Кровные узы - Павел Корнев

– Милорд? – забеспокоилась Лаура. – Куда мы идём?

– Зовите меня Кейн. И мы уже пришли, – ответил я, открывая тугую дверь. Порыв ворвавшегося с улицы осеннего ветра враз разметал исходящую от ведьмы ауру тепла и умиротворения, но, надо признать, менее привлекательной девушка от этого не стала.

Я первым вышел на широкий балкон замка и окинул взглядом открывавшийся с высоты вид на город.

– Как вам панорама, Лаура?

Компаньонка княгини встала рядом и как бы невзначай прижалась своим плечом к моему.

– Хорошо, – сказала она после небольшой заминки. – Но… свежо.

Я вздохнул.

– Ситуация слишком деликатная, поэтому, если не возражаете, Лаура, я начну с самого начала.

Девушка немного помолчала, потом разрешила:

– Говорите.

– Мне кажется подозрительной смерть брата, из-за этого я здесь.

– Есть основания подозревать убийство? – слегка отстранилась от меня ведьма.

Я вытянул руку и усилием воли заставил проявиться княжеский перстень. Лаура отпрянула от закружившихся вокруг него теней, словно от острых клинков.

– Ах, вот оно что! – понимающе протянула она после этого. – А мне всё не давало покоя ваше сходство с братом! А это не только кровь, но и сила…

– Неважно, – покачал я головой. – Это не важно. Просто я собираюсь вмешаться в дела других людей и не хочу показаться при этом излишне… назойливым.

– Чего вы хотите от меня? – перешла к делу ведьма.

– Вы были близки с Бенедиктом?

– Кто вам сказал?! – вскинулась Лаура, но сразу рассмеялась. – А, пламя! К чему эти игры! Да, была. Это делает меня подозреваемой?

– Возможно, – кивнул я. – Ревность – серьёзный мотив.

– Ревность? – прыснула от смеха ведьма. – Мы просто проводили время вместе, о ревности не могло быть и речи!

– А княгиня? Она ради Бенедикта сбежала из дома, и что в итоге? Муж изменил ей! От любви до ненависти один шаг! Разве нет?

Лаура была ниже меня, но глянула будто сверху вниз.

– Любовь? – фыркнула она. – Какая ещё любовь? Всё это было игрой, мистификацией. Желанием досадить отцу! Никакой любви не было и в помине!

Я склонил голову набок.

– Вы не можете знать этого наверняка!

– Думаете? Да Бенедикт провёл свою первую брачную ночь со мной! Со мной! Понимаете, милорд?

– Кейн. Зовите меня Кейн, – попросил я и вздохнул: – Значит, сговор? Но зачем?

– Моя госпожа просто сбежала от родительской опеки, а Бенедикт никогда не распространялся о своих делах.

Я глубоко вздохнул и стиснул кулак так, что серебро княжеского перстня до боли врезалось в кожу. Луиза отодвинулась ещё дальше. Кольцо её откровенно пугало.

– И всё же фиктивным брак не был, – произнёс я после недолгого молчания. – В конце концов, княгиня понесла от Бенедикта!

Ведьма зябко передёрнула плечами.

– Эта беременность и для меня загадка, – признала она.

Я не стал больше держать её на холоде и распахнул дверь.

– Идёмте, Лаура.

– Надеюсь, этот разговор останется между нами?

– Хотел просить вас о том же.

Ведьма неожиданно поднялась на цыпочки и поцеловала меня в щёку, а потом быстро зашагала прочь по коридору. Так и не оглянулась ни разу.

Оно и к лучшему.

Я потёр нывший бок и отправился готовиться к вечернему выходу в город.

2

Трактир «Горелый пёс» располагался неподалёку от городской стены. Я добрался до него уже в густых осенних сумерках, толчком распахнул дверь и на миг замер на пороге, внимательно изучая собравшихся в питейном заведении людей.

В один миг стало жарко, заломило виски, фигуры посетителей засветились в полумраке обеденного зала мягким розовым сиянием. Кровь. Я видел, как течёт в их жилах кровь.

Мотнув головой, я прогнал наваждение и двинулся прямиком к Брайану Морги. Определить торговца чёртовым корнем не составило никакого труда; к нему привело до предела обострившееся обоняние. Дурманом от сидевшего в одиночестве за дальним столом парня лет двадцати несло так, что у меня заломило скулы и наполнился слюной рот.

– Не нуждаюсь в компании, – нахмурился Брайан Морги, стоило опуститься напротив.

– А в деньгах? – спросил я, поставил ребром на стол золотой шлем и щелчком ногтя закрутил монету на месте.

– Я тебя не знаю, – ответил торговец дурью и потребовал: – Уходи!

– Даже не спросишь, что мне нужно?

Парень достал засапожный нож и принялся демонстративно втыкать острие меж растопыренных пальцев, понемногу увеличивая темп.

Отвлекать занятого столь рискованной игрой человека не стоило, ну я и не стал. Просто облапил одной ладонью руку Брайана с ножом, другой прижал к столу его левое запястье и уже сам принялся направлять клинок меж растопыренных пальцев.

– Какого чёрта?! – взвизгнул торговец чёртовым корнем и попытался отвести нож в сторону, но нисколько в этом не преуспел.

Я продолжил всё быстрее и быстрее бить клинком в стол. Наугад, глядя в расширенные от испуга глаза Брайана.

В таких условиях ранение было лишь делом времени, и торговец лихорадочно зачастил:

– Чего тебе?! Говори! Да говори уже!

– Чёртов корень. У тебя лучший в городе, так?

– Да! У меня…

Парень взвизгнул от боли и задёргался; я почувствовал, как нож угодил во что-то мягкое, а потом ещё раз и ещё, и лишь после этого отпустил жулика. Примолкшие посетители вновь вернулись к своим разговорам, на подмогу торговцу дурманом никто не кинулся.

Брайан прижал порезанную кисть к груди и застонал. Я бросил ему полотенце, потом передвинул через стол золотую монету.

– Чёртов корень! – потребовал я после этого. – И не вздумай предлагать труху.

Постанывая, торговец дурью замотал руку полотенцем и вытряхнул из кошеля на стол несколько матерчатых свертков.

– Забирай! – простонал он, скрипя зубами от боли.

– Нет-нет-нет, – покачал я головой. – Это не ограбление, у нас сделка.

Я выбрал свёрток побольше, развернул его и поскрёб бурую деревяшку. На той остались глубокие царапины.

– Свежий, – признал я.

– Лучший в княжестве, – простонал Брайан и потребовал: – Убирайся!

Без лишней спешки я откромсал от деревяшки кусок с ноготь мизинца величиной и отошёл к камину. Клинок нож моментально раскалился над огнём, сырой корень зашипел и задымился.

Я сделал глубокий вдох и уселся рядом с камином прямо на пол.