Плотность огня - Макс Глебов

– Разрешите вопрос, господин генерал-полковник?

– Задавайте.

– Майор Линден действительно столь неприкасаем? Что ждет того, кто вступит с ним в конфликт?

По выражению лица генерала я понял, что он уже жалеет о том, что вообще затронул тему Линдена и его покровителей. Не с младшим лейтенантом такие вопросы обсуждать, но генерал, видимо, еще находился под действием шокового осознания, что крупную и очень важную стратегическую операцию можно было выиграть, но шанс оказался упущен.

– Тебе оно зачем, младший лейтенант? – неожиданно перешел на ты генерал.

– Вчера на торжественном ужине у меня вышел неприятный разговор с майором Линденом и его друзьями, – не стал скрывать я, – они в довольно хамской манере пытались добиться от меня, кто протолкнул меня в академию. Я не стал с ними разговаривать.

– Красиво, достойно, но глупо, – усмехнулся генерал, – жди теперь неприятностей. Нашу академию с завидной регулярностью посещают министерские комиссии, обожающие совать нос в разные интересные подробности жизни слушателей и преподавателей. К успехам и неудачам некоторых из них они относятся с особым вниманием и пристрастием. Те, кто стоит за Линденом, обязательно подскажут этим военным чиновникам, на что и на кого им нужно обратить наиболее пристальное внимание. Возможно, тебя приняли за будущего лоббиста конкурентов. Так что готовься, младший лейтенант, отвечать на неудобные вопросы.

***

Пусть и не часто, но выходные дни в академии случались, и тогда я мотался на Ганимед разруливать накопившиеся дела Оружейной компании Лавровых и встречаться с вернувшейся, наконец, с практических занятий Ингой. Уйти из действующей армии она, как я и думал, отказалась категорически, но попытаться-то я должен был.

Джефф и Штейн не вылезали из ремзоны училища, и это начинало приносить свои плоды. Помолодевший лет на десять профессор лучился энергией. Вот что делает с человеком настоящее живое дело и Цель, с большой буквы. Лейтенант Джефф пребывал в родной стихии и откровенно наслаждался процессом, от которого его иногда отвлекала только… курсант Яковлева, та самая девочка-спелеолог, дальняя знакомая Инги, с которой я стоял вместе в кабинете начальника училища во время вступительных тестов. Большие потери среди первокурсников вынудили генерала Шиллера провести дополнительный набор курсантов, и кандидат Яковлева свой шанс не упустила, как, впрочем, не упустила она и лейтенанта Джеффа.

К середине августа моя усталая, но довольная команда доложила о завершении всех работ. На нашу внутреннюю приемку новых образцов техники я пригласил генерала Шиллера. Еще бы я этого не сделал, если мы собирались провести наши испытания на училищном полигоне. Генерал не упустил возможности очередной раз погонять курсантов и обставил испытания, как учебный бой.

Рота третьекурсников изображала охрану важного военного объекта на атакуемой планете. В задачу моего взвода входил его захват с минимальными повреждениями. Для наибольшей достоверности результатов, мы закупили последние модели боевых сканеров, выпускаемых РОК – Русским Оружейным Концерном, и оснастили ими Вараны охранной роты.

Генерал Шиллер с комфортом устроился в бункере наблюдательного пункта полигона вместе с Джеффом и профессором, а я повел в бой свой бывший учебный взвод, вернее, командовала взводом Инга, а я лишь играл роль консультанта и представителя разработчика.

Собственно, боя толком не получилось. В каждый из трех наших десантных ботов мы поставили по шесть станций РЭБ собственной разработки, специально, на уровне конструкции, заточенных под совместную работу. Для оптимизации их настроечных параметров я специально закупил один из самых мощных компьютеров, которому позавидовал бы не только Колониальный Технологический, но и любой из столичных университетов. На это чудо техники ушло восемнадцать миллионов рублей, но я не жалел, результат окупал все затраты. Когда мы включили нашу маскировку в первый раз, в ангаре ремзоны повисла звонкая тишина, лишь секунд через десять нарушенная удивленным «ну ни фига ж себе…» кого-то из прикомандированных к нам техников. Бот, конечно, не стал невидимкой, но даже при взгляде с десяти метров он ощутимо побледнел и слегка размазался, потеряв четкость очертаний. Стандартные же сканеры начинали его различать в лучшем случае с двух-трех километров, то есть с расстояния, когда что-то предпринимать уже почти всегда поздно. Очень похожей модернизации подверглись и Вараны, поучившие каждый по две станции РЭБ. С бронескафандрами нам пришлось изрядно повозиться, но опыт создания моей экипировки для практики на Каптэйне помог нам справиться в разумные сроки.

Конечно, наш условный противник глупостей старался не делать. Они выстроили вокруг охраняемого объекта сеть выносных сканеров и создали какой-никакой охранный периметр. Кроме того один из трех взводов все время патрулировал прилегающую территорию, как пешим порядком, так и с помощью беспилотников. В общем, уставный порядок охраны объекта третьекурсники соблюли в полном объеме. Вот только мер этих против наших новых средств маскировки оказалось совершенно недостаточно. Сканеры противника мы обнаруживали заметно раньше, чем те начинали хоть как-то реагировать на нашу технику. Боты высадили десант в трех километрах от патрулируемой зоны и взвод Инги начал неспешное движение вперед, просачиваясь между выносными постами наблюдения и скрываясь в складках местности от беспилотников. Удобно воевать, когда ты засекаешь противника на расстоянии, на многие сотни метров превышающем то, с которого он сам может тебя обнаружить.

Мы сосредоточились на исходной позиции, и Инга отдала приказ ботам начинать атаку. Летящие над самой землей машины со слегка смазанными силуэтами достигли рубежа пуска ракет так и не обнаруженными. Ракетный залп в полигонных условиях по целям, которые тебя даже не видят, штука нехитрая. Особенно грустно становится атакуемым, когда они понимают, что системы ПВО не могут даже толком захватить в прицел обнаруженные после залпа машины противника.

Все закончилось очень быстро. Девяноста пять процентов живой силы и техники охранной роты компьютер полигона после нашего ракетного залпа пометил, как уничтоженные или выведенные из строя, и они застыли неподвижными истуканами с отключенной энергией. Оставшийся в живых Варан и десяток пехотинцев ничего не смогли противопоставить вынырнувшему буквально из пустоты полноценному десантному взводу. Надо отдать должное третьекурсникам, потери были и у нас. Компьютер засчитал обороняющимся трех убитых противников. Очень неплохой результат при таком гиблом раскладе.

Генерал Шиллер пригласил нас к себе в кабинет. Мы с Джеффом и профессором удобно устроились за столом напротив начальника училища. Генерал улыбнулся. Я давно не видел его в таком приподнятом настроении.

– Господа, я вас искренне поздравляю, – начал Шиллер, – вы сделали действительно потрясающую штуку. Если комиссия минобороны не примет ее на вооружение, я лично разошлю всем своим бывшим сослуживцам, занимающим сейчас высокие посты, запись этого учебного боя с моими комментариями. Я хочу, чтобы мои выпускники воевали на таких машинах, и я этого добьюсь.