Варщик - Артем Кочеровский

Материя Томагавка превышает мою материю раза в три и, судя по первому удару, прокачана в боёвку. Ставлю руки в блок, но размашистый удар едва не роняет меня на ринг.

Порошок поднял физу и сопротивление урону, а также баффнул столь важные основные характеристики: силу и выносливость. Больше часа я работал с пропорциями и слойностью, чтобы собрать рецепт с двухминутной длительностью, которого хватит на весь раунд.

Минус единица к интеллекту никак не сказывается, по крайней мере в бою этого не понять. Особенно когда ты выступаешь грушей. Работают инстинкты. А вот минус два к восприятию ощущается. Я хуже предугадываю удары.

Томагавк провёл затяжную серию прямых и боковых руками. Я словил в челюсть, бровь, нос. Получил трещину в рёбрах и опухшее ухо. В ход пошли ноги. Предплечья и икры онемели после пяти ударов. Я содрогался всем телом и летел в соседний угол. Мягкие ткани травмировались и расползались запёкшимися гематомами под кожей. Прошло тридцать секунд.

Рано или поздно это должно было случиться. Я пропустил в корпус, а после – прямой в челюсть. Поплыл. Оступился и не закрылся. Шмякнуло в районе носа, и нижнюю часть лица залила кровь. Толпа орёт, но я слышу только звон. Пропускаю в живот и бровь. Теряю равновесие, заваливаюсь на спину.

Плюс два к выносливости – вот, что помогло мне продержаться тридцать секунд. Но впереди ещё полторы минуты…

Он прыгает сверху. В разрезе рта – чёрная капа, в глазах – бешенство, на шее – вздувшиеся вены. Укатываюсь в сторону и вскакиваю. Томагавк хватает за руку, но его пальцы соскальзывают по пропитанному кровью рукаву. Смерть, которая была в паре сантиметров, чуть отступила. Но надолго ли? В клинче мне точно хана. За счёт превосходства в силе он сомнёт меня, будто пресс заготовку. На ногах ещё подержусь. Ещё чуть-чуть…

Идёт вторая половина раунда, и он включается на полную. Дрыщавый парнишка не имеет права так долго держаться против него. Он злится и бьёт, бьёт, бьёт! Руки и голени сбиты в ноль. Подставляю плечи и бёдра. Что угодно и как угодно… Моё тело – удароприёмник. Отбивная. Я скармливаю любую часть для удара, чтобы выиграть время. Секунда. Ещё одна. Кажется, получается, но вновь прилетает точный прямой…

Голова запрокидывается. Я висну на канатах. Руки разлетаются в стороны. Смотрю на Томагавка одним глазом, второй – фиолетовая слива. Стерплю два удара в лицо, а потом всё… Черепно-мозговая, кровоизлияние, остановка… Голова и так не работает. Приказываю поднять руки, поставить блок. Плевать, что они отбиты и с трещинами в костях. Нужно уберечь голову. Не успеваю. Кулак уже летит.

Не сдавайся! Попробуй ещё что-нибудь! Вжимаю голову в плечи и наклоняю. Кулак прилетает в лоб. Меня швыряет на канаты почти без сознания. Сильные руки Сайлока, который любил повисеть на турнике, мертвой хваткой впиваются в верёвки, не позволяя телу упасть. Проходит секунда. Ещё одна. Я готовлюсь принять следующий удар, но Томагавк почему-то медлит. Кое-как поднимаю голову и вижу, как он скрючился, схватившись за левую кисть.

Толпа кричит «убей!». Томагавк подчиняется зову и поднимает кулаки, но его останавливает гонг.

– Оу-оу-оу! Святые угодники! – орёт ведущий. – Что сейчас произошло?! Малыш Сайлок выстоял раунд! Я не верю своим глазам! Как такое возможно?!

Кто-то поставил табуретку в угол, на которую я с удовольствием упал. Только задница, пожалуй, и не болела. Всё остальное – зудящее месиво. Кружится голова, подташнивает. Но я выстоял. Выстоял. Можешь выкусить, чёртов псих!

