Живучий - Константин Муравьев

И это условие сейчас стояло напротив и засыпало его вопросами.

Он попросил ректора позволить обучаться его внучке на том факультете, где будет преподавать и руководить сам старик. С её способностями и усидчивостью это будет не очень трудно. Зато к тому времени, когда ей придёт время поступать в академию на общих основаниях и у неё появится более широкий выбор специализаций, она будет уже вполне подготовленным магом-рунологом, об артефакторики дед не думал. Дея не была магом-универсалом, но зато остальные дисциплины она спокойно сможет вытянуть.

И ректор согласился.

Но вот как вышло.

На их небольшой караван напали бандиты. И если бы не северянин, то дед даже не знал, что бы с ними случилось. Хотя нет, он представлял, что ждало в таком случае его девочку, но даже думать не хотел об этом. И поэтому был крайне благодарен их нежданному спасителю, который опять куда-то исчез.

– Деда, там что-то происходит, – сказала Дея после полутора часов ожидания и показала рукой в направлении дороги.

И неудивительно. Даже здесь были слышны отзвуки битвы. Но кроме этого дед почувствовал и ещё кое-что. Маги активировали защитные плетения. А это значит, что ловушка не захлопнулась и те маги графа, которые должны были блокировать использование магической энергии караванными магами и их защитными артефактами, почему-то не справились со своей задачей.

И дед был полностью уверен, что точно знает причину этого: молодой северянин с волосами соломенного цвета.

Подобравшись к засевшим у окраины тракта бандитам, которые расположились с другой стороны дороги, я понял, что тихо магов снять не получится. Слишком близко сидят, чтобы видеть всё время друг друга, и слишком далеко, чтобы уничтожить их одновременно. К тому же у одного из них было какое-то странное поле. И логика подсказывала, что коль я мага прекрасно вижу, даже без своего видения, то это поле точно не маскирующее. А вот защитным оно вполне могло быть. Кроме того, они засели недалеко от основного отряда и те прекрасно услышат любой шум, который тут поднимется.

Что делать?

Есть какой-то караван. Его хотят захватить. По факту, мне не было никакого дела до тех, кто там едет. Но это как с теми эльфами на поляне. Я уже выбрал сторону.

Это теперь мой мир, и тут мне не нужно особо притворяться или скрываться, как у нас, когда каждого бандита и урода прикрывает толпа адвокатов и куча законов, написанных такими же, как и они сами, ублюдками.

Конечно, там не все такие, были и Петрович, и Лера, и Анюта, и Нилыч, и его пожилая сестра, бабка Агриппина. Но были и те, кто прикрывался законом, как ширмой, чтобы обделывать свои делишки. Такие, как тот генерал из ФСБ и его подручные или бандит Гоша-Борец.

И тут было, как везде. Есть граф. Вроде громкий титул. Но за ним явно скрывается какой-то простой разбойник с большой дороги.

Но есть и одно существенное отличие: тут я могу быть самим собой. Конечно, в разумных пределах. И если у меня есть шанс помочь, то почему этого не сделать? Тем более мне очень не нравятся те, кто так обращается с девочками, такими как внучка деда, что я встретил.

Об их дальнейшей судьбе было не сложно догадаться. У нас примерно для того же похищают как девочек, так и девушек. И перепродают. Профессия-то древняя и вечная, так же как и инстинкты мужиков, так что не думаю, что и тут обошлось без этого.

Надо соображать. Хорошо хоть, у охраны магов нет метательного или стрелкового оружия. Ножей я особо не опасался. Их бросок только на малом расстоянии действительно опасен, а чтобы его метнуть далеко и эффективно, требуется недюжинная подготовка и умения.

Но вот маги… Придётся рискнуть и снимать первым того, что с полем.

Хотя можно сделать проще. У меня-то проблем с метанием ножей нет. И сделать я это могу достаточно быстро. Таким образом, за пять секунд, а ровно столько мне и потребуется, я сниму незащищенного мага и их охранников. А потом займусь тем, на ком есть защита. И тут, как в любой физике, если её перегрузить, то она должна рано или поздно сдать. Но если её перегрузить капитально, интересно, тогда что? Удастся пробить сразу?

Петрович всегда говорил, что самое тяжелое, что может таскать с собой человек, – это он сам.

А что, если сделать то, что использовали воины Ганнибала (возможно, это были ассирийские воины, ведь именно они на тот момент считались лучшими убийцами-одиночками, которые к тому времени ассимилировались в Карфаген после завоевания ими Финикийского царства) в битве при Карфагене?

Когда римляне нападали на них, то они просто не могли пробить их доспехи своими мечами и копьями. И тогда они сделали следующее. К ногам они привязывали шипованные колодки и прыгали на тех сверху, используя в качестве шеста свои копья, ну или совершали подобные прыжки с различных возвышенностей. Ускорение плюс вес делали своё дело. Доспехи прошивались. Вот именно это и можно использовать.

Конечно, колодок у меня нет, но есть ножи. А распределение силы удара не слишком будет зависеть, ударю я ногами или руками, главное, не промахнуться.

Плюс я вижу стартовую площадку поблизости от мага в виде достаточно высокого дерева, его и нужно использовать. Забраться на него. И потом начать действовать.

Но нужно их отвлечь. Да и те, что у тракта, не должны обратить на происходящее здесь никакого внимания. А значит, мне нужна помощь. И лучшей помощью будет полностью переключить внимание всей банды на дорогу. Следовательно, мне нужен тот караван, о котором и говорил бугай. Пусть потрудятся немного ради своего же спасения.

На тракте

Спустя двадцать минут

Ну, вот и те, кого я жду.

Пятеро, но подходят всего двое. Вооружение у всех неплохое. Амуниция однотипная. Есть три мага, несколько артефактов, как и сказал бугай.

Наверное, и золото есть. Но особо оно мне не интересно. Никогда не страдал особым желанием захапать чужое. Но и своё никому готов отдать не был. Поэтому мы часто не сходились во мнении с некоторыми не слишком чистыми на руку личностями.

Правда, в последние два месяца моей жизни на Земле мне пришлось отойти от своих принципов. Иначе было нельзя. Но это было потом. А до этого я старался жить так, как велела мне моя совесть.

Детский дом

Восемь лет назад

– Слышь, мелкота, – обратился к худенькому невысокому пареньку Витька Жердяй, местный заправила и гроза всех малолеток, – ты чего-то совсем борзый стал, говорят, делиться не хочешь?

Пацанёнок даже ухом не повёл, как сидел и ел, так и продолжил.

– Слышь, я с тобой говорю, – сказал, багровея от злости, переросток, которого уже года три как должны были выпнуть из детского дома, но непонятно почему он всё ещё был здесь.

И, расталкивая остальных, не обращая внимания на то, что разбрасывает их еду, направился к тому самому пареньку. За ним двинулись его подпевалы из старших групп.