Бастард императора - Алексей Агеев

Следом пал Мрачный Удд. Герд фон Рудштер, наконец, смог установить тотальный контроль в системе и беспрепятственно задействовать всю ужасающую мощь флота для решающего штурма мятежной планеты.

Империя, натуженно играя мускулами, сдавливала в смертельных объятьях неприветливый Ворон, а император готовился решить судьбу бунтовщиков.

* * *

– Мой император, объединенному командованию мятежников был предъявлен ультиматум. После восьмичасового раздумья сепаратисты приняли все наши условия. За последние два дня мы взяли в плен двести тридцать тысяч солдат и ополченцев, включая сорок генералов и глав отдельных кланов и семей. Единая оборона Ворона прекратила свое существование. Однако сейчас мятежники, не подчинившиеся приказу о капитуляции, удерживают ряд опорных пунктов: в горном массиве Облачный целые километры подземных туннелей и бункеров, группу островов на экваторе, северную часть столицы, плацдармы восточнее промышленного района и большую часть северного полюса…

– Достаточно. Такие подробности меня не интересуют. – Император выглядел невероятно довольным и благодушно прервал докладчика. – Достаточно просто понимать, что через максимум неделю Ворон будет целиком наш. И… – Тут император прервал свою мысль, натолкнувшись на чрезвычайно хмурого министра обороны.

– Позвольте возразить, мой повелитель… – Министр обороны был сам не рад произносить такие слова, но особо выбора не было. – В военной науке различают два основных типа обороны – жесткая (позиционная) и маневренная. При позиционной обороне войска упорно защищают выбранный рубеж и пытаются не допустить противника за обозначенную линию. В то же время маневренная оборона основана на том, что позиции не удерживаются жестко и могут быть сданы, когда же противник истощит свои резервы и наступательные возможности, утраченное положение обороняющиеся пытаются вернуть контрударами.

– Попробуйте покороче высказать свою мысль, мой добрый друг. – Император впервые испытал легкие нотки беспокойства, заметив, как министр императорского двора и уделов просит слова обговоренным жестом.

– Слушаюсь. Анализ полученных разведданных указывает, что противник предполагал неизбежное поражение в маневровой обороне. И сделал последнюю ставку на оборонительную подземную линию под горным массивом Облачный. Можно с высокой долей уверенности полагать, что в этом районе сейчас сосредоточена стотысячная группировка войск. У них есть все для долговременного сопротивления. В подземных многоуровневых фортах размещены помещения для личного состава, мощные вентиляционные установки, электростанции, проложены целые монорельсовые дороги, есть комнаты отдыха, госпитали, технические станции обслуживания, которые однозначно недосягаемы для бомб и снарядов. В верхних подземных этажах расположены орудийные и пулеметные казематы, снабженные лифтами для подачи боеприпасов.

Форты представляют собой вкопанные глубоко в горные породы сверхпрочные армированные бетонные «коробки», толщина стен которых доходит до шести метров. Наверху располагаются лишь бронебашни-турели. За первой линией обороны находится уходящая в глубину целая сеть из опорных точек – бетонных бункеров поменьше, предназначенных для размещения пехоты, артиллерии, боевых дронов. Склады боеприпасов и снаряжения располагаются на глубине до пятисот метров. В толще горных пород имеются целые отсеки для ведения кибервойны и укрытия гражданского населения. Большинство наших аналитиков считают эту линию обороны, без применения тектонических бомб, неприступной.

– Неужели наши доблестные войска не в состоянии взять штурмом какой-то укрепрайон? – спросил министр юстиции, мало понимавший, что такое реальные боевые действия, и представлявший войну по редким просмотрам нашумевших блокбастеров.

– Я попрошу включить трансляцию записи девяносто четыре, код «Ворон», – подключился к разговору глава Имперской службы безопасности. – Это не займет много времени.

Император кивнул, соглашаясь, и тут же вспыхнула объемная картинка. Уставший десантник с нашивками лейтенанта, в закопченной броне, с горечью вещал кому-то на камеру:

– Мы сражались пятнадцать дней за один дом, используя боевые дроны, гранаты, лазерные турели и даже ножи. Уже на третий день в подвалах, на лестничных клетках и лестницах валялись трупы сорока моих убитых товарищей. «Линия фронта» проходила по коридору, разделяющему сгоревшие комнаты, по потолку между двумя этажами. Подкрепления подтягиваются из соседних домов по пожарным лестницам и дымоходам. С утра до ночи идет непрерывная борьба. С этажа на этаж с почерневшими от копоти лицами мы забрасываем друг друга гранатами в грохоте взрывов, клубах пыли и дыма, среди куч цемента, луж крови, обломков мебели и частей человеческих тел. Мои солдаты сходят с ума. Спросите любого их них, что означает полчаса рукопашной схватки в таком бою. И представьте себе, что таков весь чертов Ворон. Пятнадцать дней и пятнадцать ночей рукопашных боев за их столицу. Длина улицы измеряется теперь не метрами, а трупами…

Изображение замерло. А на экране возникла надпись: лейтенант Радослав Ковач, командир 3-й роты 1-го батальона 2-го полка 24-й десантной дивизии, участник битвы за Ворон.

– Сюрприз, чтоб его… – Император позволил себе выругаться, наблюдая, как вытягивались лица его министров, полагавших, что война с Вороном уже завершена.

– Общая численность этого чуда фортификационной мысли – 7500 долговременных оборонительных укреплений, 70 больших бункеров, 500 артиллерийских и пехотных блоков, около 1500 казематов. Протяженность линии около 400 километров. Часть укрепрайонов оборудована специальными плотинами, которые могут обеспечить затопление подземных сооружений в случае их захвата неприятелем, что снижает наши возможности по применению боевых отравляющих веществ.

– Значит, суровые времена требуют суровых решений… – Император медлил, пытаясь осознать, каково это сейчас фактически приговорить к уничтожению население целой планеты, всматриваясь при этом в лица своих соратников. – Надеюсь, смысл моих слов ясен? – усилил он свой посыл, но большего сказать ничего не успел. Едва слышный виброзвонок известил о входящем сообщении. Одним кликом раскрыв его на виртуальном экране, император прочитал: код «ноль». Один из четырех потемневших знаков.

– Где же я так нагрешил? – Император произнес это вслух. А потом, вздохнув полной грудью, добавил: – Неотложные дела требуют моего присутствия в другом месте. Жду от вас проработанного решения. С учетом всех аспектов.

И спешно покинул заседание малого совета. За дверью зала заседаний его уже ждали.

– Арбитр, Лютый… – по очереди поздоровался император со своими побратимами и верными соратниками.

– Подробности не известны, – с места в карьер начал командующий Первым космофлотом империи. – Пять суток назад лопнул один из кристаллов, принадлежавший ренегатам. Мы проверили всех наших. Никто не причастен. – Лютый опасливо покосился на Арбитра. Единственная женщина в их избранной команде всегда носила шлем-маску и черный обтягивающий комбинезон, не скрывающий ее великолепную фигуру. Но вот характер у нее был законченной стервы.