Врата Мёртвого Дома - Стивен Эриксон

Калам оторвал пальцы капитана от клинка тальвара и вытащил его из-под обломков.

В этот момент «Затычка» отцепилась от рейдера, упала в ложбину, затем бешено закачалась под ударами волн. На юте появились фигуры, одна встала у штурвала, другая присела рядом с убийцей.

Подняв глаза, Калам увидел мокрое лицо Салка Элана.

— Жив?

— Да.

— У нас ещё есть проблемы, — сказал Элан.

— К Худу их! Нужно его перетащить вниз.

— На носу течь — большая часть морпехов сейчас на помпах.

Они вдвоём подняли капитана.

— А рейдер?

— Тот, которого мы протаранили? Разлетелся на куски.

— Иными словами, — проговорил убийца, пока они волокли капитана по скользким ступеням, — всё пошло совсем не так, как планировал казначей.

Салк Элан остановился и пронзил Калама острым взглядом.

— Похоже, мы сделали одинаковые выводы.

— Где этот ублюдок?

— Принял командование… пока что. Так вышло, что со всеми остальными офицерами произошли несчастные случаи. При этом к нам подходит второй корабль, так что, повторяю, веселье ещё и близко не закончилось.

— По очереди разбираться будем, — проворчал Калам.

Они прошли через камбуз и оказались в коридоре. Воды здесь было по щиколотку, и убийца почувствовал, насколько неуправляемой стала «Затычка».

— Званием морпехов задавил, да? — поинтересовался Элан, когда они добрались до двери каюты капитана.

— Лейтенант меня старше по званию.

— Тем не менее. Назовём это силой дурной славы, например. Она уже поругалась с казначеем.

— Почему?

— Этот ублюдок хочет, чтобы мы сдались, разумеется.

Они положили капитана на койку.

— Будут переносить груз в такую погоду?

— Нет, переждут.

— Тогда времени у нас достаточно. Ну-ка, помоги мне его раздеть.

— С руками дело плохо.

— Ага. Сейчас перебинтуем.

Салк Элан смотрел на капитана, пока убийца закутывал его в одеяло.

— Думаешь, выживет?

Калам промолчал, вытянув руки капитана наружу, чтобы осмотреть раны.

— Он ими удар клинка остановил.

— Да уж, такое нелегко сделать. Послушай, Калам, что мы здесь делаем?

Убийца помолчал, затем сказал:

— Как ты там сказал? «Сделали одинаковые выводы?» Похоже, никто из нас не желает оказаться в желудке акулы.

— Значит, нам следует действовать вместе.

— Да, покамест. Только не жди, что я буду приходить целовать тебя на ночь, Элан.

— Даже один разочек?

— Лучше поднимайся наверх, выясни, что происходит. Я здесь закончу.

— Не мешкай, Калам. Очень скоро может пролиться кровь.

— Да.

Оставшись наедине с капитаном, убийца нашёл нитки и иголку и начал зашивать ладони. Он уже закончил с одной рукой и принялся за другую, когда капитан застонал.

— Худов дух! — пробормотал Калам. — Мне всего-то ещё десять минут нужно было.

— Подстава, — прошептал капитан, не открывая глаз.

— Мы поняли уже, — сказал убийца, продолжая зашивать раны. — Теперь заткнись и не мешай мне работать.

— Казначей бедолаги Пормкваля — вор.

— Два сапога пара, как говорится.

— Вы с этим разряженным бездельником… тоже похожи.

— Спасибо. Все так говорят.

— Теперь дело за вами.

— И лейтенантом.

Капитан сумел улыбнуться, не открывая глаз.

— Хорошо.

Калам отодвинулся, потянулся за бинтами.

— Почти конец уже.

— Мне тоже.

— Тебе приятно будет узнать, что тот телохранитель погиб.

— Да. Сам себя угробил, идиот. Я от первого удара уклонился. Клинок перерубил тросы. Чувствуешь, Калам? Выровнялись — кто-то наверху знает, что делает, слава богам. Всё равно, воды многовато набрали… но «Затычка» справится.

— На затычки нам тряпок хватит.

— Это точно.

— Ладно, это всё, — сказал, поднимаясь, Калам. — Поспи, капитан. Ты нам нужен здоровым. И быстро.

— Это вряд ли. Второй телохранитель закончит дело, как только подвернётся случай. Казначею нужно меня убрать.

— Об этом мы позаботимся, капитан.

— Вот даже так?

— Вот даже так.

Закрыв за собой дверь, Калам остановился и ослабил длинный клинок в ножнах. Вот даже так, капитан.

…Шквал стих, и небо на востоке посветлело, чистое и золотое. «Затычка» вновь развернулась, поскольку опять задул пассат. Обломки на юте убрали, у команды, похоже, всё было под контролем, хотя Калам чувствовал напряжение среди матросов.

Казначей и единственный оставшийся телохранитель стояли у грот-мачты, аристократ пристально смотрел на пиратский корабль, который шёл с правого борта так близко, что можно было различить людей на палубе — те, в свою очередь, рассматривали «Затычку». Телохранитель, впрочем, не сводил глаз с Салка Элана, который сидел около лестницы на бак. Матросы почему-то не рисковали пересекать невидимую линию длиной в десять шагов, которая протянулась между ними.

Калам подошёл к казначею.

— Значит, ты принял командование?

Тот резко кивнул, аристократ явно чувствовал себя неуверенно и избегал встречаться глазами с убийцей.

— Я собираюсь заплатить выкуп, чтобы они нас пропустили…

— Забрать свою долю, ты хотел сказать. И какова же она? Восемьдесят, девяносто процентов? И самого тебя, разумеется, должны взять в заложники. — Калам следил, как кровь отливает от лица казначея.

— Это не твоё дело, — прошипел он.

— Верно. Но вот убийство капитана и его помощников — моё, поскольку ставит под угрозу плавание. Если матросы и не знают наверняка, то уж поверь — подозревают.

— Для этого у нас есть морпехи. Отойдёшь в сторону — сохранишь жизнь. Вмешаешься — будешь убит.

Калам посмотрел на рейдер.

— А им сколько полагается? Что им помешает просто перерезать тебе горло и уплыть со всей добычей?

Казначей улыбнулся.

— Сомневаюсь, что мой дядя и племянники это сделают. А теперь советую тебе спуститься вниз — в свою каюту — и оставаться там.

Без лишних слов Калам пошёл искать морпехов.

Схватка с пиратами была яростной и короткой. Корабль разваливался у них под ногами, так что паникующая команда была совершенно не настроена драться.