Серебряные пули с урановым сердечником - Андрей Уланов

Интересное выражение, подумал я, надо будет запомнить. Русский дедушка любил говорить что-то похожее, но про вертолет.

– Так вот, возвращаясь к вашему вопросу, – сказал полковник. – Признаюсь, некоторое время назад я серьезно подозревал, что в моем отделе завелась «крыса», но несколько последних происшествий – в том числе и с вами – разубедили меня в этом.

– Слишком быстро утекала инфра? – догадался я.

– Именно, – кивнул Бар Корин. – Будь я в Мирах, начал бы искать шпиона-демона, ну а на Земле…

– «Клоп» в инке!

Я попытался прикинуть, сколько может стоить операция по подсадке «клоп-программы» в инк СБ – и мне стало не по себе. Тут уже счет идет не на сотни тысяч – на миллионы эко. Причем эти миллионы швыряются на ветер с оч-чень настораживающей небрежностью – пуская в ход инфру в режиме реального времени, они – кто бы они ни были – должны были сознавать, что их «клопу» осталось жить пару десятков минут.

– Техслужба запустила полное сканирование всей стационарной интелктроники отдела, – сообщил Корин, разворачивая в мою сторону одну из винд. – Оно все еще продолжается…

Неудивительно, подумал я, глядя на отметки под секторами – при таких-то чертовых терабайтах! И ведь это только оперативный объем, а не базовое хранилище!

– …но уже сейчас выявлено три, как вы говорите, «клопа» и одна, – Бар Корин вгляделся в винду, – программа, не совпадающая с матрицей. Понятия не имею, что бы это могло означать…

– Могу предположить, сэр, – сказал я. – Это означает, что при сличении с имеющимся в хранилище эталоном произошло несовпадение базовых элементов – тех, которые не являются переменными и должны…

– Вы очень понятно объясняете, Мракович, – язвительно заметил полковник.

– В общем, кто-то переписал эту программу, – закончил я. – А поскольку эти изменения отсутствуют в эталоне, то эту операцию произвел кто-то посторонний.

– Замечательно. – Бар Корин откинулся назад и, упершись подбородком в кулак, принялся буравить меня своими прожекторами. – Может, вы даже скажете, что не обнаружило сканирование? И скорее всего не обнаружит за оставшиеся часы.

Хороший вопрос. Если исходить из Закона Всемирной Подлости…

– Каналов проникновения?

– Поздравляю, – процедил Бар Корин. – Можете – как это у вас говорится? – взять шлюшку с полки.

– Плюшку, сэр, – автоматически поправил я. Весело. То есть щель – или распахнутые настежь ворота, – через которую в Сеть Безопасности проникли чьи-то шаловливые ручки, пока осталась открытой. Просто замечательно.

Интересно, Бар Корин успел сообщить столь «радостную» новость вышесидящему начальству?

Интересно также, кто это настолько лишился разума, что решил начать игру против СБ? Нет, я, конечно, все понимаю – неодемократия, свобода предпринимательства, права доминионов и прочие благоглупости. И что годовой доход кое-каких корпораций превышает бюджет СБ в разы – тоже понимаю. Но… переть против Системы? Не верю! Бред… но бред наяву!

– Что же касается не заданного вами вопроса, – продолжил полковник, – то могу обрадовать вас сообщением о наличии в фишке столь полезного предмета, как отражатель гиперволн. Разумеется, со строго индивидуальными характеристиками. С их помощью мы можем обнаружить нашего агента на расстоянии в полпарсека.

Точнее, вы можете обнаружить его фишку, мрачно подумал я. Вот если бы похитившие меня типы чуть меньше полагались на экранировку или смотрели бы чуть больше сериалов…

Рабочие будни сотрудников СБ… черти б их взяли. Всем смеяться… до потери сознания… два раза.

– Суммируя все вышесказанное, а также с учетом проявленной вами, – полковник задумчиво поскреб висок, – способности к выживанию, я решил освободить вас от прохождения курса психотренинга. Ограничимся десятком наиболее распространенных языков, это займет не больше получаса. Надеюсь, данный шаг значительно ускорит дату вашего отлета.

– Вне всякого сомнения, – пробормотал я.

В переводе с бюрократического – вы, ребята, и так неплохо выкручиваетесь, давать вам спецкурс – слишком жирно, и вообще, валите-ка побыстрее в Миры, пока еще чего-нибудь не приключилось.

– Разрешите вопрос, сэр?

– Да?

– Если мне, – осторожно начал я, – удастся максимально ускорить отлет… скажем, к завтрашнему утру… могу ли я включить отчет, которым вы уже неоднократно интересовались, в итоговый доклад о полете?

– Если сумеете, Мракович, – улыбнулся Бар Корин, – то это будет просто замечательно.

Мне все же удалось удивить его напоследок – я одним резким движением вылетел из кресла, вытянулся по стойке «смирно», четко откозырял и парадным строевым шагом промаршировал до двери. Подвиг, немыслимый для человека с постстунновым синдромом, не так ли? Те, кто программировал боевой чип, знали, какие функции могут быть полезны в быту.

* * *

Первое, что я совершил, выйдя от Бара Корина, – беззвучно взвыв – именно так! – вцепился в стену и медленно сполз по ней на пол. Не знаю, что за недоучка-ветеринар занимался моей ногой – возможно, это был тот самый врач штурм-группы, о котором упоминал полковник, но мысли об облегчении страданий пациента его явно не отягощали. А-а-а. Больно.

Ну да ладно.

Инк-секретарь на этот раз был столь предупредителен, что еще до моего вопроса сообщил мне местонахождение моей напарницы – им, как и следовало ожидать, оказался больничный сектор.

Являться туда с пустыми руками было бы по меньшей мере неразумно. Поколебавшись полминуты между возвращением домой, за «волком» и заказом «срочной доставкой» белой мыши, я остановился на третьем, самом «убойном» варианте – благо соответствующий магазин располагался как раз напротив Конторы.

Вышло даже дешевле, чем я предполагал изначально. Несколько… негабаритно, но, поразмыслив, я решил принять этот недостаток за достоинство – теперь за моим подарком можно было спокойно укрываться от обстрела… если мне удастся донести его, не растеряв по дороге…

– Ой.

– И снова доброе утро, – неестественно бодрым тоном приветствовал я свою напарницу. – Как самочувствие?

– Это… все мне?

– Все-все. – Я разжал объятия, и полторы сотни алых роз с шуршанием осыпались на пол.

– С-спасибо.

Я с немалым удивлением увидел, как в уголках зеленых глаз заискрились слезинки.

– Что-то не так? – обеспокоенно спросил я. – У тебя что, аллергия на цветы?

– Нет. – Золушка спрятала лицо в ладонях. – Просто… За всю жизнь мне дарили цветы только три раза. Искусственные.

– Bay.

Мне как-то не пришло в голову, что земной обычай дарить цветы вряд ли может быть столь же популярен на Луне. Хорошо еще, что Золушка все же очень романтичное существо. Нормальный лунарь скорее всего осведомился бы, на кой я приволок ему груду колючей биомассы.