Сделка с демиургом - Георгий Левшов

Лица сограждан смягчились.

– Вы разговаривали вслух, я решил, что нужна помощь, – сказал офицер. – А вы – актриса?

– Начинающая актриса! – не моргнув глазом соврала Вяземская. Она честно посмотрела в лицо офицеру, но боковым зрением отметила исчезновение монстра. Вероятно, он обладал даром появляться и исчезать, как ловкий иллюзионист.

– Вы снимались в кино? – уважительно спросил офицер.

– Пока только в эпизодических ролях…

– Назовите какой-нибудь фильм… – подал голос шахматист Паша. – Я все новинки смотрю!

– «Приключения Электроника»! – брякнула Инна первое, что пришло в голову. Подсознательное выперло из недр головного мозга. Почему она вспомнила фильм?! Брала интервью у состарившейся звезды популярного детского кинофильма.

Горожане возбужденно зашумели, вспоминая фрагменты памятного сериала. Сейчас у нее попросят интервью! Имеет ли она право оставлять свои автографы в прошлом времени?! Об этом ничего не было написано в договоре.

На помощь пришел офицер.

– Очень трудная работа у вас, девушка! – сказал он, восхищенно глядя на Инну. – Трудная, но наверняка интересная. Советские актеры – лучшие в мире!

– Согласна с вами! – сказала Вяземская искренне. Наблюдая провальные проекты современного российского кинематографа, современники начинали ценить актеров советской школы.

– Где вы живете? Я вас провожу!

– Н-нет! Спасибо. Мне уже лучше, я прогуляюсь… Знаете, нам, актерам, иногда желательно побыть в одиночестве! Вжиться в образ! Понимаете, о чем я?!

– Конечно, понимаю! – кивнул офицер.

У него был волевой взгляд серых глаз и квадратный подбородок с ямочкой посередине. Летная форма капитана ВВС сидела на нем как влитая. Инна разбиралась в знаках отличия Советской армии, ее отец прослужил в пограничных войсках тридцать лет. После развала Союза устроился работать в охрану, за два года спился и умер от инфаркта. Она с досадой отметила увядание мужчин, стремительно происходящее в последние десятилетия. Такой фактуры у мужиков нынче не встретишь! Сплошной гламур и мода бабья – штаны зауженные, плечи покатые. Двадцать первый век настойчиво внедрил в массовое сознание образ женственного мужчины. Даже слово появилось специальное – унисекс. Мужчины советской поры были немного похожи на средневековых рыцарей. Надо будет об этом написать по возвращении! Инна не без горечи отметила, что блондинка-клон соображает быстрее своей хозяйки. Мысли четкие, верные, без неврастеничной дерготни.

– Больше спасибо, товарищ капитан! Всем спасибо, товарищи, но мне действительно пора!

От такой улыбки февральский лед растает! Капитан остался невозмутим. Он вежливо поклонился, пожелал удачно сдать сессию. Зеваки разошлись, оживленно обсуждая детали памятной киноленты, перебирая актеров, вспоминая, на кого из них могла быть похожа миловидная блондинка. Остался один лохматый Паша. Самый верный фанат юной лжеактрисы.

– Понятно, почему вас выбрали на роль спутницы рыцаря! – проскрипел ставший уже знакомым голос.

– Фу, дьявол! – выругалась Инна. – Откуда вы взялись?!

Шахматист Паша с открытым ртом, наблюдал за трансформацией новоиспеченной актрисы. Ангекок щелкнул клювом и быстро проговорил:

– Стой, жди, отомри! Боль пройдет, терпи и жди!

Частая скороговорка прозвучала как песенный напев. Паша замер, будто каменное изваяние, карие глаза изумленно вытаращились в пустоту.

– Ваш поклонник помешает нашей беседе! – объяснил Ангекок растерявшейся девушке.

– Вы – гипнотизер?

– Мельчают люди! – уклонился Ангекок от прямого ответа. – В былые времена и хулиганы обладали кодексом чести. Дурным тоном считалось приставать к молодому человеку, коли он прогуливается с барышней!

– Зачем вы мне это говорите?! – грубо спросила Инна. Когда ей становилось страшно, появлялась агрессия. – И что вы сделали с парнем?!

Ангекок не смутился.

– Отойдем в сторонку, а то беседы у нас не получится.

– Никуда я с вами не пойду, пока не объясните, что вы сотворили с молодым человеком?!

– Ох, беда с жителями просвещенной эпохи! – воскликнул Ангекок. – Через пять минут очнется ваш ухажер! Если он сам захочет, вернется к своей пресной жизни. Учеба, дом, шахматные турниры…

– А если не захочет?

– Вы коснулись ключевой темы нашей беседы, Донна! – многозначительно подмигнул круглым глазом Ангекок. – Так что насчет беседы в уединенном месте? Вы ловко провели товарища летчика, но, как говорят в Одессе, два раза одна шутка не канает!

Первой, как известно, попадается любопытная мышь! Инна пересекла тенистый сквер, примыкающий к лепному эркеру Зимнего стадиона. Если бы девушка задержалась на пару минут, то она, несомненно, увидела бы, как к шахматисту подлетела здоровенная птица и вступила с ним диалог. Но ей было не до того! Вяземская была всецело поглощена идеей будущей статьи. Ангекок следовал за ней по пятам. Увидел бы кто эту сцену со стороны! Тема тянет на фантастический роман, а ее друзья из писательской среды сетуют на отсутствие ударных сюжетов! Страх исчез. Его пересилил профессиональный азарт. Мысленно она уже верстала текст репортажа…

Наступил вечер. В тусклом свете фонаря роились мотыльки. За ее спиной что-то подозрительно треснуло, едкий запах горелой бумаги осквернил весеннюю прелесть цветущей липы. Инна уселась на скамью, перебирая в уме варианты названий репортажа. Меткое название – половина успеха! «Проснуться в СССР!» Неплохое название для статьи, но хорошо бы добавить чего-нибудь мистического!

Ангекок плюхнулся рядом, под тяжестью его массы жалобно скрипнули доски.

– Вы говорили про спутницу рыцаря… – сказала Инна.

– В самом деле?! – Ангекок непритворно изумился. – Не помню такого!

– Говорили! – Инна прикусила нижнюю губу, отметив новую привычку своего клона. Репортер Вяземская своих губ никогда не кусала.

– Я много чего болтаю! Не следует брать все в расчет. Вот вы смотрели на репродуктор, о войне вспоминали. Подумайте об участи, которая могла ожидать страну, если бы русские люди использовали маячки?!

– Маячки?!

– Так называются липучки, которыми Гербера путников снабжает.

– Зоя-Гербера…

– Какая разница! – отмахнулся Ангекок. – Ответьте!

– У солдат не было маячков! – неуверенно произнесла девушка.

– Почем вы знаете? У некоторых непременно были, но советские солдаты предпочли героическую смерть. Звучит пафосно, но слов из песни не выкинешь!

Инна привыкла опираться на логические построения, но здесь, в зазеркалье, логика шла вразрез с привычными понятиями. Интуитивно она догадалась что «гоблин» не в теме, как принято выражаться в двадцать первом веке. Оброненная фраза про ее роль в качестве спутницы рыцаря, от которой впоследствии Ангекок отказался, запустила сюжет по новому витку. От обилия новых впечатлений у нее заболела голова. Статья станет ядерной бомбой!