Проект Зен - Василий Горъ

– Да не вопрос! – усмехнулась Лэрри и начала расстегивать ширинку на широченных брюках. – Я готова и, как видишь, уже раздеваюсь. Только, чтобы потом не было обид, сначала посвети мне в лицо и посмотри на правое запястье…

Темноту почти одновременно разорвали два мощных луча света.

– О, черт!!! – отшатываясь назад, воскликнул герой-любовник. – Что у тебя с кожей?!

– Вытяни руку и переверни ее ладонью вверх! – через долю секунды проухал его напарник, оказавшийся обладателем невероятно густого баса. – И не двигайся, а то пристрелю!

– Синдром Йохансена-Штольца… – прищурившись, чтобы не ослепнуть, горько усмехнулась девушка. – Фаза неполной ремиссии…

– А если попроще?

– Подарок от покойного отца – мутировавший штамм боевого вируса, применявшегося во время Девонского конфликта. Фаза ремиссии – это период течения хронической болезни, во время которого значительно ослабляются ее симптомы.

– При своевременной вакцинации препаратами серии эн-экс-ти двести тридцать девять и при кратковременном тактильном контакте биологической опасности не представляет… – пробасил второй, успевший провести над запястьем Лэрри коммом с включенным сканером.

– При кратковременном?! – возмущенно переспросил первый.

– Ага! Вакцинация проведена шестнадцатого марта текущего года. До следующей еще четыре месяца… – подтвердил его товарищ.

– Там, чуть пониже, есть еще одно заключение, которое может представлять для вас интерес… – подсказала Лэрри. – Согласно заключению Мемфисского отдела перспективного развития корпорации «Genetica», интереса для исследовательских лабораторий я не представляю.

– Ты че, сдернула из их разделочной?! – изумленно спросил первый. – А за что тебя туда загребли?

– Никто меня не загребал. Просто после смерти мамы меня забрала к себе тетка. Сначала приставила к делу. А через восемь месяцев меня шарахнуло вот этим. Ну а в период обострения те, кто болеют этой дрянью… – тут Лэрри замялась, – в общем, я ничего не соображала. И выглядела… хм… крайне неаппетитно. Устав со мной возиться, тетя подумала и отвезла меня вроде бы лечиться…

– К Гиенам?^[35] Лечиться?!

– О том, куда она меня привезла, я узнала только на пятый или шестой день. Когда перестала бредить и начала нормально соображать.

– Ну, у тебя тетка и сучка! – восхитился любитель плотских удовольствий. – Нет, ну надо же – сдать на органы родную племянницу!!!

– Так как ты оттуда сдернула? – перебил его напарник, не терявший нити разговора.

Лэрри пожала плечами и отрицательно помотала головой:

– Оттуда не сдернешь, даже если очень захочешь: охраны больше, чем «обследуемых»! Меня просто выставили на улицу, сказав, что корпорация не имеет возможности меня содержать.

– Правдоподобно. А че ты приперлась в Слам? Побираться?

– Угу, подадут мне, как же… – скривилась девушка и для пущего эффекта в сердцах сжала кулачки. – Я иду в Давилку.

– Так она же заброшена!

– Мне сказали, что не совсем! Что оставшимся там подразделением обслуги командует бывший подчиненный моего отца, переведенный на землю за какой-то проступок. Насколько я знаю, он остался должен папе одну услугу. И если о ней вспомнит, то, быть может, найдет для меня работу… и место, куда приткнуться…

– Как зовут этого друга?

– Чарли Эпплтон. Но его, говорят, больше знают по прозвищу Насос!

Парни переглянулись и жизнерадостно заржали чуть ли не на весь район:

– Подразделение обслуги, а-ха-ха!!

– Услугу, гы-гы-гы!!

– Найдет работу, а-ха-ха!!!

Пока они веселились и хлопали друг друга по плечам, Лэрри «злобно» играла желваками. А когда почувствовала, что они начинают успокаиваться, поочередно посмотрела на обеих «собеседников»:

– Ну да, действительно смешно: последний раз меня кормили перед выпиской, то есть позавчера утром. Денег с собой, естественно, не дали. В общем, еще три-четыре дня на такой диете – и период ремиссии сменится очередным обострением. Тогда я, вероятнее всего, снова превращусь в овощ. Но на этот раз не дома, а на улице. Заплатить за вакцину будет некому, и я сдохну от голода, предварительно заразив синдромом Йохансена-Штольца всех, кто окажется поблизости…

– Слышь, подруга, мы смеялись не над тобой, а над Насосом! – примирительно выставив перед собой открытые ладони, затараторил незадачливый герой-любовник. – Просто он любит называть свою службу подразделением обслуги, а на самом деле командует ассенизаторами. Ну, и единственная работа, которую он может тебе предложить, – это обслуживание очистительных сооружений заброшенной базы, складов мобилизационного резерва и космодрома.

– У вас есть для меня должность получше? И место, где я могла бы жить?

Парни отрицательно помотали головами.

– Тогда какая у меня альтернатива?

– Комм у тебя есть или отобрали? – внезапно спросил тот, который сканировал медицинскую метку.

– Есть. При выписке «Genetica» одарила «пустышкой»… – угрюмо буркнула Лэрри и, вытянув руку, продемонстрировала примитивный девайс для малолетних детей и людей, страдающих слабоумием. – Отдать?

– Подтверди соединение – кину немного денег!

– И еще… – подал голос его напарник, – если кто тормознет по дороге, скажи, что ходишь под Лазером и Басом…

Универсальный пароль от сердобольной парочки пригодился целых четыре раза. И срабатывал без осечек: услышав, что Лэрри ходит под весьма уважаемыми в районе личностями, желающие чем-нибудь поживиться мгновенно теряли к ней всякий интерес. Поэтому до угла Двести сороковой улицы и Мэддок-авеню девушка добралась минут на двадцать раньше запланированного. Вышла на перекресток, сразу же повернула налево и, увидев в сотне метров от себя глухой серый забор заброшенной военной базы, запустила руку в карман, после чего, затаив дыхание, сжала простенькую металлизированную клипсу со встроенным бипером.

Следующие пять минут тянулись, как резиновые – время упорно отказывалось двигаться вперед, как бы она его ни торопила. Впрочем, истекли и они. И Лэрри, в этот момент проходившая мимо широченных глухих ворот с полустертой эмблемой ВКС, свернула к мощной бронированной двери в проходную.

Дядин «Сквознячок» не подвел – стоило девушке приблизиться к пластине, защищающей сенсоры идентификатора от вандалов, та сдвинулась в сторону:

– Добрый вечер, техник-сержант Уэйн! Ваш доступ подтвержден. Желаете пройти на территорию базы?

– Так точно! – «рявкнула» она.

– А где бабы и выпивка? – сменив тембр и тон голоса, внезапно поинтересовался искин.