Чужой. Завет - Алан Дин Фостер

Это решило дело.

– Я приводняю корабль. Если кому-то охота прокатиться на водных лыжах – сейчас самое время. Только дайте знать, и я опущу рампу.

Даже если подобное было возможным, никто не стал ловить ее на слове. Членов команды и без того помотало достаточно для одного дня. Перспектива продолжать в том же духе для собственного удовольствия не вызывала энтузиазма.

Длинное узкое ущелье, куда снижалась Фарис, могло бы стать идеальной посадочной площадкой, если бы его не заполняла вода. Впрочем, это не помешало пилоту мягко опустить модуль между голых скал. Потревожив и насыщенный влагой воздух, и холодную воду, корабль сел в озеро, подняв при посадке шлейф брызг. Замедляя ход, модуль повернул налево и замер недалеко от берега.

В последний момент раздался неожиданный глухой удар под днищем, заставив Фарис сморщиться. Сигналы тревоги молчали, означая, что корпус не пробит. Фарис осторожно отвела корабль в сторону, остановила его на мелководье у галечного берега и выключила двигатели. Никому из спутников не нужно было говорить, что она – лучший пилот, Фарис знала это и так. Это был просто факт.

Оказавшись наконец на твердой земле, прошедшие без потерь через ужасную бурю члены команды чуть ли не срывали с себя привязные ремни, спеша оказаться на берегу.

Несмотря на все навьюченное снаряжение, рядовой Коул несколько раз на пробу подпрыгнул, наслаждаясь грохотом ботинок о палубу.

– Настоящая сила тяжести!

На него наткнулась Розенталь, и Коул повернулся к ней.

– Я уже почти забыл это ощущение.

– Ударишь меня по плечу еще раз – и ощутишь еще больше, – предупредила Розенталь. – Помоги мне с мешком.

Экспедиция готовилась к выходу. Подгоняли рюкзаки, заряжали оружие, считали пайки. Каждый сначала проверял чужое снаряжение, а потом осматривал собственное.

В передней части, где Фарис занималась отключением питания модуля, затрещал коммуникатор. Несмотря на то, что теперь шторм бесновался высоко над ними, он все равно мешал и приему, и передаче.

«По крайней мере, – подумала Фарис, – хоть что-то пробивается».

– У нас сложности с приемом… найти… усилить сигнал?

Фарис узнала голос Апворт. Она могла только надеяться, что системам связи хватит мощности, чтобы пробиться сквозь водоворот электромагнитных помех над головой.

– Поняла. Чертовски сложный был вход в атмосферу. К тому же пришлось садиться на воду, и мы, возможно, на что-то налетели при посадке. Я собираюсь проверить, так что на какое-то время буду вне зоны прямой связи. Включу межкорабельный передатчик, и будем надеяться, что он заработает в обе стороны.

Пока Фарис говорила с «Заветом» в надежде, что ее услышат, к ней и Ораму присоединилась Дэниелс. Капитан вопросительно посмотрел на своего заместителя, и та протянула ему выпавший во время снижения шарик. Орам принял его и кивнул в знак признательности.

– Я бы скорее использовала лекарства в подходящей дозировке.

Орам поднял шарик вверх и только потом убрал его в карман.

– Шарики не являются наркотиком, всегда под рукой и не вызывают привыкания.

Дэниелс нашла бы, что возразить про последнюю часть, но решила промолчать, видя, что Орам смотрит наружу через иллюминатор.

– Насколько далеко нам идти?

Уолтер проверил данные.

– Источник сигнала находится в восьми километрах почти строго на запад, но существенно выше. Крутой склон, – он поднял глаза на Фарис. – Ты хорошо выбрала место. Хотя между нами и сигналом есть подходящие участки, на деле нам бы не удалось подобраться ближе без того, чтобы подвергнуть модуль риску.

– Знаю, – просто ответила та. – Это называется «пилотирование».

В отличие от большей части команды, Фарис зачастую была резка с синтетом. Она не знала, почему так. Уолтер был идеально вежлив, идеально отзывчив, идеально общителен. Идеально… идеален.

«Может быть, как раз поэтому».

По команде с мостика рампа по правому борту откинулась и, взбаламутив воду у берега, улеглась на гальку.

Первым вышел Уолтер. Из всей команды им было проще всего пожертвовать, к тому же он не нуждался в дыхательных приборах. Стоя на твердой земле, он огляделся по сторонам и сделал глубокий вдох. Не потому, что он в этом нуждался: Уолтер просто брал образец атмосферы для анализа внутренними системами.

Результат оказался положительным, как и остальные показатели. Уолтер передал данные на модуль.

– Он абсолютно уверен?

Дэниелс видела через лобовое стекло, как Уолтер проделал серию обычных действий: встал на колени, чтобы изучить зелень за пределами пляжа, набрал в ладони воду из озера, изучил несколько случайно выбранных камешков с края берега.

Орам нахмурился.

– Это Уолтер. Он или уверен, или нет. Среднего для Уолтера не существует. Ты это знаешь.

– Да, верно. Хорошо, – она повернулась к основному отсеку, где команда совершала последние приготовления, и заговорила громче: – Уолтер говорит, воздух настолько хорош, что дыхательные аппараты нам не потребуются. Также ни следа местных болезнетворных микроорганизмов вплоть до молекулярного уровня и дальше. Так что обойдемся без костюмов полной защиты.

Одобрительные возгласы и восторженные крики, встретившие ее заявление, сотрясли модуль не хуже шторма.

Фарис, в надежде, что сообщение дойдет до «Завета», вернулась к комму и доложила:

– Воздух пригоден для дыхания. Даже лучше нашего родного, если верить Уолтеру. Совершенно земной, только без всех загрязняющих примесей. Я бы сказала «свежий», хотя Уолтер не стал бы использовать такое нетехническое слово. Никаких воздушных загрязняющих веществ. Девственно чистый.

«Воздух Эдема? – подумала она. – Нет, это было бы преждевременно».

Прежде чем продолжить доклад, она подождала, пока члены команды потянутся в направлении шлюза и откинутой рампы.

– Команда выдвигается, чтобы исследовать источник передачи. При необходимости я буду ретранслировать их сообщения. Если этот проклятый шторм не уймется, передатчикам защитных костюмов может потребоваться дополнительная мощность.

Апворт ответила немедленно, и Фарис испустила облегченный вздох. Может, в текущем виде связь земля-корабль оставалась неидеальной, но хотя бы работала.

– Попробуй дать на передатчик модуля больше энергии, дорогуша, – по голосу было понятно, что Апворт тоже испытала облегчение от стабилизации контакта. – Сигнал проходит, но все равно порой распадается. Чтобы тебя понять, приходится собирать кусочки, соединять и обрабатывать.

– Попытаюсь, – Фарис поднялась. Она счастлива была наконец-то иметь возможность стоять без риска впечататься в переборку. – Перепрофилирую главный транслятор. Мне нужно на время выйти, чтобы проверить, не поврежден ли корпус. Потом я попробую еще попинать передатчик. Теперь, когда мы приземлились, может, у меня получится перенаправить на него сколько-нибудь энергии.