Чужой против хищника. Армагеддон - Тим Леббон

Тот вразвалку прошёл через всю комнату, держа в руке полуразобранную винтовку. Они со Шпренкелем разбирали и рассматривали винтовки по очереди, чтобы другие всегда были наготове.

– Да, майор?

– Хочу немного прогуляться. Осмотреться, так сказать. Оставайтесь здесь и старайтесь сохранять невозмутимый вид. Как будто вы отдыхаете. Не знаю, позволят ли мне выйти, но если позволят, я попробую что-нибудь разнюхать. Тут что-то явно происходит, а я не хочу ждать, пока Палант наиграется со своей новой игрушкой.

– Я с тобой.

– Нет, останешься за главного.

– Ты точно решила?

Хэлли не нравилось, когда в её приказах сомневались, но обстоятельства сейчас были необычными. К тому же она сама не была уверена, что всё точно решила.

– Со мной всё будет в порядке. Я нисколько им не доверяю, но они уже тысячу раз могли бы нас прикончить. Мне кажется, что пока все спокойно, но хотелось бы разузнать побольше. Если они не хотят, чтобы я разгуливала по их астероиду, то они и не позволят.

– Ну ладно, приказ понял, майор, – сказал Хайк, бросая взгляд на её пистолет.

– Да, я беру его с собой. Пока что они разрешают нам держать при себе оружие.

– Не хочется думать, что это потому, что они не сомневаются в своей силе.

Хэлли ещё раз оглянулась, внимательно присматриваясь к странным стенам. За ними или в них могло скрываться всё, что угодно.

– Да, пожалуй, ты прав. Может, это и в самом деле для того, чтобы мы просто чувствовали себя спокойнее.

– Не хочется мне сидеть сложа руки…

– Да, мы не созданы для того, чтобы сидеть и ждать неизвестно чего, – улыбнулась Хэлли.

– Ну ладно, только осторожнее, – сказал Хайк. – Из всех нас ты одна умеешь сладить со Шпренкелем.

– Час, не более.

Она похлопала его по плечу и вышла из комнаты.

В лаборатории в нос ей ударил запах – сладковатая вонь чего-то органического, но с различимым электрическим оттенком. Она несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь определить состав запаха, но безуспешно.

В центральной камере, окруженной защитным полем, Палант и безногая яутжа склонились над андроидом, разложенным на платформе между ними. Палант как будто пыталась допрашивать самого андроида, держа в одной руке планшет, а яутжа с невозмутим видом держалась чуть в стороне и проверяла экраны на выросшей из пола сфере.

Было странно наблюдать за совместной работой человека и яутжа. В последнее время Хэлли всё больше уважала Палант за то, что той удавалось так стойко переносить все многочисленные опасности, а ещё больше за её достижения. Именно благодаря Изе Палант удалось заключить мир между людьми и яутжа и тем самым избежать ненужного кровопролития. Это давало надежду на то, что столь отличающиеся друг от друга виды смогут работать вместе.

Как, например, сейчас. Если удастся наладить постоянное взаимодействие, то, возможно, вместе две их расы смогут дать отпор Ярости.

Палант подняла голову и поймала её взгляд. Хэлли приподняла бровь, словно спрашивая: «Ну, что у вас нового?»

Палант покачала головой.

Якита до сих пор не объяснила, что означает имя «Друкати». И имя ли это вообще. У Хэлли складывалось впечатление, что она ждёт разрешения сверху. Или же считает людей слишком незначительными, чтобы делиться с ними такой информацией.

Обеспокоенная и испуганная яутжа. Одного этого было достаточно, чтобы Хэлли начала волноваться.

Кивнув в ответ, она пошла дальше, к выходу из лаборатории, ожидая, что в любое мгновение ей прикажут остановиться, что на пороге вырастут вооружённые охранники яутжа. Но ничего подобного не происходило. Когда она приблизилась к дверям, те просто растаяли в воздухе, и она вышла в помещение за ними.

Коридор вёл обратно к ангару, где был пришвартован их корабль. Мысль о том, чтобы вернуться на «Пикси», была очень заманчивой, но Хэлли вышла не для того, чтобы ощутить комфорт или вернуться в знакомую обстановку.

Она осмотрелась по сторонам. Коридор слева огибал лабораторию и пропадал из виду за поворотом. Проход справа вёл к крутым ступеням, подсвеченным снизу сиянием самих стен. Она выбрала ступени. Скорее всего, это ход глубже, в недра астероида, куда она и стремилась попасть.

Проверив пистолет, выполнив быструю диагностику своего боевого костюма и удостоверившись в том, что все системы исправны, Хэлли стала спускаться вниз.

Сейчас, в этих коридорах, она впервые за долгое время оказалась одна. Конечно, на «Пикси» она спала в отдельной каюте, но корабль был небольшим, и она всегда находилась в паре ярдов от других членов экипажа, спящих, передвигающихся по кораблю или пролетающих мимо. На станции «Харон» её окружали тысячи других исследователей космоса, Колониальные морпехи, учёные, команды поддержки, военное командование и представители Компании.

Теперь же ей казалось, что она полностью предоставлена самой себе. Никто её не сопровождал, и никто за ней не следил. Чем глубже она спускалась в глубь астероида, тем больше приходили в порядок её мысли. В последнее время их с экипажем словно несло по течению, и не было возможности спокойно поразмыслить о том, что же происходит. Даже ожидая выздоровления Палант, она ощущала внутреннее беспокойство и давление внешних обстоятельств.

Теперь же она могла как следует подумать.

Полностью доверять яутжа она не могла. Да, они помогли им выиграть сражение на базе LV-1657 и передали им андроида, найденного на разрушенном корабле Файнса. Завлечь морпехов и учёную на астероид было мастерским ходом. Вне всякого сомнения, эта база защищена от любого детектора, и на ней имеется оборудование, подходящее для того, чтобы Палант вытянула из генерала Ярости всю информацию, какую только возможно.

Но яутжа остаются яутжа. Беспощадными и скрытными. Колониальные морпехи всегда считали их одними из самых опасных своих противников, потому что не было даже надежды договориться с ними.

До недавних пор.

Хэлли вспомнила, как её раздражали попытки Палант связаться с этими чужаками, но теперь она признавала, что благодаря этим попыткам удалось наконец-то установить контакт.

Были у неё другие поводы для беспокойства. Формально её экипаж считался «самовольно покинувшим службу», тем более что они убили МакИлвина, представителя Компании, и не спешили поделиться знаниями, которые могли бы помочь человечеству бороться с Яростью. Оставалось только верить, что их авантюра увенчается успехом, но всё равно было немного тревожно на душе. И это было даже хорошо, это означало, что она остаётся начеку. В конце концов, они не преследуют личную выгоду, а делают полезное дело для всех людей, руководствуясь самыми искренними намерениями.

В стенах коридора она заметила несколько ниш и решила, что это, вероятно, дверные проёмы. Она видела, как стены растворились, а потом выросли снова, когда они входили в лабораторию, и подошла к одной из ниш, чтобы проверить, сработает ли это.