Бастард-2 - Александр Шавкунов

Орландо отклонился, пропуская прямой удар кулаком в лицо, повернулся на месте. Ятаган чиркнул вдоль груди, у земли развернулся и рубанул по ногам. Парень небрежно отступил, вскинул рапиру навстречу клинку падающему на голову. Острие чиркнуло по лезвию и плавно отвело в сторону.

Трое янычаров рыча разошлись в стороны беря наглеца в клещи и переглядываясь. Двое остались у ворот, нет, один шмыгнул внутрь. Три удара с разных сторон и направлений, в голову, торс и ноги. Орландо блокировал верхний серединой клинка, подпрыгнул и извернувшись ударил ближайшего стражника обеими ногами в грудь.

Янычара отбросило, переворачивая через голову покатило по улице. Пока он не застыл на каменных плитах, раскинув руки и безучастно глядя в небо. Оставшиеся усилили натиск, рубя с двух сторон и понуждая пятиться… Пытаясь. Орландо отбивает удары тяжёлых ятаганов сильной частью клинка, у самого эфеса. Движения лениво плавные, кажется, что ещё мгновение и ятаган врубится в сухую плоть. Но каждый раз Крас втягивает голову в плечи от лязга и ругани янычар.

Здоровяк покрылся потом, крупные капли сбегают по перекошенному лицу, но в глазах, разбавляя ярость, проступает удивление. Второй закусил губу и методично рубит, старается подловить и ухватить запястье франка.

Троица кружит на месте в сияющем хороводе лязгающей стали… Янычар радостно вскрикнул, придавив рапиру к земле, рванулся хватая за руку. Здоровяк обрушил ятаган на плечо, хищно скалясь. Орландо шагнул под удар, развернулся, вызволяя запястье. Клинок свистнул за спиной и плохим звуком врубился в камень, брызнули блеклые искры и мелкая крошка. Орландо улыбнулся и левой рукой щёлкнул по носу проворного янычара.

Тот отшатнулся, скорее от удивления, чем от боли.

Здоровяка пнул в сгиб колена, и стоило тому с криком упасть, приставил острие шпаги к горлу. Слегка надавил, опасно натянув кожу, обернулся ко второму, зажимающему нос ладонью.

— С вас хватит? Я, признаться, только разогрелся.

Торс франка влажно поблёскивает, но скорее от палящего солнца, чем от усталости. Грудь вздымается мерно, а дыхание, как у человека во время неторопливой прогулки.

Янычар стиснул ятаган, пока здоровяк застыл, страшась пошевелиться, двинулся на Орландо.

— Стоять!

Зычный окрик застал стражника на полушаге, он так и замер с занесённой ногой. Медленно вернул её на место и перевёл взгляд на ворота, где стоит, уперев кулаки в бока, седобородый старец в красных одеждах. Орландо убрал шпагу от горла и с холодной вежливостью поклонился.

— Я так понимаю, вы их начальник?

Старик поморщился, кивнул и сказал подходя:

— Всё верно, Салим бен Амра, глава этого балагана.

— Орландо ди Креспо, путник, ищущий исцеления.

Начальник стражи остановился, будто налетев на стену, взгляд сузился и прошёлся по парню с ног до головы. Оба янычара, стыдливо опустив головы, вернулись к воротам. Здоровяк, потирая царапину на горле, скрылся внутри.

— Знал я одного Креспо, — медленно сказал Салим, — а ты на него совсем непохож, хотя и двигаешься в точности. Сеньор Гаспар ди Креспо, твой родственник?

— В какой-то мере. — Сказал Орландо, убирая шпагу в ножны. — Я его убил. Сложная… семейная история.

Старик долго молчал, переводя взгляд с парня на мальчишку, вставшего позади. Хмыкнул и покачал головой.

— Судя по тому что я видел, этот шайтан умер не от ножа в спину.

— Да.

— Хорошо, но зачем ты сюда явился? Гаспар пытался зазвать благочестивого Ахмеда в Рим, но так и ушёл ни с чем.

— Я не собираюсь никого и никуда зазывать. Мне нужно лечение, не более.

— Хм… следуйте за мной.

За воротами открывается ухоженный сад с выложенными камнем дорожками. Оказавшись в тени деревьев, широкими как ладонь листьями, Крас облегчённо вздохнул. Потянул носом стараясь разобрать букет ароматов, густыми волнами идущий от цветочных клумб. Салим и Орландо в молчании прошли к мраморной лестнице, украшенной статуями крылатых львов из серого песчаника. От них веет древностью, как от стен проклятого города в пустыне. Орландо невольно передёрнул плечами, вспомнив о чудовищах, прячущихся в руинах.

Внутри поместья с потолка свисают широкие полотнища молочно-белой ткани. Развиваются на сквозняке от распахнутых окон, едва заметно пахнет спиртом и травами. Римские колоны упираются в потолок и обвешаны кусками пергамента, покрытыми неразборчивой вязью.

— Оружие оставь здесь. — Сказал Салим, указывая на столик у лестницы ведущей на второй этаж. — Почтенный Ахмед отдыхает наверху.

Орландо не колеблясь положил шпагу на столик, так чтобы острие смотрело на выход. Повернулся к провожатому и спросил, указывая на колонны:

— Это что?

— Обращения горожан с просьбами о лечении.

— Так много…

— Большинство полная чушь. — Буркнул Салим, закатывая очи горе. — Кашель, боль в боку, бессонница или глубокие занозы. Каждый считает, что его болезнь уникальная и страшна!