Я из будущего - Владимир Поселягин

Двигаясь к корвету, я на ходу освещал все вокруг. Меня радовали контейнеры, что стояли у стен, стеллажи, наполовину заполненные кофрами или мешками. Все в режиме консервации, все для корабля. Даже были малые контейнеры с топливом, это на случай, если топливные баки, встроенные в одну из стен ангара, повреждены. Запас. Топливо в баках корабля во время консервации хранить было запрещено, да и любые виды жидкости, даже гель. В принципе на каждом корабле Древних, даже на таком маленьком, есть установка для синтезирования топлива. Так что если запасы за такое время пришли в негодность, распавшись на составляющие, а такое вполне возможно, то их можно восстановить, я это как инженер говорю. Тут главное – запустить сам корабль.

От шлюзовой ангара до корабельной было метров семьдесят, и пока я шел к ней, осматриваясь, дроид уже достиг корабля и подготавливал его. По внешнему виду, корабль в норме. Осталось пройти на борт и осуществить аж семь операций для ручного запуска расконсервации, чтобы корабль ожил. Если он новый, а это, похоже, именно так, то искин воспримет первого, кто вступит на его борт, как хозяина, таковы стандартные установки. Если нет, и корабль из действующего флота Зтов, в чем я сомневался – что ему тут делать? – тогда придется ломать искин, и лучше всего это делать, пока идет оживление корабля, в этот момент искин в самом беспомощном состоянии и противопоставить мне вряд ли что сможет. Я к этому успел подготовиться, пока летел сюда или пока ждал, когда закончатся раскопки, написал с два десятка программ для взлома специально для искинов Древних. С выученной базой «Инженер» Древних мне это стало проще сделать, какой-никакой опыт приобрел.

Дроид уже открыл на броне у входа небольшой пульт активации и ожидал меня. Сам он больше ничего сделать не мог, тут живое существо нужно, и лучше всего, если это чистокровный имперец. Хотя метис тоже пойдет. Чертовы Зто с их маниакальной идеей на чистоту крови. Ладно хоть, у меня была не ниже девяноста, иначе совсем швах. Активация прошла так: я подошел и приложил ладонь к сенсорному экрану в форме человеческой руки, после чего корабль автоматически взял у меня забор крови и, связавшись с симбиотом, получил отклик, что я вполне могу получить доступ на борт как инженер и как метис.

Заметив, что когда я убрал руку, экран загорелся желтым светом – у Древних это как зеленый на Земле, – то с облегчением вздохнул. Корабль меня принял и начал проводить расконсервацию. У меня было часов восемь, пока не станет возможно попасть на борт, где требуется проделать оставшиеся шесть операций для ввода корабля в строй, а пока можно погулять по ангару и посмотреть на ништяки на полках.

Кто-то удивится, как можно так долго выводить корабль из режима консервации, если это эвакуационный транспорт. Тут по идее нужно как можно быстрее убраться с планеты, поэтому должен быть режим экстренной расконсервации. Что ж, вопрос вполне логичный. Отвечу на него. Такой режим действительно есть, подтверждаю, но у специализированных судов. У тех самых курьеров, один из которых по идее должен тут стоять. А у этого типа боевых кораблей такого режима не было, вот и придется проводить стандартный режим оживления корабля. Ничего, он от этого только выиграет, будет работоспособным на сто процентов.

Основное дело сделано, начат запуск расконсервации, поэтому я занялся двумя другими делами: отправил дроида осматривать реакторную ангара, а сам двинул к стеллажам, доставая планшет. Нужно составить список всего, что имеется в ангаре, и определить, что можно и лучше забрать. Реакторная была положена по плану строительства, это чтобы открыть створки ангара для вылета корабля, если энергия перестанет поступать от бункера, например с его уничтожением или повреждением энерговодов. Сейчас дроид осмотрит реакторы, а чуть позже я их запущу. Схема та же. Нужен человек, его кровь. Проблема была только с одним. Створки не уходили вбок или вверх – на случай экстренной эвакуации они открывались вниз. Думаю, та масса земли, что находилась над ними, рухнет внутрь, а мне этого не нужно. Придется копать. В принципе энергия может и не понадобиться. Выбить стопоры – и створки сами ухнут вниз, это тоже все рассчитано, но проще запустить реактор и управляющий искин ангара. Именно в его ведении стоит задача как-то убрать ту землю, что имеется над створками, и чтобы все это не ухнуло на корабль. В общем, каждый занялся своим делом.

