Зона власти - Игорь Ревва

Кроме своей группы Кирк насчитал еще пять. Одна из них — самая большая, состоящая из четверых людей, двух альгатирейцев и двух кассилиан — сидела ближе всех к воротам. Кирка неприятно удивило то, что оба альгатирейца были вооружены точно такими же, как и у него самого, «Драконами».

Здесь еще можно было воспользоваться бластером или плазморазрядником. В Лабиринте они станут бесполезными, но их все равно придется тащить на себе — при возвращении обратно они могут пригодиться. Некоторые группы на этих участках разделялись. Двое-трое оставались тут, поджидая возвращения остальных и карауля оставленное оружие и запасы продовольствия; остальные уходили Лабиринт. Чтобы, возможно, потом стать жертвами этих же самых оставшихся охранников…

Кирк встал и отправился пройтись, поразмять ноги, слегка гудевшие после сегодняшнего длительного перехода. Он неспеша шел между сидевшими на земле, и люди и чужие мгновенно замолкали, едва он оказывался поблизости.

— Командир!..

Кирк обернулся. Его догонял Александр Рогов.

— Ты напрасно ходишь тут, — прошептал он. — Патрик просил предупредить тебя — здесь ходить нежелательно, лучше сидеть на месте, как все остальные. Бродят здесь лишь бандиты, высматривающие добычу… Перемирие, конечно, но могут и пальнуть…

Кирк вздохнул и повернул обратно.

— Как ты думаешь, командир, — шепотом спросил у Кирка Рогов, — пригодится ли опыт наших чужих в Лабиринте?

— Наших чужих?! — удивился Кирк, но тут же понял, о ком говорит Рогов. — А! Я думаю, что да. Тенчен-Син уже не раз бывал там. Он должен многое знать. А что касается Тас-Кса-Сит — она в Лабиринте впервые, как и я…

— Я тоже в первый раз иду в Лабиринт, — с кривой улыбкой ответил Рогов, — но насчет кошки ты ошибаешься, командир. Она уже бывала тут.

— Почему ты так думаешь? — насторожился Кирк.

— Я не думаю, я знаю, — пояснил Рогов. — Тас-Кса-Сит работает у Дитриха очень давно, но я появился у него раньше. Я очень часто сопровождал его на переговорах и вообще в поездках. И я помню, как Дитрих однажды кому-то говорил, что скоро у него будет отличный специалист с Ксиона, который даже в Лабиринте сумел в одиночку выжить длительное время, — Рогов замолчал, уставив взгляд в темнеющие ворота Лабиринта, а потом неожиданно добавил: — Других ксионийцев у Дитриха никогда не было, а наша кошечка и впрямь отличный специалист…

— Раз она мне об этом ничего не сказала, — решил Кирк, — то я и не стану ей говорить, что знаю об этом. А если она была в Лабиринте… Что ж, тем лучше — четверым из нас это будет не в новинку, у группы больше шансов выжить.

— Скрытные они, — проворчал Рогов, — чужие эти…

— Люди тоже не отличаются откровенностью, — заметил Кирк.

— Это верно, — согласился Рогов. — Я, например, никогда и никому не рассказывал, что терпеть не могу Аллана Дитриха.

— Ты?! — удивлению Кирка не было предела.

— Я, — кивнул Рогов и лицо его сделалось похожим на каменную маску. — Но и тебе, командир, я не собираюсь рассказывать об этом. Это только мое дело, и оно никого не касается. И если Дитрих как-то узнает об этом нашем с тобой разговоре, я буду знать, от кого он мог услышать, — Рогов хищно посмотрел на Кирка.

— Разумеется, — кивнул Кирк. — Если ты не разоткровенничался еще с кем-нибудь. Или ты считаешь, что я должен доверять тебе на все сто процентов?! — усмехнулся Кирк, заметив удивленный взгляд Рогова. — Почему ты так решил?! Я тебя совершенно не знаю и твоим словам не больше веры, чем словам остальных.

— Ты прав, командир, — вздохнул Рогов. — Какое доверие может быть к клонам, верно? Не нужно было мне этого тебе говорить. Просто… Если бы не Арнольд… Это ведь из-за него…

— Что — из-за него? — переспросил Кирк.

— Я ненавижу его, — признался Рогов. — И он меня тоже. Он никогда не любил клонов, а со мной был дружен. Потому что не знал, что я клон. А когда узнал, то взял, и заявил мне при всех, что с мясными игрушками он дружить не намерен… Ладно, не будем об этом, — махнул рукой Рогов.

Они уже приблизились к своим, и Кирк опустился на землю.

Значит, Тас-Кса-Сит бывала в лабиринте, подумал он. Мне она наврала, значит… Зачем? Да и Мелони… Попросил Рогова предупредить, что тут в одиночку ходить не принято. Откуда он знает-то? Говорил, что всего раз бывал в Лабиринте, да и то не дальше первой зоны. Однако порядки здешние ему хорошо известны.

Эх, ребята! Тяжело мне придется с вами, вздохнул про себя Кирк.

А вам — со мной…

* * *

— Когда может произойти непоправимое? — Высший казался воплощением спокойствия. В отличие от остальных таирцев, несущих охрану возле его трона и явившихся невольными свидетелями его разговора с Ближайшим.

— Непоправимое, возможно, уже происходит, — ответил Ближайший. — Но река времени пока не принесла нас к пропасти. Хотя гул водопада уже слышен.

— Но принесет, — то ли ответил, то ли спросил Высший.

— Я уверен в этом, — кивнул Ближайший.

— Мы не можем начинать войну с Межзвездной Империей Людей, — медленно проговорил Высший. — Если мы поступим так, то против Великого Единства выступят свободные планеты — Кассилия, Ксион и Альгатир. Я уверен, что и Каилишская Ассоциация не упустит такой возможности — предложить свою помощь людям в войне против нас. И мы окажемся противниками всей разумной галактики. Будет ли это разумным?

— Рано или поздно вся разумная галактика сама окажется противником Великого Единства, — возразил Ближайший. — И это тоже не будет разумным.

Высший закрыл глаза и поднял лицо к потолку.

— Мы не можем начинать войну, — снова произнес он. — В вечности есть знание о прошлой войне, которую вел Таир.

— Это было много тысячелетий назад, — осмелился напомнить Ближайший.

— Река времени не властна над памятью вечности, — возразил Высший. — Когда ты сам станешь Высшим, ты это поймешь. Потому что тогда у тебя будут знания вечности.

— Я очень не хочу, — заявил Ближайший, — чтобы Великое Единство само стало достоянием вечности.

— Иного выхода нет, — Высший не открывал глаз. — Либо Таир станет достоянием вечности, либо он станет достоянием Вечных. В прошлый раз Свободным повезло. На этот раз… Я не уверен, — закончил он.

— Ты предлагаешь?… — Ближайший замолчал, не договорив фразы до конца.

— Анкор необходимо уничтожить, — слова эти прозвучали спокойно. Но когда Высший открыл глаза и посмотрел на Ближайшего, тот понял насколько тяжело далось ему это решение.

— Анкор должен быть уничтожен, — повторил Высший. — Лабиринт, несущий горе и страдание, должен перестать существовать в галактике.

— Там много разумных, — сказал Ближайший.

— Да, — подтвердил Высший. — Если бы не это, я приказал бы уничтожить Анкор очень давно.