Противодраконья эскадрилья - Григорий Шаргородский

Стоявшие у бойниц гномы внимательно вглядывались в пространство за стеной. Один из них что-то крикнул, и два гнома из дежурной смены начали открывать массивную дверь. Она запиралась, как банковский сейф, на выдвигающиеся во все стороны штыри.

Гномы быстро, плотной цепочкой втянулись в открывшийся проход.

Не понял, у них что, генералы обязаны ходить в вылазки или Секире просто захотелось выплеснуть клокотавшую внутри ярость? Надеюсь, подпаленая борода не стала причиной появления у него суицидальных наклонностей. Мне этот коротышка даже понравился. Я посмотрел на Утеса и сделал приглашающий жест рукой, изобразив на лице веселую иронию.

Приор еще раз ощерился, нахлобучил на голову шлем и принял позу готового к атаке американского футболиста – то есть присел и, наклонившись вперед, уперся правой рукой в пол. Левой рукой он удерживал любимую булаву у шипастой головы, разместив длинную рукоять параллельно полу.

В том, что у него получится, я даже не сомневался, потому что видел, как этот здоровяк на карачках проскочил почти стометровую штольню на острове, причем со скоростью почтового экспресса.

Так случилось и сейчас. Рванувший вперед командир штурмовиков вошел в открытый проем как мастерский шар в лузу, лишь чуть звякнул наплечником по металлической коробке.

Ладно, засчитаем проход как чистый.

Пытаясь отогнать беспокойство, я показательно фыркнул и с улыбкой пошел за приором. За мной двинулись Карп и два приземистых, но массивных штурмовика.

За дверью было темно и настолько влажно, что одежда под моей пластинчатой лорикой тут же промокла. И это не очень хорошо. Если то, что Меднобородый говорил об огне странных ящериц, правда, мы тут скорее сваримся, чем обгорим. К тому же не понятно, как рассмотреть в этой темноте и паровой взвеси хоть что-то полезное.

На внешней стороне защитной стены горели лишь два магических фонаря. Выстроившаяся клином штурмовая группа гномов уже подходила к краю освещенного пятна. Словно прочитав мои мысли, кто-то из оставшихся за стеной бородачей зажег дополнительное освещение. Все пространство короткого отрезка тоннеля и прилегающей к нему части основной пещеры залило светом нескольких десятков мощных магических фонарей.

Да уж, картинка, скажу я вам, чисто постапокалиптическая. Планировка пещеры уже знакомая – одно– и двухэтажные приземистые дома да помещения в стенах. Потолок не очень высокий – метров пятнадцать. Все это было покрыто копотью и какой-то странной плесенью. Почти половина домов превратилась в груды каменных кубов. Казалось, что гномы покинули это место лет сто назад, но я-то знал, что прошла всего пара месяцев. В сложной мешанине света, теней, взвеси и копоти трудно было что-то разглядеть.

Гномы, постояв немного на месте, осторожно двинулись вперед. Носители странных труб держались внутри клина.

– Утес, помоги, – сказал я, подходя к двухэтажному дому, у которого от второго этажа осталось лишь три стены и часть кровли. Оттолкнувшись от сплетенных в замок рук приора, я взлетел на второй этаж, а затем без проблем перебрался на остатки плоской крыши.

Осторожные шаги показали, что опора надежная, так что можно расположиться удобнее и достать подзорную трубу. Карп таким же способом забрался на второй этаж, но на крышу не полез. Утес с двумя штурмовиками занял оборону внизу.

Пока мы карабкались на полуразрушенный дом, гномы выдвинулись на три десятка метров по центральной дороге квартала и остановились. Судя по их напряженным позам, они что-то увидели. Через пару секунд осмотра с помощью подзорной трубы мне удалось заметить врага. Это действительно было нечто похожее на ящерицу размером с взрослого льва. Треугольная голова с красным гребнем держалась на длинной шее. Широкое туловище, вихляя из стороны в сторону, передвигалось на коротких, но явно очень мощных лапах. Причем передние лапы были значительно длиннее задних. Все это покрывала золотистая чешуя.

Эти странные зверушки даже не пытались маскироваться, явно считая себя вершиной пищевой цепи.

Надеюсь, у меня получится доказать им, что это не так.

Золотистый росчерк мелькнул впереди, затем еще два разрезали воздух справа.

Шустрые, гады.

Ящеры явно не обладали большим запасом терпения, и самый ближний кинулся на группу гномов. Причем он не стал прыгать на ощерившихся железом воинов, а подбежал метров на десять и чуть присел, встопорщил алый гребень. Защелкало похожее на стимпанковские ручные пулеметы оружие.

Жиденько. Я уже раскатал губу на скорострельное автоматическое оружие. Автоматика присутствовала, но скорость была не больше одного выстрела за полминуты.

Плюс ко всему короткие болты просто отскакивали от непробиваемой туши ящера. Еще через пару секунд стало понятно, что гномам этого и не требовалось. Вперед выступил одни из воинов с трубой. Поразительно знакомым жестом он закинул трубу на плечо и выстрелил… нет, не гранатой, а мгновенно развернувшейся в воздухе цепью.

Ящер все же успел выдохнуть струю огня, но гномы шустро разбежались. Один – ноль в пользу бородачей. Где-то внутри меня промелькнула подленькая надежда на то, что ящеры быстро сравняют счет, иначе мне здесь делать уже нечего, но все же симпатии были, конечно, на стороне союзников.

Увы, темная сторона моей души оказалась права. Сначала ящер запутался в сети и чем сильнее ворочался, тем туже затягивал путы. Гномы кинулись тыкать в него острым железом, но, кажется, без малейшего успеха. А еще через десяток секунд окутавшийся огнем кокон распрямился – ящер разорвал или просто расплавил цепи ловушки.

Огненная струя угодила в одного из гномов, и он вспыхнул как факел. Лурко яростно заорал, явно намереваясь кинуться на ящера, но два гнома подхватили его под руки и поволокли назад. Один из гранато… сетеметчиков еще раз запулил сетью в только что освободившегося ящера. Не попал – тварь скакнула в сторону, но тут ее зацепила третья сеть.

Повторять попытку добить явно потерявшую часть сил ящерку гномы не стали – это был маневр отхода.

Пора и нам. Я уже примерился сначала спрыгнуть на пол второго этажа, а затем на дорогу, и тут меня отвлек взрыв.

Да ну на фиг!

Чуть не свалившись вниз от удивления, я посмотрел на поле боя. Гномы отходили, а за ними бежали четыре ящера. Взрыв, который я бездарно пропустил, разметал один из домов.

Вот, значит, отчего здесь все в руинах. Но важнее то, что из-под обломков рухнувшего дома без проблем выбрался ящер и бросился за гномами.

Мне все же удалось увидеть, как один из гномов метнул в преследователей увесистую болванку, после чего сильно грохнуло. Ящеров разметало в стороны, жаль, что без явных признаков ранений. Огнедышащие враги хоть и поумерили свой пыл, но продолжили погоню.

Я тут, понимаешь, стесняюсь привносить в этот многострадальный мир порох, а они вовсю гранатами швыряются!

– Вождь! – заорал снизу Утес.