Агент КФ - Кир Булычев

Доктор смотрел на Андрея.

– Как ваша рука? – спросил он. – Я хотел бы, чтобы вы зашли ко мне. Вам надо сменить кокон и сделать обезболивание.

– Я тебе задал другой вопрос, – сказал Пруг. – На мои вопросы надо отвечать сразу.

Доктор пожал плечами. Он был уже немолод, худ, сутуловат. И растерян, хоть и пытался это скрыть.

– Не надо пугать меня, – сказал доктор. – Я не играю в разбойников. Капитан Якубаускас в тяжелом состоянии. Я поместил его в ожоговую камеру. Он спит. Прямой опасности для жизни нет, но требуется покой и длительное лечение…

Андрей смежил веки. Тошнило от боли.

– Почему ты не задаешь вопросов? – спросил наследник Брендийский. – Я рад тебе ответить. Ты мой гость в этом большом доме.

– Зачем вы это сделали? – спросил Андрей. – Вы же понимаете, что вас обязательно поймают.

– Я могу ответить, – сказал наследник Брендийский. – В этом теперь нет тайны. Мы летим на Ар-А.

– Зачем? – Андрей был удивлен, но не поражен этим известием. Это объяснение, по крайней мере, имело хоть какой-то смысл.

– Мы летим на родину моих предков, – сказал Пруг. – На родину гигантов.

– Посетить любимые могилы? – вдруг не удержался Андрей. Ирония здесь улавливалась лишь теми, кто знал местные обычаи. Посещение любимых могил некогда было торжественным обрядом – долгим путешествием к легендарному кладбищу на плато Любимых. Там, по слухам, лежали останки героев, павших в битве на Краю пустыни. Со временем это долгое путешествие, которое кончалось грандиозными пирами и смертоубийством, было запрещено, но, разумеется, не пресечено.

– Ты не зря прожил у нас столько времени, ДрейЮ, – сказал Пруг беззлобно. – Но ты не прав. Я не из тех, кто проводит жизнь в пирах и забавах. И я хочу, чтобы ты это понял и запомнил. Я очень просто устроен. Мне нужна власть и слава. Как и каждому благородному воину. Я был предательски лишен власти, которая причитается мне по праву. Я был изгнан и вынужден жить среди слизняков вонючего города. Многие думали, почему же столь славный и великий вождь живет столь пусто, как человек, отказавшийся от борьбы? Но у меня давно была мысль вернуться к себе победителем. И не только победителем. Великим победителем, о котором давно мечтал мой народ и все народы.

Пруг Брендийский перестал улыбаться.

– Ты чужой, ничего не понимаешь. А если понимаешь, то думаешь просто. Все люди думают так, как их учили. Только великие люди умеют думать так, как хотят. А я думаю выше, чем вы, обыкновенные люди. Я думаю о том, как поднять честь. Я лечу на Ар-А! Побуждения мои благородны, цель высока, и я не хочу никому зла. Поэтому ты жив, и твой капитан жив. И те, кто был на корабле, тоже живы. Мне не нужна кровь и месть. Мне нужна лишь справедливость.

– А ПетриА? – спросил Андрей. – Она погибла.

– ПетриА из клана Кам Петри? Где погибла она? Почему мне никто не сказал?

– Спроси у своего сообщника, – сказал Андрей.

– ВосеньУ, что знаешь ты скрытое от меня? – спросил Пруг.

– Кто-то убил ПетриА, – сказал ВосеньУ. – Когда я был в агентстве, чтобы взять полетные документы и его одежду, я увидел ее мертвой. Вернее всего, это совершил ДрейЮ. У них была связь, и он боялся, что о ней узнают.

– Если ты прав, ВосеньУ, – сказал Пруг, – мы будем вынуждены жестоко наказать ДрейЮ. Ибо никто не смеет поднимать руку на девушек наших славных кланов. Кто же взял на себя месть?

– Ее кровь – моя кровь, – сказал Андрей.

– Ты не можешь это сделать, ты чужой. И ты болен. Отведите его к доктору. Я не люблю мучить людей, а наш гость ДрейЮ ранен и обожжен. Прежде чем он выйдет на тропу мести, ему надо окрепнуть. – Пруг рассмеялся.

* * *

Воин толкнул Андрея в спину. Тот с трудом удержался на ногах. Дверь сзади затворилась. Охранники остались в коридоре.

Медицинский отсек был ярко освещен. Обычный медицинский отсек. Амбулатория и белая дверь в госпиталь.

Доктор поднялся навстречу.

– Здравствуйте, – сказал он. – Меня зовут Мишель Геза. С вами я немного знаком. По крайней мере, вы со вчерашней ночи мой пациент.

– Витас спит?

– Спит. Ложитесь. Сначала займемся вами. К сожалению, поврежден мой компьютер… – Доктор смущенно улыбнулся. – Когда они ворвались, у меня с ними получился… буквально конфликт.

Он показал в угол. Там лежала сметенная груда осколков стекла, мелких деталей, словно кто-то дотошно выпотрошил «живую куклу». Несколько лет назад была мода на «живых кукол» – они были фантастически умелы: ходили, бегали, пели, капризничали, просыпались ночью, плакали и просились на горшок… И дети разламывали этих кукол, обязательно разламывали. И оставалась куча мелких деталей: куклы были буквально напичканы этими деталями.

– Простите за беспорядок, – сказал доктор. – Мне некогда было убраться. Рука болит?

Он быстро обработал раны. Боль возникла, заставила сжать зубы, но тут же отпустила.

– Расскажите, – сказал Андрей, – что у вас произошло.

– Я думал, вы больше меня знаете, – сказал доктор.

– Считайте, что мы оба мало знаем.

– Я не поехал в город, – сказал доктор. – Полежите немного, сейчас пройдет. Я немного простудился и думал, что выйду на второй день, потом. На корабле нас осталось двое. Я и второй пилот Висконти. Мы занимались своими делами. Потом поужинали… Висконти был на мостике. Потом он включился и сказал, что приехал агент Космофлота, что-то случилось. Мы ничего не подозревали. И когда Висконти пошел к люку, я тоже пошел: отчего-то встревожился. Может, несчастный случай, я понадоблюсь. Было темно. Я увидел служебную платформу, а на ней стояли вы.

– Как вы меня узнали?

– Форма. Форма представителя Космофлота.

– Это был мой помощник ВосеньУ.

– Там был еще один, водитель. Вы подняли руку. Висконти открыл люк. Они подошли поближе. А мы не знали вас в лицо. И впустили в корабль. Но поймите, мы же на цивилизованной планете…

– Вас никто не винит.

– Дальше все было неожиданно. Мы не успели сообразить. Они оба вошли и приказали нам лечь. Висконти спохватился первым. Он вахтенный, он был вооружен. Он пытался достать пистолет…

– И что?

– Они закололи его. Понимаете, все произошло очень быстро. Я буквально опешил. Висконти вдруг упал. А меня свалил первый. Остальные, наверное, скрывались у корабля. Или лежали на платформе. Я услышал шаги, голоса. Они ворвались на корабль. Меня буквально перетащили в кают-компанию. Там их было несколько человек. Мне сказали, что корабль переходит во владение какого-то Берендея. Человек в вашей одежде хорошо говорил на космолингве.

– Да, – сказал Андрей. – У него диплом штурмана. Но он предпочел работать у меня в агентстве.