В связи с особыми обстоятельствами - Александр Конторович

Нормальный человек в грязюку (и в воду) лезет неохотно, всегда стороной обойти старается. Вот и немцы (если они в кустиках тех сидят) точно так же, надо полагать, и думали. Прошли сторонкой, по сухому месту, благо оно там есть. И точно такими же разумными людьми полагают своих возможных оппонентов. Если можно идти посуху – человек там и пойдёт. Тем паче, что никаких видимых причин поступить по-другому – нет.

Ну, это опять же – у кого-то не имеется, а у кого-то таковые очень даже присутствуют. У Ракутина – имелось множество доводов именно в пользу ползания по мокрому месту. Впрочем, хватало и одного – желания сберечь собственную голову.

Рукава и штанины промокли почти тотчас – вода тут текла хоть и несильной струйкой, однако же, вполне для промокания достаточной. Ну, а после – пропиталось водой уже все остальное…

Однако, в кусты Алексей вполз практически бесшумно – намокшая одежда плотно прилипала к телу и не так сильно шуршала об траву и ветки.

Добравшись до цели, капитан перевел дух.

Так, одну задачу выполнили. Теперь надо о прочем подумать.

Чуть-чуть приподнявшись над землей, он прислушался.

А надо было – принюхиваться!

Ибо слух ничего не подсказал, зато нос – тот учуял какие-то посторонние для леса запахи. Что же это за запашок такой?

Да сапоги так пахнут! Когда их тщательно, и со знанием дела, начистят.

А откуда тут сапоги?

С хозяином пришли, надо полагать – не с неба же свалились?

Запашок у нас слева – оттуда ветерок легкий тянет. Всё правильно – там как раз земля чуток и приподнимается, обзор лучше.

Стало быть, возьмём еще левее, в спину зайдём.

Немцев оказалось трое.

Да не просто так они здесь устроились, а со станкачом.

Грамотно оборудовали позицию, веточки лишние, надо думать, аккуратно повыщипывали.

Всё, как и положено.

Первый номер у пулемета, как ему и полагается, второй слева прилег – готов ленту подать, если нужно будет. Обстоятельно устроились пулеметчики, даже плащ-палатку на землю подстелили. Да не просто так, а натолкали под неё чего-то, вон, как она вздулась-то местами… А третий примостился чуток в сторонке – он и прикрытие, и подносчик боезапаса. Рядом с ним в траве торчат две железные коробки с лентами.

Бдит солдат, четко полученный приказ исполняет.

А вот пулеметчики – те малость расслабились, второй номер и вовсе задремал.

Итак, что мы имеем?

Станкач – оружие серьёзное, но вот развернуть его назад пулеметчики быстро не смогут, а, стало быть, и толку от него немного сейчас. У первого номера руки пулеметом заняты, стало быть, пока он до кобуры долезет, пять раз его заколоть можно. Пистолет у второго номера в кобуре, а она, как это и положено в вермахте, на брюхе слева, а фашист-то лежит… на этом самом брюхе. Быстро оружие в таком положении ему не выдернуть. Хотя, кто его знает, немца этого, может быть он из проворных, надо и данную возможность учесть. Только, для этого ему проснуться надо, да сообразить что к чему, а на это тоже время требуется.

А вот третий член пулеметного расчета – тот во всеоружии. Карабин в руках, вперед смотрит внимательно. Молодой парень-то… приказали, вот и исполняет приказ по всей строгости.

Это, разумеется, плюс – но он же и минус, свою думалку фашист не включил. А то бы не только вперед смотрел, но и по сторонам башкою вертел. И сел бы правильнее, не так близко. Боится он патронов вовремя не подать, оттого и устроился рядышком. По уму – левее надо было бы сесть, там обзор лучше.

Да и не справится тогда никакой супостат со всеми тремя зараз, пока одного душить станет, двое других вмешаться успеют. И наоборот.

Но – сел немец там, где сел.

И подписал этим себе приговор. Да и своим товарищам тоже.

Нет, застрелить их капитан мог спокойно и в том случае, если бы подносчик патронов устроился и в другом месте. Для пистолета лишние пять метров – роли не играют никакой.

Но раз уж вы, ребятки, так в кучку сбились…

Штык на винтовке, как и положено, присутствовал.

И примкнуть его – особых проблем не составило. Другое дело, что выполнять эту операцию пришлось медленно и осторожно, чтобы лишний раз ничем не звякнуть и не брякнуть.

Так, есть штык.

Вперед внимательно посмотрим – под ноги. Где бежать, как наступать и на что.

Не хватало ещё мордой зарыться, за корягу какую-нибудь зацепившись. Встать уже точно не дадут.

Кобуру с наганом – расстегнуть, под рукою быть должна, сдвинем её.

Всё?

Да, вроде бы…

Говорят, что человек иногда способен чувствовать посторонний интерес к себе самому. Особенно, если этот интерес направлен против него.

Спорить с этим Алексей не собирался, и про такие вещи слышать ему приходилось. И потому на немцев он старался смотреть боковым зрением, не задерживаясь подолгу на конкретных деталях. Для решения вопроса оно и не слишком-то нужно, а вот настораживать противника раньше времени совсем ни к чему.

Тем более, что опытные солдаты обладают обостренной реакцией на всякие непонятки – вот это приходилось видеть неоднократно! Не дай Бог лишний раз чем-нибудь хрустнуть – фашисты моментально в боеготовность придут. Они и так, вроде бы, на позиции, но есть же разница – просто так чего-то там ожидать, или когда непосредственно тебе опасность грозить может?

Однако, как оказалось, правильно и адекватно реагировать могут не только люди опытные.

Стоило только капитану вскочить на ноги (даже и не вскочить, а плавно приподняться!), как неожиданно среагировал тот самый молодой немец.

Уж каким-таким боком почуял он неладное, неизвестно. Но, бросив карабин, он внезапно рванулся в сторону!

Самое нелогичное, казалось бы, действие – но жизнь свою он спас! Нацеленный ему в спину удар штыка прошел мимо. Правда, надо отдать должное, это солдату не слишком-то и помогло. Ракутин тоже не лаптем щи хлебал в свое время…

Как только кончик штыка клюнул пустоту, капитан, не растерявшись, крутанул в руках свое оружие, и окованный затыльник приклада заехал вскочившему немцу в правый бок.

Основательно так заехал, тот сразу же скорчился. Не до побегушек ему стало…

Повторно перевернув винтовку, Алексей уже неприцельно ткнул беглеца штыком – хоть так, главное, чтобы активного сопротивления оказать не смог! И развернулся в сторону остальных пулеметчиков.

А там…

Резко сбросивший дремотное состояние второй номер зашарил руками по животу, нащупывая своё оружие. «Поздновато ты врубился, милок!» – злорадно успел подумать капитан, сокращая расстояние между собой и ним.