Агент КФ - Кир Булычев

– Возьмите себя в руки, ван Кун, – сказал Андрей. – Все это скоро кончится. Мы их посадим в клетку.

Пруг понял. Пругу это не понравилось. Пруг перестал улыбаться. Пруг решил принять меры.

Андрей был почти готов к этому. Психология Пруга, если с ним немного общался, не представляла глубокой тайны. Андрей прыгнул с кресла в тот момент, когда хлыст взвизгнул, разрезая воздух. Разумеется, он опустился на больную руку, и боль была страшная.

Он со злостью на себя подумал: вот ты, голубчик, и потерял форму. Раньше ты бы успел отпрыгнуть.

Но, к счастью, злость и боль не замутили сознания. Здоровой рукой он успел схватить за конец хлыста и вырвать его. Он тут же отпустил хлыст, потому что колючий шарик распорол ладонь – этого еще не хватало, но и Пруг потерял равновесие, тяжело вывалился из кресла вперед.

Воин выхватил нож. Андрей замер. К счастью, Пруг быстро соображал.

Он отмахнулся от воина, сам подтянулся сильными ручищами, втащил себя в кресло и сказал:

– Молодец.

Но смотрел при этом на археолога. Археолог глядел в пол.

Ему сейчас кажется, что все это дурной сон, подумал Андрей. Ничего, было бы желание проснуться.

– Если вы еще раз поднимете хлыст на равного, то вам придется убить меня, – сказал Андрей. – Честь не терпит скотства.

– Ну ладно, ладно, – сказал Пруг, – я пошутил, и обиды нет.

– Кнутом не шутят.

Андрей говорил на языке Пруга. Он знал, что Пруг перешел грань дозволенного в отношениях между свободными людьми. Перешел ее не случайно. Успех с археологом, которого удалось сломить, дал надежду, что это же пройдет и с Андреем. Археолог был чужаком. Андрей же, которого Пруг принимал в своем доме, был благородным. Иначе терял лицо Пруг – кого же он приглашал и кормил? Раба, которого можно хлестать?

– Я погорячился, – сказал Пруг.

Андрей больной рукой достал платок, прижал его к ладони. Он не хотел показать, что ему больно.

– У вас идет кровь, – вдруг сказал брезгливо археолог, как будто все это его совершенно не касалось.

– Ничего, – засмеялся Пруг. Он предпочел забыть о маленьком поражении. – Ты лучше повтори то, что рассказал. О планете Ар-А. О ее арсенале. Ты рассказывай своему ДрейЮ, я уже все знаю. Только не лги.

– Я излагал суть открытий в сообщении в Школе Знаний, – тихо сказал археолог. – Вы можете ознакомиться. Бумаги у вас.

– Вот, – обрадовался Пруг. – В Школе Знаний был ДрокУ. Мы давно ждали приезда гробокопателя.

– А что это за история с фигурками мести? – спросил Андрей.

– Что? Какой мести?

– Вы перед самым похищением купили в магазине четыре фигурки воинов. Помните?

– Солдатиков? – спросил ван Кун, неожиданно оживая. – Да, я купил. А остальных не успел.

– Точно, – сказал Пруг. – Я его спрашивал, но не понял ответа. Я думал, в этом какой-то смысл. А он мне говорил чепуху.

– Это были солдатики, – сказал археолог. – Неужели вы не можете понять простой вещи? Я собираю солдатиков. Всех стран и народов. У меня коллекция! Понимаете, коллекция!

– Как все бывает просто! – улыбнулся Андрей. – Коллекция. Конечно же, марки, открытки, солдатики…

– Ты понимаешь? – спросил Пруг.

– Некоторые люди собирают много одинаковых вещей – им интересно.

– Ладно, – отмахнулся Пруг. – Ты говори об арсеналах.

– Там была война, – сказал археолог. – Им удалось фактически кончить жизнь самоубийством. Джинн из бутылки.

– Понятнее говори, – проворчал Пруг.

– И без этого понятно, – сказал ван Кун. Он глядел на Андрея, и глаза его были загнанными, усталыми. – Они многого достигли. Даже вышли в космос. По крайней мере, они могли достигать планеты Пэ-У. Технологическая цивилизация. Но они воевали. Убивали друг друга. Отчаянно воевали. И долго. Пока мы можем только предполагать. У них было бактериологическое оружие. Оно нарушало генетический код. Они не смогли найти противодействия. Очевидно, оружие разрабатывалось в условиях войны и казалось панацеей – одним ударом, как атомной бомбой. А остановить они уже не смогли.

– Ясно, – сказал Андрей. – И не осталось никого?

– Хуже. Когда они поняли, что гибнут, – они в подземельях прятались, они искали противоядие, война уже прекратилась, но они еще старались спастись… Некоторые остались живы, но на ином уровне… У меня с собой были материалы, но их вы украли.

– Ты говори, – ответил Пруг. – Ты скажи об арсеналах.

– Неточное слово. Условность. Это больше чем арсеналы. Они прятали все. Они уже были последними, но сидели в норах и боялись. Может, если бы они объединились, они могли бы выжить.

– Не рассуждай, – сказал Пруг. – Ты говори, что нашли.

– Дикари не учатся на исторических ошибках. Я намерен был подробно рассказать в вашей Школе Знаний. Я думал, что это предупреждение. А это соблазн. Соблазн начать все сначала. Им мало одной планеты!

– Мы все поняли, мой дорогой. Жаль, что ты упрямился. Пришлось тебя наказать. Если люди дружат и помогают друг другу, то нет нужды в наказаниях.

– Меня нельзя было бить, – сказал археолог тусклым голосом.

– Ты стоял на пути благородного дела освобождения моей страны от власти корыстолюбивых и гнусных тварей. Ты стоял на пути освободительных сил, ты стоял на пути моего величия. И ты был наказан. Как и каждый, кто посмеет мне помешать!

– Ему надо к врачу, – сказал Андрей.

– Что? – Пруг не сразу переключился на обыденность. – К доктору? Ну, веди его к доктору. Пускай доктор его лечит. И пускай тебя лечит тоже. Что, болит рука? – Пруг засмеялся. – Я в детстве тоже схватился за хлыст. Меня хотели наказать. Я был гордый, я схватился за хлыст. Скажи доктору, что от шарика получаются занозы, они нарывают. Не смотри на меня, ДрейЮ, я не дам тебе меня убить. Я убью тебя сам. Не сейчас, а когда мне это будет нужно.

Андрей поднялся и сказал археологу:

– Пошли в медпункт, ван Кун.

«Умение убивать… – думал он. – Мне не приходилось убивать человека… Но зачем ему об этом знать? Наверное, если очень рассердить кролика, он тоже убьет человека».

* * *

– Вы не представляете, – повторял археолог, пока доктор готовил успокаивающие средства, – что это за существа. Им доставляет наслаждение бить. Я сначала этого не понял и довольно резко им отвечал. Скажите, неужели каждого человека можно избить так, что он потеряет человеческий облик?

– А на Ар-А остались люди? – спросил Андрей, чтобы переменить тему разговора.

– Люди? Я же сказал, что их оружие изменяло генетическую структуру. Не только убивало взрослых, но и тех, кто еще не родился, а иногда хуже чем убивало. Знаете, они отняли у меня лекарство, которое вы мне дали. Были люди – стали амляки.