Время тьмы. Источник скверны - Евгений Клец

Первым дар речи обрел Серж, несмотря на то, что ему при падении пришлось хуже всех. Нос был разбит, а на левой скуле начинал наливаться синевой огромный кровоподтек.

– Парни, – изрек он, осторожно пробуя рукой все ли зубы на месте. – Хочу сказать как друг. Вы полные придурки.

Его друзья переглянулись и, не сговариваясь, разразились неудержимым хохотом. Смех, такой неуместный при данных обстоятельствах, гнул их пополам, выдавливал из глаз слезы, а из души недавнее напряжение.

Серж, придерживая рукой челюсть, заорал на них:

– Вы что ржете? Что ржете, я вас спрашиваю? Ответом ему был новый взрыв смеха.

В конце концов он сам, не выдержав, прыснул в кулак, а через секунду, уже не сдерживая себя, хохотал вместе со всеми.

Но приступ веселья длился недолго. Всплеск эмоций иссяк так же внезапно, как и начался. Моран утер с глаз слезы и произнес, ни к кому не обращаясь:

– Славно полетали.

– Надо взглянуть, что там у нас снаружи, – настраиваясь на серьезный лад, заметил Доган.

Открыв люк, он выбрался на борт броневика. Друзья последовали за ним.

Серж, оценивающе посмотрев на обрыв, с которого они не так давно свалились, констатировал:

– Успели как раз вовремя.

Парни подняли головы.

Ржавый лес стоял у самого края обрывистого берега, подернутый туманом, молчаливый и мрачный. Странная гроза, бушевавшая над ним, успокоилась, и теперь он выглядел вполне мирно, по крайней мере в том смысле, что не пытался двинуться за ними дальше. Сейчас казалось, лес был здесь всегда, настолько основательно смотрелись могучие деревья. И если бы не сегодняшняя сумасшедшая гонка, никто бы не усомнился в данном факте.

– И кстати, если смотреть снизу, высота не такая уж и большая, – добавил Серж.

– Что ж ты тогда орал? – толкнул его в плечо Моран.

– Ну, тогда я еще не был внизу.

Доган тем временем осторожно спустился на покрывавшую дно озера корку засохшего грунта. Она с легкостью выдержала вес человека.

Обойдя вокруг броневика, он вернулся к сидящим на броне друзьям.

– Что у нас плохого? – поинтересовался у него Серж.

– Особых повреждений не видно, – вынес вердикт Доган. – Даже мотор не заглох. Хотя сели плотно, так что придется изрядно потрудиться, чтобы вылезти из этой ямы.

– А это реально? – морща нос от затхлого запаха гнили, исходящей от жижи, в которой увяз броневик, спросил Моран.

– У нас две мощные лебедки. Должны выползти, – уверенным тоном произнес Доган. – Жаль только, прицепиться не к чему.

– Ничего, вкрутим колышки, – хмыкнул Серж.

«Колышки» оказались полутораметровыми металлическими столбами с винтовой резьбой на одном конце и с отверстием для троса на другой. Весил каждый пуда два, а в грунт вкручивался с помощью ломов и кожаных ремней, приспособленных наподобие постромков. В целом вся конструкция напоминала гигантский штопор, который надо было вгонять в землю как минимум на две трети.

После нескольких неудачных попыток им удалось найти более-менее твердый участок почвы. Еще около часа ушло на установку кольев. Вкрутить эти шурупы-переростки оказалось не так просто, но опять ночевать по соседству с Ржавым лесом никто не хотел, поэтому работали из последних сил.

Наконец, закончив эту неблагодарную работу, Серж с Мораном закрепили тросы и, отойдя на безопасное расстояние, попадали на землю.

– Теперь я понимаю, как чувствуют себя тягловые лошади, – пожаловался Серж другу. – Бедные животные.

– Только бы трос выдержал, – прошептал Моран, наблюдая, как Доган скрывается в люке броневика.

– Что ты там бормочешь? – переспросил Серж.

– Я говорю, молись, чтобы трос выдержал и машина вылезла из этой грязи. Иначе тебе предстоит узнать, как чувствуют себя вьючные лошади.

Доган включил лебедки, и те с негромким урчанием принялись выбирать стальные тросы. Но спасшая их грязь не спешила отпускать добычу. Напряжение усиливалось, а броневик по-прежнему мертво сидел в яме, не желая двигаться с места.

Моран, затаив дыхание, гадал, что не выдержит первым. Трос, с таким трудом ввинченные в землю колья или моторы лебедок? На их счастье, не выдержала грязь.

С громким чавком броневик сдвинулся с места. Сначала на считанные сантиметры, потом все больше и больше набирая скорость, он стал выползать из жижи.

Натужно свистели лебедки, звенела сталь тросов, ревел мощный мотор машины. В том месте, где совсем недавно был броневик, хлюпала и вздымалась огромными газовыми пузырями алчная грязь, не желая расставаться с плененной техникой. Но в этот раз магия человека под названием технология оказалась сильней природы.

Через несколько минут их бронемашина стояла на твердом месте, готовая вновь отправиться в путь. Вид она, правда, после неожиданного купания имела непрезентабельный, но кого сейчас это волновало? Главное, что перспектива идти пешком осталась позади.

Перед тем как двинуть дальше Моран вновь сверился с картой. Что-то пометил на ней карандашом, потом, протянув ее Догану, объяснил:

– План такой. Вот примерно до этой точки проедем дном озера. Там свернем на юг. За день проскочим Пустошь и выйдем к дороге на Дивон. – Он переместил карандаш. – Вот здесь должен уже находиться один из действующих блокпостов. Но соваться туда с нашей техникой нет смысла, как и на саму дорогу. Незачем привлекать лишнее внимание.

– Да, это только добавит проблем, – согласился Доган.

– Значит, придется двигаться по бездорожью в некотором отдалении от караванных путей. – Моран показал на жирную точку возле самого Бэдмонта. – Наша конечная цель.

– Что там? – спросил Серж.

– Если мне не изменяет память, ничего, кроме мощнейшей радиоактивной зоны. Так называемый Лабиринт Кейра, – ответил Доган.

– А на кой оно нам?

– Там действительно сильно светит. Но источники радиации локальны, и между ними есть относительно безопасный проход. Я смогу провести по ориентирам, – пояснил Моран. – А в самом центре зоны вообще чисто. Оставим машину там, прежде чем идти в город. Это идеальный схрон.

Он провел короткую линию на карте и нарисовал еще одну точку.

– Здесь Бэдмонт. Если следовать от края зоны по прямой, то получается не больше пятидесяти километров. Выйдем в аккурат к пятому Бастиону.

Возражений не последовало.

За оставшийся кусок дня успели отмахать еще несколько десятков километров, стараясь, насколько возможно, увеличить разрыв между собой и Ржавым лесом. Наконец когда странные деревья остались позади, Доган позволил себе заглушить мотор и сделать остановку для ночевки.

Из предосторожности решили заночевать вдали от берега. Во-первых, обзор был хороший, а во-вторых, никто не знал, как далеко им удалось оторваться от странного движущегося леса, тем более на севере вновь начали сверкать одиночные цветные молнии. А что они с собой несут, все хорошо знали.