Сыновья войны - Николас Сансбери Смит

Через десять минут Винни, вздохнув с облегчением, протянул руку.

– С тобой приятно иметь дело, братишка, – сказал Винни.

– С тобой тоже, чувачок. Но в следующий раз оставь Картмана в Южном парке.

Желтохвост уже сидел за рулем фургона и следил за ними обоими.

Винни едва сдержал смешок.

– Продолжай уворачиваться от пуль, чувак, – сказал он.

– Я не уворачиваюсь, я танцую, – отозвался Чинарик, изобразив «криповскую» походку^[29].

Винни забрался в машину, и они выехали с участка, не сводя глаз с бандитов.

– Не нравится он мне, – заявил Желтохвост.

– Я бы сказал, что ваши чувства взаимны, – отозвался Винни.

Он расслабился и улыбнулся, когда Доберман подключил телефон к магнитоле и в салоне раздался голос Андреa Бочелли^[30].

Желтохвост поморщился:

– Сейчас блевану от этого дерьма.

– А меня тошнит от твоего гангста-рэпа, – сказал Доберман.

Желтохвост потянулся и выключил звук.

– Не доставай меня, малец.

Доберман надулся, и Винни отвернулся к окну, уставший от нервотрепки этого, как предполагалось, легкого дня.

Они ехали по городу еще час, плетясь в пробках. Из-за протестов и беспорядков часть шоссе была перекрыта, и пришлось сделать крюк, чтобы добраться до Лонг-Бич.

Винни отодвинул занавеску и выглянул наружу. Тротуары были забиты людьми. Это было непривычное зрелище, но общественный транспорт почти не работал, а позволить себе бензин половина города не могла, поэтому этого следовало ожидать.

– Так, приехали, – сказал Желтохвост.

– Какого черта мы делаем перед школой? – спросил Доберман. – Они должны быть закрыты все лето.

– Только не эта, – сказал Желтохвост. – Это Христианская средняя школа Уолли, и здесь идут летние занятия, поэтому мы и здесь.

– Э-э, зачем? – спросил Винни.

– Увидишь.

Из парадных дверей высыпала группа учеников. Ребята побежали к дорогим машинам, поджидавшим их.

– Недурно, наверное, – сказал Доберман. – Они тут такие богатые, что им не о чем переживать.

– Кое-кому есть. – Желтохвост взял свой телефон, открыл профиль девушки на «Фейсбуке» и показал его Винни. – Дон Антонио хочет, чтобы мы нашли ее и выкрали как можно скорее. Так что в ближайшие несколько дней я буду контролировать вас, чтобы вы не облажались.

Винни не чурался наркотиков, краденых вещей, насилия, но выкрасть школьницу?

Он посмотрел сначала на фото, потом на имя.

– Карли Сарконе, – прочел он.

– Ну? – поторопил Желтохвост. – Вы в деле или как?

Винни сглотнул комок в горле.

– Ага, чувак, мы в деле.

«Идеальный шторм»^[31], – подумалось Роналдо. Так специалисты назвали ураган, который приближался к Среднему Западу. И эта сверхопасность была не просто набухшими грозовыми тучами. Еще в ней были радиоактивные изотопы, попавшие в атмосферу с поврежденной атомной электростанции в Пало-Верде, Аризона.

Роналдо сидел в кузове закрытого грузовика-платформы с половиной своего взвода, ехавшего в Финикс. Недавно сойдя с C-130^[32], он думал, что им повезло оставить позади эту чертову клоаку, в которую превратилась Атланта, но вместо нее они очутились в месте похуже.

Террористам удалось проникнуть на АЭС в Пало-Верде и установить бомбы в центральных реакторах, пробить защитные оболочки и запустить цепную реакцию. Но Роналдо тревожили не только радиоактивные выбросы.

Отключение электроэнергии означало, что густонаселенный юг Аризоны и юг Калифорнии, включая Лос-Анджелес, погрузились во тьму, отчего нестабильное положение в этих районах стало еще хуже.

Роналдо не мог не задаваться вопросом: была ли целью именно Калифорния? Сначала атака на Сан-Франциско, теперь АЭС, снабжавшая энергией Лос-Анджелес. Единственное, что спасало – разговор с Еленой перед отъездом из Атланты. Она была в безопасности, и дети были в порядке. Но она вышла из себя, когда он сказал, что едет в Аризону.

Он не бывал в Аризоне и никогда к этому не стремился: Ирак так опалил его зноем, что хватило бы на всю оставшуюся жизнь. И уж точно ему не хотелось быть здесь теперь. Однако им дали новые приказы, и взвод Роналдо вылетел рейсом до передовой оперативной базы в Атланте. Четыре часа назад самолет приземлился на новой базе в сотне миль от эпицентра.

Роналдо глубоко вздохнул, понимая, как ему повезло сохранить шевроны. После выстрела в солдата АВП, палившего из вертолета в Атланте, ему грозил почти неизбежный трибунал, возможно даже с увольнением без привилегий, и тюрьма.

Страна катилась навстречу второй гражданской войне – между федеральным правительством и штатами, которые хотели отделиться и организовать самоуправление.

Губернатор Калифорнии Джим Макги отказался переводить Национальную гвардию в ведение АВП, и по стране поползли слухи. Один из заслуживающих доверия источников заявил, что президент Коулман готовился отправить в эти штаты дополнительный контингент АВП и арестовать губернаторов, которые отказывались подчиняться.

Рассказывали, что солдат расстреливали за дезертирство или сажали в тюрьму даже за самые незначительные проступки. Страна рушилась. Роналдо же просто пытался выполнить свой долг, остаться в живых и вернуться домой к семье.

К счастью, лейтенант Касл поддержал Роналдо, напомнив о его безупречной репутации и о «Пурпурном сердце»^[33] за Афганистан, когда полковник АВП рвался поджарить Роналдо на вертеле за пулю в их стрелка-убийцу.

– Если хотите знать мое мнение, вы судите не того человека, – заявил Касл. – Тот, кто стоит справа от меня, – герой. Тогда как ваш человек убил десятки невинных граждан. Когда он выйдет из госпиталя, его и нужно будет отдать под суд.

Полковник сказал, что будет настаивать на трибунале, но Касл ответил, что обратится с такой же просьбой к руководству Корпуса морской пехоты, чтобы стрелка АВП осудили по тридцати пунктам обвинения за убийство второй степени.