Тень Покровителя - Михаил Тырин

– Может, хорошо. Вы так романтично мне все расписали, но я знаю, как все обстоит на самом деле. Вы говорите, «азарт»... Это же не игра, это унылая, изнурительная... Нет, даже не работа, я не знаю, как это назвать. И в этой игре часто приходится придумывать правила, недостойные цивилизованного человека, разве не так?

– Иногда, – сказал Васин и встал, давая понять, что ему пора.

– Подождите, – сказал Успенцев. – Я, пожалуй, вас подвезу, мне тоже нужно в город.

Он вышел и вернулся через минуту, переодевшись в легкомысленные джинсы и футболку.

– Знаете что, Саша, – сказал он, садясь в темно-синий двухместный «Форд», – все же вы мне понравились. Я хочу сделать вам подарок.

– Не надо, я не люблю авансов, – сразу ответил Васин.

– Нет-нет, это не плата за усердие. Просто подарок человеку, который мне симпатичен. Возьмите...

Он протянул ламинированный картонный прямоугольник, похожий на визитную карточку.

– Это золотая карточка ночного клуба «Меркурий». Днем и вечером там неплохой ресторан. Я перестал туда ходить, потому что тамошняя публика несколько обмельчала.

– Вы считаете, мелкая публика – подходящая кампания для меня?

Успенцев рассмеялся, плавно выруливая на шоссе.

– Я не хотел вас обидеть, Саша. Уверен, вам понравится. По крайней мере, там не стреляют по лампочкам и не занимаются любовью на столиках, как в других заведениях. Можете ни в чем себе не отказывать, когда принесут счет – отдайте карточку официанту, я все оплачу. Если хотите, можете пойти с девушкой. Есть у вас девушка?

Васин пожал плечами. Девушки, конечно, были, но ему в голову не приходило, что кого-то из них можно повести в ресторан.

К тому же он не любил бесплатных удовольствий – за них приходилось расплачиваться позже. Васин не хотел быть должником и решительно положил карточку на панель.

– Нет. Спасибо, я не люблю ресторанов.

Успенцев покачал головой, но ничего не сказал.

Васин подумал, что будет нескромно вылезать из этой дорогой машины на виду у всего УВД, поэтому попросил высадить его за два квартала. Банкир даже вылез из-за руля, чтобы попрощаться.

– Ну, что ж, – сказал он, взяв руку Васина в свою, – сказать честно, не люблю я вашу организацию. И народ у вас там мутный работает, и людей на допросах бьете, и вообще... Но вот стоит передо мной майор Васин – умный, интеллигентный и даже, кажется, честный человек, которому я искренне желаю успеха и в работе, и в личной жизни.

Васин не захотел оставаться в долгу.

– Знаете, у меня та же история. Стоит передо мной уважаемый в городе человек, вежливый, образованный, щедрый. Хотя знаю, что в наше время богатство и честность рядом не живут. Догадываюсь и о том, что половина ваших помощников – бандиты. И как кредиты вы возвращаете, тоже известно. А все равно, приятно было с вами познакомиться.

В глазах Успенцева на мгновение блеснул лед. Но только на мгновение. Затем он улыбнулся и вложил Васину в руку карточку клуба «Меркурий».

– Это не взятка, не подкуп, просто подарок. Возьмите, сделайте мне приятное.

Он дружески обнял Васина, потом быстро отвернулся и сел в машину.

– Кстати, предложение насчет работы остается в силе.

– Спасибо, я подумаю, – пробормотал Васин, провожая «Форд» глазами.

Он постоял еще несколько секунд, раздумывая, затем повернулся, чтобы перейти улицу, но тут же застыл на месте.

На другой стороне стояла, глядя на него, Софья Курская. Это была не та Софья, которую он видел в квартире на площади Маркса. Перед Васиным стоял как будто другой, более удачный, вариант того же человека. Короткая юбка, просторная блузка, длинный серый плащ превратили костлявость в хрупкость. Красивое каре заставило изящную головку держаться гордо, и в то же время очень мило. Дорогая, но умеренная косметика сделала бледность аристократичной. Но самое главное – глаза. Какие-то неуловимые штрихи вдруг добавили в них ту каплю порочности, которая заставляет мужчин терять контроль над собой, забывая про дом, жену и работу. Они как будто звали к себе, несмотря на общий неприступный вид. Всего лишь капля порочности в гордом облике женщины-аристократки...

И вот теперь это умопомрачительное создание стояло напротив Васина и глядело на него с изумлением и явным интересом.

Васин быстро все понял. Она видела в нем уже не ту загнанную ищейку, прибегавшую к ней с ворохом бумажек для допроса. Мент, которого подвозит на своей машине сам Успенцев, – уже не просто мент. Это мент, к которому надо держаться поближе.

Васин, наконец, понял, с кем он пойдет сегодня в клуб «Меркурий».

Он небрежно сунул руку в карман, улыбнулся и направился прямо к Софье...

* * *

Вечером он заехал за девушкой на новеньком «Ниссан-Патроле». Машину ему выделил Успенцев, когда Васин сообщил, что нашел удачное применение для его золотой карточки.

Софья заигрывала, кокетничала, Васин с удовольствием поддерживал ее настроение, хотя не сомневался, что это просто актерская игра. Ему не составило труда уговорить ее прогуляться с ним в ресторан «Меркурий». А точнее, ему вообще не пришлось ее уговаривать. Она была готова на все. Установить с ней дружеские отношения удалось легко и непринужденно.

По дороге они болтали о погоде, о фильмах, автомобилях. Васин искал момент, чтобы невзначай перейти к интересующей его теме.

Клуб располагался в главном флигеле бывшего Дома культуры железнодорожников. Сквозь щели в шторах проскакивали вспышки цветомузыки, доносились вздохи бас-гитары.

– Сумочку можете оставить в гардеробе, – посоветовал Васину на входе квадратный парень – то ли швейцар, то ли вышибала.

– Нет-нет! – запротестовал Васин. – У меня там радиотелефон.

Заведение и в самом деле оказалось уютным. Васин провел Софью через пустой холл, и они окунулись в полумрак банкетного зала с кожаными диванами, резными деревянными панелями на стенах и сияющей стойкой бара.

Васин быстро оглядел публику и понял, что народ здесь собирается, действительно, мелковатый. По одежде, прическам, отдельным фразам было видно, что это в основном мелкие оптовики, шоферы, охранники, а также «кидалы», «бомбилы» и прочее жулье. Некоторые лица оказались знакомы Васину по картотеке.

Они вполне могли бы проводить досуг со своими вульгарными подругами в заведениях подешевле, но, видимо, здесь, на кожаных диванах по-особому чувствовали свою значимость.

Потом Васин начал замечать и другие признаки обмельчания. Слишком сильно пахло чем-то жареным из кухни. Слишком громко и пошло играла музыка – аккуратные мальчики из ансамбля печально пели о том, что «любовь – обман», надрывно завывая.

Васин усадил Софью за столик в центре зала и оглянулся в поисках официанта.