Мунсайд - Сончи Рейв

– Я обязана тебе, Лавстейн. Не знаю, что тут сыграло роль: то ли старые традиции, то ли твой дар убеждения. – Она встала перед нами, спрятав руки в карманы брюк. – Оборотни тебе обязаны.

Я даже чувствовала, как Каспий едва сдерживается от саркастичного комментария.

– Все зависит от того, как вы себя поведете. Сильно не обольщайтесь.

– Да, после первой луны будет ясно, но все равно я тебе должна. – Дин внимательно посмотрела мне в глаза. Казалось, она намекает на что-то. Похоже, Каспий понял. – А пока небольшой подарок. – Дин вытащила из кармана небольшой мешочек, в котором обычно дарят украшения.

Каспий сначала удивился, потом прыснул от смеха.

– С тебя я не буду брать деньги: босс как-никак. – Она кинула мне мешочек, отсалютовала и села в машину. Я озадаченно глядела вслед.

– Дай-ка сюда. – Каспий быстро выдернул подарок у меня из рук, как только машина исчезла, приоткрыл и рассмеялся. – Ну ничего себе!

– Что это? – Я заглянула внутрь. Там были то ли угольки, то ли деревяшки.

– Это кора.

– Очень щедро со стороны Дин.

– Не просто кора, а кора из заповедников. Волшебные, священные деревья, Ив. Перечитай «Демонкратию», там сказано, что бывает с теми, кто трогает священные деревья эльфов.

Я знала кое-что о священных деревьях эльфов. Ну, больше из человеческих легенд: мировое дерево Игдрассиль – это частый символ какой-то магической мудрости, особенно в кельтских верованиях, откуда эльфы и взялись, но я не думала, что оно может быть чем-то важным в Мунсайде.

– Зачем мне кора священного дерева?

– Затем, – Каспий загадочно улыбнулся, вложив мешочек мне в руку, – что у волшебной коры есть волшебный эффект. Мне как-то досталось немного корней Игдрассиля на работе Кристы. Потом неделю пытался вспомнить, что было. А вдруг Дин сможет достать и корни…

Каспий казался довольным. Я же была в замешательстве. Зачем мне дарить такое?

– Теперь понятно, почему эльфы ненавидят оборотней, – сквозь смех произнес Каспий.

– Почему?

– Потому что они их обкрадывают, Ив. Собирают кору в лесу и продают. Понимаешь, звериный нюх и все такое.

Я совсем запуталась. Оборотни воровали у эльфов, чтобы незаконно торговать? Зачем?

– Ладно. – Каспий, кажется, понял, что разъяснять мне что-либо бесполезно. – Пора нам отправиться на другую сторону Луны.

– Каламбур я оценила, вот только не говори, что сейчас хочешь это использовать.

– Нет-нет, такое надо приберечь. Тем более что ты не представляешь, какой от них эффект. – Каспий запихнул мешочек в мой рюкзак, ни капли не стесняясь. – Я говорю о том, что ты должна увидеть темную сторону Мунсайда.

– Ну, я как бы ее видела. Каспий покачал головой.

– Думаю, нам понадобится магическая помощь. Лучше, чтобы тебя никто не видел.

– Не видел где?

Каспий ничего не ответил. Дальше последовали какие-то странные звонки и разговоры. Мы сели у Зу, хотя теперь это место наводило на меня тоску, не только атмосферой надвигавшегося банкротства, но и, конечно, встречей с Кави. Его взгляд отпечатался у меня в мозгу и всплывал в любое подходящее и неподходящее время. Все это время Каспий с кем-то договаривался по телефону и агрессивно строчил эсэмэски, а я продолжала озираться на дверь, ожидая увидеть его.

– Кажется, я договорился, – сказал Каспий, когда его нетронутый кофе (отвратительно горький на вкус) окончательно остыл.

– Договорился о чем? – Это начинало меня подбешивать, а еще – периодические сообщения от Томаса с вопросами, где Уоррен и когда я могу за ним проследить.

– О заклинании. Морок – одно из самых заурядных заклинаний, не думаю, что Хейзер и с ним накосячит.

Морок – что-то вроде невидимки. Точнее, он отводит внимание, и выделить тебя среди других людей или нелюдей практически невозможно.

– Зачем нам морок?

– Мы идем в «Гекату».

– Что это?

– Это самое худшее, что есть в Мунсайде, – с дьявольской улыбкой произнес Каспий, едва сдерживаясь, чтобы зловеще не засмеяться.

– Звучит, э-э-э, интересно!

– Нам нужно тебя приодеть и что-то сделать с твоим запахом, а то он тебя сразу выдаст. Там оборотни на входе. – Он схватил рюкзак и двинулся к выходу.

– Почему я не могу туда прийти без морока?

– Во-первых, фейсконтроль. Во-вторых, ради твоей безопасности. Думаю, наряд можно позаимствовать у моей сестры, у нее как раз сегодня приват по расписанию. Хейзер подъедет к нам.

Я же мечтала сегодня просто отдохнуть, а не шляться где-то всю ночь. Но уже уяснила, что спорить с Каспием бесполезно.

* * *

Каспий жил в самом центре, но в Мунсайде это не считалось чем-то особенным, напротив, ютиться в квартирке считалось позорным. Да и нелюди недолюбливали центр города. Это было место людей с их магазинчиками, кафешками и неуютными бетонными блоками – никакой демонической эстетики. Семья Брутто жила скромно, даже заурядно и как-то дешево. Кажется, у них были не лучшие времена.

– Может, ты не в курсе политической ситуации, но суккубы не могут похвастаться устроенной судьбой, – прокомментировал Каспий, закрывая дверь и швыряя рюкзак на диван. – Хоть мы и демоны, живется нам хуже оборотней. Никто не хочет знаться с суккубами, к нам относятся с подозрением и недоверием.

Я, конечно, подозревала это, но особо над этим не задумывалась.

– Нам сложно найти работу, если там заведует кто-то из нелюдей, будь то вампир или эльф. Единственный выход – либо пользоваться тем, что тебе дала природа, либо работать на людей. И неизвестно, что из этого хуже.

– Что ты подразумеваешь под «пользоваться тем, что дала природа»?

Каспий посмотрел на меня тягостно и одновременно разочарованно. Чувствовалось, что отвечать он не хотел.

– Проституция, Ив, – сказал он так, что мне вмиг стало не по себе. Каспий спрятался у себя в комнате, переодеваясь. – Можешь налить себе чай. Если есть что-то в холодильнике – бери.

– Суккубы же вроде не едят?

Точнее, они едят, но не пищу, а энергию, без которой быстро увядают и становятся старыми и непривлекательными.

– Я ем иногда.

По холодильнику это было заметно. Соусы, два яйца и что-то непонятное в контейнере: то ли рис, то ли какая-то крупа. Пришлось удовольствоваться чаем.

Каспий вышел из комнаты с мокрыми волосами и в новом наряде, именно в наряде. С его-то внешностью ему не надо прихорашиваться, но в этот раз он приоделся. Неужели «Геката» – такое элитное место?

– Прости, Ив, но сегодня мне придется… «поужинать» в «Гекате».

– Намек понят. – Я прокашлялась, чувствуя, что щеки горят.