Запретный атрибут - Денис Петриков

Арбалетчики сохраняли безразличие.

— Чертов Пик, — подавленно и неопределённо пробормотал Грин.

Наш разговор явно зашёл не туда. Куда больше меня интересуют сейчас простые и практичные вещи. Но, коли мы уже находимся у нужной темы, стоит задать близкие к ней вопросы.

— У командира нашего отряда на поясе висит пистолет, при этом наши замечательные соседи вооружены очень приличными, но арбалетами. Откуда такая несправедливость? — сделав паузу, поинтересовался я.

— А, что? — встрепенулся задумавшийся Грин. — А, пистолет… Ну, огнестрельное оружие может быть очень полезно, однако, в этом мире оно не столь практично как в вашем.

На моё хлопание глазами, старик в очередной раз обречённо вздохнул и принялся объяснять:

— Во-первых, для обычных людей существует строгий запрет на владение огнестрельным оружием, так сильные мира сего страхуются от ненужных эксцессов. Во-вторых, оно довольно дорого в изготовлении, отчего позволить себе его могут лишь высокие чины и дворяне. И дело не только в самом пистолете, самое дорогое — патроны с магически нейтральным порохом. Опытный пироман, сосредоточившись на пистолете, может легко детонировать боеприпасы, — пояснил собеседник. В-третьих, не стоит забывать о магии, ведь она в каком-то смысле заменяет и обесценивает подобное вооружение.

— В смысле обесценивает? — потребовал я подробностей.

— Магический защитный барьер — первое неспециализированное заклинание Третьего круга. Его специфика такова, что наиболее эффективно он защищает от сравнительно лёгких объектов. И в отличии от веса, их скорость не играет решающей роли. Как итог, маги в бою практически неуязвимы для пуль.

— И вы не подумайте, — продолжил старик, — мы не так сильно отстаём от вас в плане технологий, кое-где у нас даже есть железные дороги. Хотя отстаём конечно, — вздохнул он, — ведь очень многое сильные мира сего попросту не хотят внедрять, что-то банально не работает, а некоторые вещи нам заменяет магия.

Всё, хватит глобальных вопросов. Пока хватит. Пора переходить к насущному. Да и посторонним может показаться странным, что я интересуюсь не теми вещами, которые должны волновать меня в первую очередь.

— Расскажите куда меня везут и кому передадут? Какова моя дальнейшая судьба? — поспешил реабилитироваться я.

— Вы забыли, мы ведь договорились, мой ответ — ваш ответ, — улыбнулся Грин. — Так что сейчас ваша очередь рассказывать. Коли вы слабы в науках, расскажите мне пожалуйста о вашем быте. И не переживайте, ехать нам долго, времени хватит.

* * *

Вечер подкрался и навалился незаметно.

Во время пути у меня сложилось стойкое впечатление, что наш отряд старательно объезжал крупные поселения, а в нескольких небольших деревнях через которые проходила дорога, мы не задержались ни на минуту.

Пару раз нас останавливали конные патрули. Офицеры одного, особенно большого, вели себя вызывающе и даже порывались осмотреть экипаж, окна которого были надёжно занавешены плотной тканью.

Что интересно, во время нескольких сделанных по пути остановок, предназначенных для справления естественной нужды, из экипажа так никто и не вышел.

Несмотря на напор военных, наш трёхполосный командир в переговорах с ними сохранял спокойствие, доставая и предъявляя пропуска и бумаги. А после, когда и это не помогло, беззастенчиво сунул несговорчивому офицеру патруля взятку. Вероятно, с этого необходимо было начинать, так как нас немедленно оставили в покое.

И вот, когда на землю уже опустились сумерки, наш отряд наконец достиг небольшого, обнесённого каменной стеной городка. При этом защитная стена являлась в этом месте чуть ли не единственным каменным строением.

Пожалуй, можно сделать вывод, что город, в котором я появился — богатый город, ведь всё что я видел по пути, так или иначе было построено из дерева.

Стоило нам попасть за городские ворота и проехать полсотни метров по широкой центральной улице, как экипаж и сопровождающие его всадники повернули на одну из второстепенных улочек, исчезнув в сгущающейся темноте. Приметив этот момент, я сообразил, что всё рассчитано так, чтобы как можно меньше людей видели экипаж и его пассажиров.

Кучера фургонов, однако, уверенно продолжили путь, чтобы очень скоро остановиться перед трехэтажным деревянным зданием. От соседних строений нашу цель выгодно отличало не только количество этажей, но и яркие фонари на фасаде. Хорошо различимая в их свете вывеска, как и горящий в окнах первого этажа свет, намекали, что остановились мы у здания местной гостиницы.

Последовав примеру Грина, я покинул фургон, принявшись разминать затёкшее до деревянного состояния тело. Наши соседи — крепкие парни лет тридцати, спрыгнули следом. При этом арбалеты, в обнимку с которыми они ехали весь день, куда-то волшебным образом исчезли, зато на поясе парней появились короткие мечи в чёрных ножнах.

Высадив пассажиров, кучер направил наш транспорт во внутренний двор заведения, следуя указаниям непонятно откуда выскочившего мальчишки.

И тут до меня наконец дошло очевидное. Задача этих двоих приглядывать за моей неудачливой тушкой.

Вот и ладушки, пусть приглядывают. Из обрывков собранных мной сведений следует, что, даже если мне каким-то чудом удастся сбежать, меня первой же ночью схарчат в местных полях и лесах, либо же я быстро попаду в общество куда менее доброжелательных людей.

Покинув фургон, я, Грин и пара краснополосых бойцов направились к заведению. У входа один из сопровождающих сделал нам знак притормозить, после чего вокруг его тела вспыхнул полупрозрачный беловатый барьер. Прикрывшись магией, боец резко открыл дверь и зашёл в помещение первым. И лишь после внутрь вошли мы.

Гостиница, точнее расположенная на её первом этаже таверна, встретила неоднозначно и это при том, что мой опустевший желудок возлагал на неё определённые надежды.

А ещё, я наконец узнал как пахнет кровь.

Всегда вот думал, что выражение «в воздухе стоял густой тошнотворный запах крови» употребляется авторами прочитанных мной книг исключительно для накала страстей. Оказалось что нет.

На полу, посреди опрокинутых столов и стульев, лежало неподвижное тело, с которого натекла немаленькая такая лужа свежей крови.

Оглядевшись, я приметил у стены ещё двоих «пострадавших». Но эти, судя по всему, были живы, пусть и связаны по ногам и рукам. Не знаю, что именно здесь произошло, однако, оно заставило заволноваться.

Рядом с мертвым телом спорила группа людей. Часть из них была при оружии и в броне, часть же походила на гражданских. И стоило нам зайти во внутрь заведения, как все они резко замолкли, настороженно уставившись на краснополосых.

Как я уже успел приметить, сопровождающие меня люди имели какую-то нехорошую особенность напрягать окружающих.

Как оказалось, наши попутчики были не так просты. В дополнение к первому, беловатый защитный барьер покрыл тело второго бойца. А момент, когда оба они успели выхватить из ножен мечи, я попросту пропустил. И дело здесь не в моей невнимательности, а в скорости их извлечения.