Чихая от поднятой пыли, я успел изучить один из стеллажей и составить списки, – они меня, честно говоря, не порадовали, – когда пришло сообщение, что реактор в норме, можно действовать. Оставив пока инвентаризацию, я направился к открытой двери реакторной. Именно там находился сам реактор и в небольшом помещении рубка управления и искин ангара. Насчет того, что я был не особо доволен найденным ништякам, это не оговорка. Все же ангар подготавливался для курьера, соответственно все, что находилось на стеллажах или в ящиках, предназначались ему, а не для корвета, который считался совершенно другим типом кораблей, да еще и боевым. Гранаты не той системы, как говорится.

Ладно, хоть у боевых кораблей все на самообеспечении, благодаря промышленным синтезаторам, встроенным в корпус, что пожелают, то и сделают, хоть топливо, хоть запчасть, хоть боезапас. Кстати, корвет хоть и считался малым боевым кораблем, но на нем стояли гравитационные пушки. В Содружестве о таком оружии пока и мечтать не могли. Представляете, если линкор Содружества, что, например, встал у меня на пути, не получил мощный снаряд в броню, а просто сложился, как спичечный коробок, на который наступили. Вот примерно такое действие у пушки – ломать, плющить и корежить. Правда, трофеев после этого уже не бывало, эти орудия для тех случаев, когда бой идет не на жизнь, а на смерть. Но у корвета еще были и плазменные пушки, раз в восемь мощнее пушек Содружества такого же класса, мощнее пушек главного калибра линкоров. Так что есть чем воевать, тем более у этих пушек легко регулируется мощность выстрела, хоть как турели ПКО их используй. Универсалы. И по истребителям можно стрелять, скорость наводки это легко позволяет, и по тяжелым линкорам. Отлично вооруженный кораблик. Всего две гравитационные пушки и восемь плазменных. Ни ракет, ничего. Они ему просто были не нужны. Если обстреляют ракетами или торпедами, будет ответный удар ЭМ-излучением, и все. Вся электроника сожжена как в ракетах, так и на самих судах нападающих. Шикарная штука этот корвет, я даже рад, что именно его сюда сунули, когда курьеров не хватало. Другой причины его нахождения здесь я не видел.

Однако при всем этом мной было найдено много интересного, чего уже хватало, чтобы забить трюм корвета. А ведь еще имелась платформа и другое имущество, что находилось на поверхности. С ним как? Придется уплотняться, чтобы все вывезти, благо корвет не курьер и имел восемнадцать кают. Самим кораблем мог и один пилот управлять, все же малый, но он мог брать десант и пассажиров, а жить тем где-то надо. Как-то так. Ничего, придумаем что-нибудь.

Пройдя в реакторную, я осмотрелся и двинул к самому блоку реактора. Это был не биологический вроде того, что стоит на корвете, тут стоял старый тип, который может прожить при режиме консервации куда дольше. С него уж была снята дроидом консервационная пленка, так что можно работать. Таким же макаром запустив реактор, я прошел в рубку управления, тут тоже была снята пленка, и, подсоединив планшет к пульту, начал взлом искина. Если корвет новый, то я стану его владельцем, это прописано в его установочных программах, а вот с искином ангара так не пойдет, тут нужно знать коды доступа, вот и придется его ломать. Тем более я его собираюсь перед отлетом забрать вместе с блоком реактора – рабочее оборудование Древних, я не идиот его оставлять, так что точно взлом.