным, после того котла огня и смертей, в котором он варился последние месяцы. Не верилось, что все закончилось и он снова вернулся в мирную жизнь, где не устраивают засады, не стреляют из-за угла и нет необходимости в любой момент открывать ответный огонь. Да у него и оружия-то не было, что тоже являлось непривычным и необычным.

Несмотря на выраженную кавказскую внешность, человек имел смешанную кровь и русское имя, хотя в документах имя было под стать внешности, а совсем недавно его называли просто Шумахером за лихость в вождении любой техники – от грузовика «Урал» до БТРа или БМП.

Он прошел КПП родной части не предъявляя документов – здесь его хорошо знали.

– Командир у себя? – спросил он у серьезного сержанта со штык-ножом на поясе.

– У себя, – кивнул тот. – Злой только – проверку ожидает.

Командир части, полковник Гуськов, опершись на спинку кресла, рассматривал план-календарь боевой подготовки на год. План занимал солидную часть стены его кабинета и пестрил разноцветными прямоугольниками. Больше всего было желтого цвета – так выделялись мероприятия, утвержденные им самим. Ячеек, закрашенных зеленым, было чуть меньше – это мероприятия, запланированные по приказам свыше. Еще меньше – красного цвета. Но уж эти мероприятия – по плану, утвержденному таким высшим командованием, что и подумать страшно, что будет, если их не исполнить. Хотя, если в ближайшее время не приедут с внезапной проверкой, о которой ходит много слухов, потом уже поздно будет проверять: согласно штабным отчетам все будет проведено на высшем уровне.

«Требуют, требуют… – размышлял Гуськов. – А кто проводить эти мероприятия будет? Понятно, что подготовка нужна… Только офицеров толковых, которые научить могут, почти не осталось на базе – все на Кавказе задействованы. Самому мне, что ли, с бойцами по огневой штурмовой полосе бегать? Можно и самому, конечно, молодость вспомнить. Только несолидно целому полковнику задачи взводных выполнять. Это только в плохих фильмах командир впереди на лихом коне. В жизни командир руководить должен».

Он вздохнул, обошел кресло и сел за стол. На столе лишь деревянная подставка для письменных принадлежностей с торчащими вверх остро заточенными концами карандашей, рядом – пульт оперативной связи. Лишнего ничего нет: все бумаги в сейфе. К порядку полковник еще с курсантских времен приучен.

В дверь постучали.

– Войдите! – то ли разрешил, то ли приказал Гуськов.

– Старший лейтенант Забазнов прибыл из госпиталя для дальнейшего прохождения службы! – доложил вошедший.

– Миша?

Полковник встал, пошел навстречу подчиненному, поздоровался за руку.

– Из госпиталя, говоришь? Куда ранен?

– В плечо. Уже все в норме, командир, готов приступить к обязанностям!

– Это хорошо! Хорошо, что готов. Такие, как ты, у меня сейчас на вес золота!

– Вот документы! – Шумахер протянул запечатанный пакет.

– Присаживайся!

Хозяин кабинета взял из подставки канцелярский нож, вскрыл конверт, бегло прочел бумаги с подписями и печатями…

– Что за ерунда?!

Командир был так удивлен, что даже не скрыл этого.

– Что-то не так? – спросил, поднимаясь, Шумахер.

– Сиди, сиди!

Гуськов нажал кнопку на пульте оперативной связи.

– Дежурный по части, капитан…

– Пришли мне бойца с кипятком! – прервал полковник. Он был явно озабочен, хотя и пытался это скрыть.

– Есть!

Гуськов подошел к офисному шкафу с ровными рядами папок на полках, открыл дверцу, достал две чайные чашки, пачку пакетированного чая, плетеную хлебницу с баранками, и поставил на стол.

В дверь снова постучали – рядовой с повязкой помдежа на рукаве занес в кабинет блестящий электрический чайник.

– Ставь на стол, и свободен!

Боец мгновенно исчез.

– Пей чай, Миша! – предложил командир Шумахеру. – И мне налей, пусть остывает. Я выскочу на минутку…

Он вышел, прошел по коридору в соседний кабинет.

– Связь по ВЧ с Москвой мне! Живо!

Минутка затянулась на полчаса. Сидя в одиночестве, голодный Шумахер жадно ел баранки и запивал чаем. Чувствовал он себя неуютно. Вроде командир и сам его здесь оставил, и документов секретных на виду нет, а все равно неудобно как-то. И выйти неудобно. Решив все же ждать там, где приказали, Шумахер допил третью чашку чая, догрыз очередную баранку и от нечего делать принялся изучать план-график на стене.

Наконец Гуськов вернулся. Шумахер встал.

– Сиди! – отрешенно махнул рукой полковник.

Вид у него был какой-то растерянный. Таким командира Шумахер видел впервые.

– Да что случилось-то, товарищ полковник?

Гуськов подвинул стул и сел рядом.

– Видишь ли, Михаил…

Он на минуту задумался.

– Даже не знаю, что с тобой делать!

– Как это? – удивился Шумахер. – Говорю же, я здоров, прекрасно себя чувствую, готов приступить…

– Да я это понял! Тут такое дело… Мы же тебя откомандировали по совсекретному приказу…