Операция Паломник - Игорь Власов

И снова, как и тогда, когда он гнался за призраком, ему стало плохо. Если бы у него было время разобраться в этом чувстве, то понял бы, что это страх. Страх, что он больше никогда не увидит Тамару. Самый сильный страх, когда человек даже не сознает, что он боится.

Сэмюель Томсон вызвал «Стрекозу». Он включил громкую связь, чтобы все были в курсе переговоров. Сначала ответила Линда, потом к микрофону присоединился и кибернетик.

Томсон вкратце пересказал рассказ Аннет о произошедших событиях, и на том конце некоторое время молчали. Людям нужно было время, чтобы переварить услышанное. Наконец Владимир спросил:

– Как ты считаешь, насколько эти слова можно принять на веру?

– У нее сильный шок, это правда. – Томсон старался говорить ровно, не позволяя эмоциям взять над ним вверх, – Но, думаю, всем стоит отнестись ко всему, что Аннет нам поведала, с абсолютной серьезностью. – он обвел присутствующих взглядом, как бы спрашивая у всех подтверждения его слов. Все согласно закивали. – Владимир, как продвигаются ремонтные работы?

– Мы с Полом настроили кибер-ремонтников. Основные проблемы будут устранены к завтрашнему дню. Осталось только вырастить фильтр ускорительного блока. Он сгорел при посадке. Пол рассчитал, что микроэлементов в почве Паломника достаточно для развития эмбриомеханического зародыша. Так что, по моим прикидкам, к концу этого дня «Стрекоза» будет готова к старту.

– Что будем делать дальше? – спросил Маккейн за всех. – Ведь так нельзя, – и он показал рукой на других. – Надо что-то делать.

Пьер Готье лежал на траве лицом вниз и, кажется, плакал. Стефан Гарднер нервно покусывал губы. Джеймс Донован, старательно делал вид, что внимательно изучает только что сорванный им цветок.

– Значит, так, – наконец принял решение Томсон. – Владимир, пришлешь Линду, она сменит дежурящего здесь Гарднера, – он вопросительно посмотрел на Стефана. Тот согласно кивнул головой. – Пол нужен будет мне на Центральной. Надо восстановить энергоснабжение станции, с аппаратурой биометрии разобраться.

– Ок, один я тут за всем прослежу. – Гарднер понял, что капитан не хочет оставлять Аннет одну.

– Да, и еще. – Томсон оглядел товарищей. Мы не можем все время находиться вместе. Необходима связь друг с другом. Нам нужен какой-то центр, куда бы стекалась вся информация, которую мы будем собирать. Один из нас, а лучше двое, должны постоянно находиться здесь, в Центральной. Лучше всего у главного пульта связи. Это будет удобно еще и в том случае, если кто-нибудь из них, – он неопределенно мотнул головой в сторону горизонта, – вдруг заговорит… Кто останется? Пьер, конечно, не захочет этого..?

– Нет.

– Вновь прибывшие почти не знают Центральную. – Томсон сделал еще одну попытку достучаться до друга.

– Нет, нет и нет! – Пьер сел на корточки, – Почему вы не пускаете меня к Еве?! Почему?! – и он застучал кулаком по траве. Томсон подскочил к нему, рывком поднял с земли и сильно встряхнул.

– Пьер! Приди в себя! Не распускайся!

– Прости, нас Пьер, – вышел вперед Донован. – Ты полетишь к Еве. Наверное, мы сейчас так и решим. Я посижу у пульта на Центральной. Маккейн, думаю, составит мне кампанию. – Он бросил взгляд на Джона. Тот молча кивнул. – Хорошо. – продолжил Донован, – Гарднер подежурит у Аннет, пока его не подменит Линда. А капитан…

– Я поведу винтолет, Пьер. – Томсон обнял Готье. – Прости меня, дружище, мы все немного на взводе. Сейчас мы поедем в Центральную и по дороге все окончательно решим.

Слова Томсона заставили Пьера успокоиться, и они, кивнув Гарднеру на прощание, почти бегом направились к одному из стоящих поодаль вездеходов.

Системо: Совож

Планета: Паломник

Местоположение: Экватор, Центральная База Местное время: 12–35

– О каком маятнике все-таки говорил Конрад Лоренц? – спросил Донован Сэмюеля. – Что он мог иметь ввиду. Может это какой-то символ?

– Ничего не приходит в голову, – ответил Сэмюель. – Маятник – это значит, что-то качается.

– Раньше никогда об этом не было разговоров?

– Ничего подобного мне не приходилось слышать. Правда, сам знаешь, физики-квантовики не от мира сего, если о чем-то и говорят, то только между собой. Да и нормальный человек вряд ли что сможет понять. – Томсон хмыкнул, – Птичий язык, – он снова хмыкнул. – Так здесь по этому поводу все и шутили.

Они остановились в главном пульте связи.

– Как можно изобразить маятник? – вдруг спросил Пьер. Остальные удивленно и непонимающе посмотрели на него.

– Ну, как наиболее просто схематично можно изобразить маятник?

Гарднер нарисовал на бумаге прямую линию через весь лист, а посредине под небольшим углом пересек ее коротким отрезком прямой.

– Примерно так нарисовал бы и я, – согласился с ним Томсон. – Но к чему вопрос, Пьер? Ты где-нибудь видел такое?

– Это немудрено увидеть повсеместно, – вставил Донован.

– Видел. Совсем недавно видел, и не один раз. А может быть, месяц назад, может быть, больше. Только где и почему?.. – Пьер почесал затылок – Нет, не могу вспомнить. Но я постараюсь.

– Сразу не можешь? – спросил Донован.

– Нет.

– Постарайся вспомнить. Неизвестно, что именно нам может помочь, – Все помолчали.

– Ну, хорошо. – Томсон взглянул на Пьера. – Пьер и я вылетаем на винтолете ко второй базе. Нам на это хватит четырех часов.

– Маяк там не работает, – сказал Пьер. – Я прослушивал эфир.

– Тогда не знаю. Раньше бы хватило четырех часов. А без маяка… Смогу ли быстро найти ее по карте?

– Я бывал там не раз, – нетерпеливо бросил Готье. – Мы найдем их быстро.

– Ок, тогда вылетаем немедленно. – Томсон еще раз обвел всех глазами. – Ну, что ж, действуем по плану. Что будет дальше, я не знаю.

– Не будем загадывать, – сказал Маккейн.

– Удачи вам! – махнул рукой Донован.

Томсон коротко кивнул, и они вышли в коридор.

* * *

Проводив взглядом удаляющийся вездеход, Гарднер вернулся в коттедж. Аннет спала. Сердце билось равномерно, дыхание было глубоким и спокойным. Стефан выглянул в окно. Здесь ничего не напоминало о катастрофе. Зеленели аккуратно постриженные газоны, чистые плитки тропинок, бежали между красивыми домами, приятный теплый ветерок едва колыхал сочные листья тенистых деревьев. Стефан вспомнил давно забытую сказку, в которой дети попадали в похожее райское место, где между кисельными берегами текли реки из теплого парного молока, а дома были то ли из шоколада, то ли из пряников. Можно было весь день напролет объедаться всякими сладостями и бездельничать. Но райское местечко было обманчиво. Вскоре у детей стали расти рожки, а вместо ног копытца.