Зорн - Сергей Баунт

– Отец! Он же не верит тебе. Зачем ты постоянно лжешь? Скажи ему правду. Что ты тоже хочешь его одежду и оружие.

– Не слушай её. Сама не понимает, что говорит.

– А я думаю – понимает. Ну-ка, давай, выкладывай. Что не так с моей одеждой.

– Скажи мне, пожалуйста, как тебя зовут?

– Сергей, – не стал запираться Кротов. Пуузан обрадовался.

– Сеергеей, Сеергеей – Он словно обкатывал во рту его имя. – Я так и знал. Сразу как увидел, понял. Ты инопланетник.

– Почему ты так думаешь.

– Да по всему. Оружие, одежда, имя – все. Ведь то, что на тебе одето, изготовлено из растений?

– Да черт его знает, наверно. Никогда не задумывался.

Толстячок чуть не подпрыгнул от радости:

– Раз не задумывался, значит для тебя это обычная одежда?

– Конечно.

– Я знал, знал… – Пуузан радостно потер руки. – Там, откуда ты, все ходят в такой одежде?

– Многие.

– Значит, там её много и она не дорога?

– Похоже, так, – Сергей так и не понимал, к чему он клонит. Коммерческая жилка в его душе отсутствовала напрочь. Он не мог представить, что кого-то заинтересует его армейская «песчанка».

– Можно я потрогаю ткань?

– Ну, глянь. – Сергей выставил локоть.

Торговец извлек из кармана небольшую плоскую коробочку.

– Не волнуйся, это просто анализатор, – успокоил он дернувшегося землянина. Поднес прибор к рукаву гимнастерки, потом взглянул на экранчик. Довольная улыбка показала, что все в порядке.

– Понимаешь, – начал он издалека. – Такую одежду у нас носят очень богатые люди.

– Отец, скажи ему прямо, что он носит на себе целое состояние! – подала из угла голос нетерпеливая дочь.

– Ну, не совсем так, – заюлил Пуузан. – Но я дам очень хорошую цену. Очень, очень хорошую цену.

Его слова прервал стук в дверь.

– Пуузан! Открывай!

Толстяк болезненно сморщился и втянул голову в плечи.

– Проклятые «призраки», – прошептал он. – Аэс, спрячь его и сама укройся, я попробую их успокоить.

Девушка, вскочившая со стула, потянула Кротова за рукав:

– Быстрей, быстрей! Это очень опасно.

Сергей быстро соображал, что делать. Он не сомневался, что справится с бандой. У него в «калашникове» полный магазин. А уличные бандиты – это не спецназ. Если положить трех человек, остальные долго сюда не сунутся. Но почему-то не хотелось подводить торговца. Все-таки человек попытался спасти его, что бы им не двигало. Да и девчоночку жалко.

– Пошли.

Девушка быстро шла длинным коридором. Кротов едва поспевал за ней. Они прошли мимо нескольких закрытых дверей.

– Все, пришли.

Просторное помещение было забито пластиковыми ящиками с яркими этикетками.

– Не хилая у вас пещерка. Сколько комнат?

– Не считала, – огрызнулась девушка. – И зачем ты пошел возле нашей двери?

– К вам не просился. Сами открыли. – Кротов присел на ящик. – Не злись, Аэс. Если хочешь, я прямо сейчас уйду. Я не боюсь ваших «призраков».

– Ну и дурак. Они тут полные хозяева. Сюда даже городская охрана не спускается. Их только Верные не боятся. Хотя Верные никого не боятся.

– Это те, которые верят в приход Совершенного?

– Ну, конечно.

– А ты, случайно не знаешь, где в подземелье их главная база?

– Святилище? Конечно, знаю. Даже знаю короткий проход, – похвасталась она.

Сергей не заметил, чтобы она что-то включила, но на стене зажегся экран. Сменилось несколько видов, и изображение зафиксировалось.

На экране со спины было видно Пуузана. Он стоял в дверях и, бурно жестикулируя, пытался не пустить в помещение столпившихся у дверей молодчиков. Однако его грубо оттолкнули в сторону, и в зал ввалилась толпа «призраков». Последним внесли того парня, которого Кротов уложил на пол тоннеля. Он был бледен, голова завязана какой-то тряпкой.

– Что ты сделал? – в ужасе зашептала Аэс. – Это же младший брат самого Грасси – главаря их банды. Отец теперь никогда с ними не расплатится.

– А-а-а! Отец! – закричала она. Упав на колени, она с мольбой протягивала руки к экрану. Вдруг она замолчала и повалилась на пол. Сергей кинулся к ней. «Дышит. Просто обморок». Он обернулся к экрану, чтобы понять, что он такое страшное пропустил.

На полу лежало тело отца Аэс. Над ним с ножом, больше похожим на короткий меч, стоял мужчина, очень похожий на избитого «призрака». «Грасси», – понял Кротов. Не ожидавший такого, Сергей не сразу сообразил, что не так с Пуузаном, лежавшим в луже крови. Наконец до него дошло – торговец был без головы! Он отвлекся в тот момент, когда бандит отрубил голову торговцу. А бедная девочка все видела.

– Вот, сука! Видит бог, этого я точно не хотел.

Мысли еще не сложились в стройный план, а Кротов уже бежал назад по коридору. На ходу он передернул затвор «калашникова». Перед самой комнатой, из-за поворота, на Кротова выскочил «призрак». Сергей короткой – в три патрона – очередью свалил его. Не останавливаясь, он перепрыгнул тело и ворвался в зал.

Ошарашенные грохотом выстрелов, «призраки» застыли, глядя на него. Кротов молча нажал спусковой крючок. Автомат забился в коротком припадке. Только когда Грасси сложился пополам и завалился на бок, остальные, толкаясь, рванули в дверь. Жалея патроны, Сергей не стал их расстреливать.

Не обращая внимания на протискивающихся через двери бандитов, он подошел к обезглавленному трупу торговца. Тотчас вспомнилось похожее из Афганистана, но Сергей отогнал воспоминание. Он огляделся. Удар Грасси был так силен, что голова отлетела в дальний угол. Землянин, стараясь, чтобы кровь не попала на одежду, осторожно поднял её и положил к телу.

Почувствовав чужое присутствие, он поднял глаза. В дверях стояла бледная Аэс. Расширившимися безумными глазами она смотрела на отца. Сергей шагнул к девочке и, приобняв её, силой повлек к двери.

– Надо уходить. Скоро они очухаются, и тогда без боя не обойдется.

– Оставь меня, – Аэс попыталась вырваться, но Кротов удержал её.

– Все, все из-за тебя!

Он молчал, признавая, что частично она права. Выйдя в тоннель, он некоторое время вел её силой.

– Это ты убил Грасси?

– Да.

Она вдруг остановилась:

– Нам надо вернуться назад.

– Зачем? Твоему отцу уже не помочь, а потерять еще и тебя – это будет слишком.

– Ты не понял, – уже спокойнее начала объяснять она. – Из нашего склада есть потайной выход в другой тоннель. Никто про него не знает.