Планета в подарок - Сергей Фрумкин

– Со мной все в порядке, – довольно сухо отозвался юный Отец. – Дор, я хочу, чтобы сюда вызвали Вика!

– Почему сюда? – Альрика не дала понять, что расстроена обращением сына – она и не надеялась, что мальчик бросится ей на шею. Женщина продолжила вести себя так, словно ее слово все еще что-то значило – слово человека, приближенного к юному Отцу больше прочих. – Это лаборатория – здесь неудобно и холодно. Давай лучше я выберу тебе каюту?

Григ не сразу определил, как ему отреагировать: дать понять, что не нуждается ни в чьих советах или поблагодарить мать за проявленное внимание. Помог Дор, объяснив:

– В твое отсутствие крейсер слушался только ее. Мозг называет Альрику генерал-лейтенантом. Она лучше всех нас знает расположение помещений на «Ослепительном». Она же помогла спасти твою жизнь, когда ты упал без сил.

Про себя Григ поблагодарил чемпиона – ему не хотелось обидеть женщину, на самом деле вызывавшую у него жгучее любопытство.

– Спасибо, Альрика, – уже мягче сказал Отец. – Давай перейдем в каюту. Но с Виком соедините прямо сейчас!

– Мозг делает это лучше, – заметил Динк.

– Хочешь убедиться, что он меня слушает? – спросил Григ. Прежде, чем смущенный неожиданной двусмысленностью своего предложения ученый успел оправдаться, юный Отец добавил: – Я и сам хочу. Мозг?!

– Да, сэр?

– Ты все еще думаешь?

– Нет, сэр. Я сделал вывод: инструкции разработаны людьми и имеют недостатки, которые приводят к противоречиям. Соблюдение инструкций для меня обязательно. Поскольку я не могу поступиться одной из них, противоречие становится неразрешимым. Вы – мой капитан, сэр, до тех пор, пока я не смогу объяснить, почему вы – это не вы.

– Попытаешься изучить меня?

– Информация может поступить откуда угодно. Это вопрос времени.

– Раз так, соедини меня с Виком!

Голограмма Первого Брата тут же возникла рядом с юным Отцом.

– Ты очнулся? – не слишком обрадовано спросил Вик.

– Отмени свою операцию! Всем отбой! Пусть люди возвращаются по каютам. Корабль вновь принадлежит Братству!

– Я не могу быть уверен, что говорю с тобой, – объяснил свое поведение Вик. – Чтобы помешать перехватить управление крейсером, Мозг может создать голограмму любого из Братьев. Докажи мне свое присутствие!

– Не буду я ничего доказывать. Отзывай всех и через пять минут жду тебя здесь для разговора! Сам увидишь, что я из плоти и крови.

«Отключайся!» – мысленно произнес Григ, обращаясь в никуда – голограмма Вика пропала – как и предположил юный Отец, Мозг мог улавливать мысли наравне со словами. Григ кивнул сам себе – следовало учесть на будущее и стать осторожнее.

Юный Отец повернулся к Альрике:

– Каким курсом идет наш корабль?

«Признаюсь, он сам выбирал маршрут.» – мысль сама возникла в сознании Грига.

«Ты слышала, как я скомандовал Мозгу мысленно?»

«Ты сделал это достаточно «громко». Я потрясена тем, что ты так умеешь!»

«Так куда мы летим?»

Альрика пожала плечами – прошло какое-то время, и Дор, который не мог читать мысли, уже смотрел на женщину с недовольством, думая, что до этого самого момента вопрос Отца оставался без ответа.

– Мозг! – позвал Григ.

Мозг вновь представил голограмму мужчины в черном – на этот раз голографический капитан отдал честь.

– Маршрут, который ты выбрал, стандартный?

– Уточните, сэр?

– Другой крейсер в такой же ситуации, находясь в том же месте и в тех же условиях, выбрал бы тот же курс, которым идем мы?

– Вполне вероятно.

– То есть, наши координаты предсказуемы для военных Лиги?

– Возможно.

– Тогда немедленно измени направление! Курс на… Бровург!

– На Бровург?! – удивилась Альрика.

– Там нас меньше всего будут ждать, – объяснил Григ, радуясь, что случайно всплывшее в памяти название вполне может оказаться самой разумной идеей.

– Ты же не думаешь атаковать столицу Лиги, мой мальчик?

Григ пропустил мимо ушей фамильярное обращение и ответил:

– Пока я хочу только выиграть у врага время. Я многого не знаю. Многого не помню. У меня есть знания, которые не принадлежат мне. Раньше я знал, что делал, теперь цели нету. Как правильно сказал Мозг, я сам не знаю, где я, а где нет. Мне нужно подумать.

– Дербеон, мы возвращаемся на Бровург. Линти со мной, с ней все в порядке. – Рилиот сидел в круглом мраморном зале на галеоне и, пользуясь близостью Маяка, разговаривал по связи со своей резиденцией на Бровурге.

– Как ваша девочка, сэр?

– Спасибо, полковник. Она отдыхает.

– Будут указания?

– Да, будут. Линти поделилась информацией, которая может изменить наши представления о проблеме мантийского военного отряда. Мне нужно встретиться с членами Совета.

– Вы хотите, чтобы я разослал приглашения?

– Правильно поняли, Дербеон. К моему возвращению Советники должны быть в столице. Заседание будет закрытым, так что никаких отговорок я не приму – все должны присутствовать явно, а не в виде голографических проекций. Особенно это касается альтинов. Хочу, чтобы явились все, включая тех, кто в отъезде.

– Сделаю все возможное, сэр!

Рилиот удовлетворенно кивнул.

– Какие новости на Бровурге?

– По тому же вопросу? Военные обратились с просьбой повторить ментальный анализ – они хотят еще раз сверить координаты места, где следует ожидать «Ослепительный».

– Что тому причиной?

– Разведка донесла, что крейсер неожиданно изменил направление движения. Возможно, в планах пиратов произошли перемены.

– Наши военные не понимают природы явления: координаты, предсказанные альтинами, не связаны с тем, куда повернут пираты – какой бы сложной не стала траектория крейсера «Ослепительный», она закончится там, где должна закончиться.

– Военные напоминают, что на этот раз имеют дело с необычным противником.

– Он не настольно необычен, как им кажется. Попросите, чтобы воздержались от необдуманных мер. Скажите им, что я скоро буду.

Григ прислушался к своему телу. Десять суток в идеализированной среде реанимационного саркофага сделали его еще крепче. Аппаратура профильтровала лимфу и кровь, подкормила сердце, промыла почки и желудочно-кишечный тракт, очистила легкие, заставляла регулярно сокращаться мышцы. Бицепсы, грудные мышцы и кубики пресса бугрились, словно после качественно проведенной тренировки; кожа казалась отшлифованной и свежей. Григ понял, что его организм здоровее, чем когда либо. К сожалению, общие ощущения не соответствовали частным: в отдельности каждая клетка тела чувствовала себя прекрасно – вместе они отказывались доставить сознанию радость жизни. Несмотря на очевидное здоровье всех органов, Григ чувствовал легкое головокружение. Ему было тяжеловато дышать – словно в легко втягиваемом воздушном потоке недоставало кислорода.