Одиссей покидает Итаку - Василий Звягинцев

— Предмостного укрепления, — перевел для штатских Воронцов.

— Вот именно, — кивнул Антон. — Вы же, земляне, самостоятельно противостоять столь наглой агрессии не можете. На нынешнем этапе вашего развития. Попытка проинформировать ваши правительства и привлечь их к сотрудничеству с нами может повлечь… Вы лучше меня знаете, что. Поэтому я и решил обойтись контактами на индивидуальном уровне. Тем более, что так странно совпало… — он развел руками. — Случай с Ириной, героические и весьма квалифицированные ваши с товарищами действия… И вдобавок, ваша дружба с Дмитрием… Я бы сказал — невероятное стечение обстоятельств.

— Только ли обстоятельств? — не поверил Корнеев, который весь предыдущий час не вмешивался в разговор.

— Можете мне верить. Просчитав ситуацию, я был поражен не меньше вашего. Как говорится, перед случаем бессильны даже боги. Однако продолжу. Не утомляя вас слишком подробным пересказом всего, что было, подчеркиваю главное. Цель деятельности Ирины и ее коллег состояла в том, чтобы путем малозаметных вмешательств создать на Земле политическую и техническую обстановку, благоприятствующую инверсии.

Он заметил непроизвольный протестующий жест Ирины и остановил ее:

— Я представлю вам все имеющиеся у меня материалы… Потом. Пока послушайте. Вмешательство в ваши внутренние дела Андрея с товарищами после короткого замешательства вселило в авторов и руководителей проекта «Земля» новые, лучезарные надежды. Вместо нудной, кропотливой, может быть, многовековой работы — один блистательный удар. И цель достигнута, война выиграна! А замысел таков. Новиков и Берестин, заняв высшие посты в государстве, должны переиграть вторую мировую войну, одержать в ней настоящую победу, а не ту, что у вас принято называть таковой, в следующие сорок лет превратить СССР в абсолютного экономического, политического и военного гегемона в мире, и вот тогда, не опасаясь больше никаких случайностей, наши аггры выйдут из подполья, заключат с законной властью (возможно, ею окажется подконтрольная Новикову-Сталину ООН) пакт и спокойно приступят к реализации программы инверсии. При таком положении дел наш Галактический союз не будет иметь никаких оснований для протестов…

— Лихо… — протянул Шульгин. На остальных участников беседы информация Антона тоже произвела должное впечатление.

— Но позвольте! — вскочил Айер. — Мы в своем времени ни о чем подобном не знаем. В том числе и о вашем Галактическом союзе. Значит…

— Нет, — понял его мысль Антон. — Пока «значит» только одно: вы, Борис и Альба существуете только и единственно здесь, в двадцатом веке, нет никакого двадцать третьего, нигде нет, и вас тоже там нет, разумеется. То время, в котором вы успели родиться и некоторое время пожить, с точки зрения настоящего момента не более чем иллюзия. Или, если угодно, маловероятная возможность…

— Выходит, мы действительно обречены остаться здесь навсегда? — стараясь оставаться спокойным, спросил Корнеев.

— Тоже не совсем так. Но и эта тема сейчас неактуальна. Всему свое время. Тогда и вернемся к вашей проблеме… Я не хочу быть несправедливым, не нужно представлять дело так, будто Земля станет колонией, а люди превратятся в бесправных рабов. Кое в чем они даже выиграют. Те, которые будут жить в этом новом мире. Но свою историю, свой естественный путь развития вы, безусловно, утратите. И никогда не сможете войти, как равные, в Галактический союз… Ну и вам, всем здесь присутствующим, места в том мире не найдется.

— Вот даже как? А отчего вдруг? Ликвидируют, как врагов режима? — не выдержала теперь уже Наташа.

— Все гораздо проще. Ирина с Олегом помнят, как они совмещали разошедшиеся потоки времени. Но там сдвиг был микроскопический, и то Берестин прожил четыре месяца в другой реальности. Здесь будет серьезнее. Если Новиков и Берестин свою программу выполнят, возникнет совершенно иное настоящее, в котором просто будут жить другие люди. С другой психологией, другой памятью о прошлом. А ваши места займут, в лучшем случае, ваши аналоги. Война закончится там на два года раньше, останутся в живых многие миллионы, да и погибнут совсем не те, кто в прошлый раз. Изменятся миграционные потоки, ваши родители, вполне вероятно, не встретятся, не поженятся и так далее. Или даже встретятся, но вместо вас родятся другие личности… Как видите, перспективы не самые обнадеживающие.

— Хорошо, допустим так. Впечатляюще ты все объяснил, но давай ближе к теме. «Конец вечности» мы читали, — перебил Антона Левашов.

— Мне бы заодно хотелось узнать, — поддержал его Шульгин, — чего это вообще так много совпадений? Как правило — с довольно популярной литературой? Может, ты нас правда за дураков держишь?

— Ну зачем же так сразу? — в голосе Антона прозвучала обида. — Совсем напротив! Я ведь говорил Дмитрию, что вы очень талантливая раса. Интуиция, способность к гениальным озарениям, эвристическое мышление — здесь вы почти что вне конкуренции. Галактика очень многое потеряет, если вы упустите свой шанс… Вот и писатели ваши смогли очень многое предвосхитить. Лема, например, «Сумму технологии», я читал с истинным удовольствием… Как и многое другое. И мы, и наши противники очень внимательно штудируем земную фантастику. Многое используем в своей работе. Правда, Ирина?..

Левашов заметил, как на мгновение пальцы Ирины стиснули подлокотник кресла. Он ожидал вспышки гнева, потому что даже на его взгляд бестактность Антона по отношению к ней переходила допустимые границы. Однако Ирина сохранила выдержку полностью. Более того, сейчас она выглядела гораздо спокойнее и увереннее в себе, чем все последнее время.

— Конечно правда, Антон, — Ирина мило улыбнулась. — А я все мучилась, не могла сообразить, откуда у тебя такой менторский тон и словесное недержание. А ты, наверное, Немцова лишку перебрал…

— О'кей, Иришка, молодец! — радостно заржал Шульгин. — Два ноль в твою пользу!

Антон сокрушенно наклонил голову.

— Неужели так заметно? Приношу свои извинения. Критику обещаю учесть. Но, собственно, я уже подошел к концу. Буквально несколько слов… В общем, я сумел просчитать планы и намерения неприятеля, кое в чем даже помог их осуществлению. И теперь мы выходим на финишную прямую. В результате действий Новикова и Берестина параллельная реальность сформирована. И задача заключается вот в чем. Поскольку база аггров на Таорэре (Валгалле) напрямую связана сейчас именно с той реальностью… — Антон указал на появившуюся на экране новую схему, — вот, видите эту развилку, здесь прежняя, пока еще существующая мировая линия, а здесь — новая, то нам нужно всего лишь заблокировать обратный путь. Вот так… В итоге они навсегда исчезнут из нашего мира. Причем все должно произойти одновременно — переброс психоматриц Новикова и Берестина в их тела на Таорэре, блокада временной развилки, возвращение ребят сюда и ликвидация любых следов пребывания аггров в нашей вселенной и в нашем времени. Технически это будет выглядеть так…

Главное, что понял Шульгин в ходе беседы (и многих других, последовавших за ней в процессе подготовки): и форзейли, и их противники в ходе своей так называемой войны зашли в абсолютный стратегический тупик. Их цивилизации достигли такого уровня развития, что никакое техническое и научное достижение уже не могло обеспечить ни одной стороне ощутимых преимуществ.