– Успокойтесь, друзья! Успокойтесь! Сохраняйте спокойствие! Охрана!

В зале поднялся неслабый шум. Многие проиграли деньги. Завязалось несколько потасовок, где и потребовалась охрана.

– Полегче-полегче, друзья! О каком подставном поединке может идти речь?! Нет, ну серьёзно! Вы видели, как этот малец отхватывал?! То, что он выстоял, иначе как чудом не назвать! Успокойтесь и не портите другим вечер! Нет, ставки не будут возвращены! Наш букмекер играет честно! Спасибо, друзья! Спасибо!

Я посмотрел на таймер. До окончания перерыва оставалось сорок секунд, я заглянул внутрь. Действие порошка закончилось, материя возвращалась к исходной структуре. Основные звенья занимали свои места, в обратном порядке выстраивались связи. Я становился прежним.

– Ну что ж, друзья! – вновь подал голос ведущий, когда охрана вывела бунтарей. – Сегодняшний вечер подошёл к концу! Мы посмотрели много зрелищных боёв и стали свидетелями невероятной выдержки малыша Сайлока! По правилам Болотной лиги бойцы обязаны завершить как минимум один раунд, после чего могут досрочно принять поражение! Не будем томить себя ожиданием! Конечно же Сайлок выкинет полотенце! Он сделал в тысячу раз больше, чем мы от него ждали, так ведь?! Давайте поддержим парня аплодисментами!

Чувствую, как по сбитому плечу скользит шершавое полотенце. Не оборачиваюсь. Не важно, кто принёс. Зал взрывается аплодисментами. Люди потеряли деньги, но получили эмоции. Проиграть после первого раунда в моём случае означало – победить. Зрители любят смотреть на победу андердога. Они кричат, свистят, хлопают. Я же смотрю на таймер. Двадцать секунд. Пора.

Средним пальцем оттягиваю бинт и сдавливаю правый кулак. Горло пакетика открывается. Делаю вид, что тру нос. Содержимое сыпется в рот. Смесь горчит. То, что не уместилось под губой, сую под язык.

– Ну что же, друзья, до начала следующего раунда остаётся пять секунд! Ждём, когда Сайлок выбросит полотенце, и расходимся! Четыре! Три! Два! Один! И-и-и-и-и-и! Что за дерьмо?! Простите! Что за хрень?! Он не сдаётся! Он поднимается, чтобы продолжить поединок?! Эй, Сайлок! Ты не обязан! Скажите ему, что он может выкинуть полотенце! Зачем калечить себя после такого успешного боя! Это же бессмысленно! Судьи! Сделайте что-нибудь! Я чего-то не понимаю?! Вы это видите?! Он поднял руку, показывая, что готов к следующему раунду! Бой продолжается!

Томагавк ушёл с ринга, когда я поднялся. Его окрикнули на полпути к раздевалке. Секунд десять он стоял и хлопал глазами, не понимая, чего от него хотят. Появилась лишняя минута. Я закрыл глаза. Внутри происходило что-то чудовищное…

Звенья материи не просто рассоединялись, обрушая общую конструкцию, как это было с первым рецептом. Там всё крошилось, будто их фигачили молотком. На миг я испугался. В состоянии ли материя вернуться к прежнему виду после таких кошмарных изменений? Впрочем, мысль эта просуществовала недолго. Уже через пару секунд я стал слишком туп, чтобы задумываться о столь высоком. Да и сама картинка материи меня больше не интересовала. Поломанные разноцветные палочки сложились наваленной кучей, которая обрастала трёхточечными связями. Подобно плесени или паутине новые связи обволакивали звенья, сменяя геометрическое совершенство на заброшенную рухлядь.

Сила – 4.

Ловкость – 4 (-3).

Выносливость – 5 (+9).

Восприятие – 8 (-7).

Интеллект – 7 (-6).

Переключая взгляд от одной палочки к другой, я сосчитал их все.