Метро 2033: Пифия-2. В грязи и крови - Сергей Москвин

– Господи, вразуми.

* * *

Изнуренные однообразным трудом рабы попадали и растянулись на земле, чтобы за несколько часов тяжелого, беспокойного сна вернуть хотя бы толику растраченных сил. Настала пора действовать, но Гончая не спешила. Она выждала, когда надсмотрщики погасят все факелы и светильники, кроме тех, что освещали по ночам лагерь сатанистов, и когда яма с пленниками погрузилась в непроглядную тьму, переползла к косматому детине, выдавшему надсмотрщикам несчастного Рыжего. Другого такого гнусного и отвратительного ублюдка было не найти даже среди доведенных до скотского состояния рабов, и Гончая ни за что не стала бы иметь с ним дело. Но он был одним из немногих, а возможно, единственным, кому удалось выживать в плену у Харона и его банды в течение нескольких недель и при этом сохранить рассудок.

Она поводила под носом у Косматого крысиной лапой, которую не съела, а специально приберегла на этот случай, и, когда почувствовавший запах жареного мяса детина открыл глаза, мгновенно отдернула руку.

– Знаешь, куда здесь девают трупы?

Он все понял правильно и кивнул.

– Куда?

– Сваливают в заброшенный тоннель вместе с выкопанной землей и камнями.

– Молоток, – усмехнулась Гончая. – Держи приз.

Она бросила на грудь Косматого крысиную лапку, тот сейчас же схватил угощение и засунул себе в рот. Девушка откатилась обратно к напарнику. Когда она оказалась у него под боком, он произнес:

– Я слышал, о чем вы говорили.

Гончая беззвучно выругалась. Она рассчитывала сохранить разговор с Косматым в тайне и до последнего мгновения надеялась, что ей это удалось.

– Он ошибается, – продолжил отец Ярослав. – Тела погибших не вывозят вместе с землей. Ими кормят крыс.

– Каких крыс? – растерялась Гончая.

– Которых разводят поклонники Сатаны.

– Тех крыс, что мы едим? – ее передернуло. А она еще удивлялась, где сатанисты умудряются ловить таких откормленных крыс. – Откуда ты знаешь про это?!

Священник вздохнул.

– Я все это видел. В первый же день, как я оказался в плену, умер мужчина. Не старый и не избитый. Он даже не выглядел больным, но неожиданно схватился за грудь, упал и умер. Наверное, сердце не выдержало. Когда за телом спустились охранники, я попросил разрешение провести обряд погребения. Мои слова услышал Харон. Он приказал мне вылезти из ямы, потом отвел к загону с крысами и, когда его люди бросили туда мертвое тело, велел служить панихиду. Это было ужасно. Я читал молитвы, а крысы в это время грызли труп этого несчастного. Они пищали и дрались между собой за оторванные куски. Я хотел закончить обряд поскорее, но Харон не отпустил меня, заставил смотреть, как крысы обгладывают кости этого человека. А сам следил за мной, смотрел и улыбался. Никогда не забуду его дьявольскую улыбку.

– Харон всегда лично наблюдает, как крысы жрут мертвяков?

– Думаю, за этим вообще никто не наблюдает. Только для меня было сделано исключение.

– Поблизости есть какие-нибудь жилые палатки, караульные посты или что-то подобное?

– Насколько я помню, нет… – отец Ярослав замолчал на полуслове и насторожился. – Что ты задумала?

Девушка улыбнулась и, хотя напарник не мог этого видеть, подмигнула ему.

– Умереть. Сегодня ночью.

* * *

Когда на спящих рабов сверху хлынули потоки воды, Гончая не пошевелилась. Кровавая мокрота, которую она в темноте размазала по лицу, уже засохла и должна была убедить надсмотрщиков, что пленница во сне захлебнулась собственной кровью.

– Вы же видите, эта женщина мертва.

«Началось!» Она лежала с закрытыми глазами, поэтому не видела, что происходит вокруг. Приходилось полагаться только на слух, и, судя по реплике отца Ярослава, надсмотрщики уже обратили внимание на ее неподвижное тело.

– Здесь еще двое мертвых! – внезапно раздалось с другой стороны.

«Еще двое?!» – опешила Гончая. В ее плане не были предусмотрены другие трупы, но после недолгого размышления она решила, что так даже лучше – чем больше мертвецов, тем меньше внимания каждому конкретному телу.

Однако время шло, а в яму никто не спускался. Отец Ярослав, видимо, от волнения сжал руку девушки.

– О боже, – неожиданно прошептал он.

А еще через несколько секунд Гончая услышала рядом с собой голос Харона:

– Я помню этого человека. Он один из трех новых слуг нашего Господина. Эти двое умерли не своей смертью. Их убили!

Несмотря на закрытые глаза, девушка ясно представила, как предводитель сатанистов разглядывает тела неудавшегося красного подрывника и прикованного к нему напарника. Она сразу же догадалась, кто их убил. Штурмовики отомстили горе-диверсанту, по вине которого попали в плен, а заодно прикончили и раба, ставшего свидетелем расправы.

Но Харона побудительные мотивы не интересовали.

– Убийство слуг – это преступление против Господина! – объявил он. – Вы все повинны в этом, потому что допустили убийство, и будете за это наказаны! Сегодня никто не получит пищи! А чтобы умилостивить Сатану, нашего Господина, мы принесем ему искупительную жертву. Жертву крови!

После этих слов в яме началась какая-то возня, кто-то упал на землю в двух шагах от Гончей, а следом за этим на нее обрушился вопль косматого детины.

– Это она! Она все подстроила, чтобы сбежать! Вы проверьте, может, она и не сдохла вовсе!

Не успела «мертвая» опомниться, как ее оторвали от земли, чья-то заскорузлая рука дважды ударила ее по лицу, потом те же пальцы оттянули ей веко, и она увидела перед собой ухмыляющееся лицо главаря сатанистов.

Харон недолго разглядывал пленницу. Убедившись, что она не умерла, а всего лишь притворяется, он сразу потерял к ней интерес и обернулся к священнику.

– Ты хотел помочь ей бежать?

Под требовательным взглядом вождя сектантов отец Ярослав утвердительно кивнул. Харон рассмеялся. Его неестественный дребезжащий смех звучал так, словно две ржавые железяки терлись друг о друга. Гончая брезгливо сморщилась.

– Что же не попросил своего никудышного бога? Или он ослабел настолько, что ты решился сам? Для тех, кто противится воле Сатаны и отказывается служить ему, одно наказание – смерть! – объявил Харон жавшимся к стенам ямы рабам и снова уставился на священника. – Но тебя, поп, я убивать не стану, чтобы ты узрел могущество Сатаны и немощь того брехуна, которому ты молился. А эту задумавшую сбежать тварь мы принесем в жертву нашему Господину. Ты сам ее и принесешь… Наверх их!

Последняя фраза насторожила Гончую, но Харон не стал ничего уточнять. По сигналу своего предводителя сатанисты скрутили девушку и прикованного к ней цепью напарника и запихнули их в бочку, которая тут же начала подниматься наверх. Тела убитых ночью мужчин так и остались лежать на земле, они больше никого не интересовали.