Товарищ Брежнев. Большой Песец - Дмитрий Абрамов

Ещё месяц назад гауптманн Пауль Зиберт «служил» в Ровно. Неожиданный вызов в Москву, и гауптманн превращается в старшего лейтенанта госбезопасности Николая Кузнецова^[39]. Ли-2 с лесного аэродрома партизанского отряда «Победители» доставил разведчика в Воронеж. Пересадка на другой борт. Ещё полтора часа полёта, и Николай ступил на подмосковную землю. Встречал Николая на подмосковном аэродроме начальник 4-го управления НКВД старший майор ГБ Судоплатов. Неожиданно. То, что рассказал Николаю Павел Анатольевич, было ещё более неожиданным.

Николай уже успел весьма успешно порезвиться по немецким тылам с почти настоящими документами офицера Вермахта. Но новое задание командования на первый взгляд выглядело вообще чем-то запредельным по наглости. На второй взгляд – наглости только прибавлялось, хотя подготовка и проработка задания впечатляла. Совсем недавно НКВД недалеко от Москвы, в Клину, обнаружил фальшивый стройбат, совершенно открыто действовавший в тыловых районах РККА, получавший финансирование, снабжение и пополнение личным составом^[40]. Немцы к созданию фальшивой воинской части никакого отношения не имели. Создали её дезертировавшие из РККА офицеры. Трибунал вполне мог быстро решить судьбу этих мошенников-дезертиров. Но кому-то в наркомате в голову пришла идея повторить аферу. Командир этого стройбата со своими подельниками вместо расстрельного подвала отправились отбывать немаленький срок консультантами в ГУГБ. А 4-е управление НКВД принялось готовить пилотный проект создания в Третьем рейхе поддельного инженерно-строительного батальона.

Выбор места, где было бы интереснее всего расположить такую часть и где она бы подверглась наименьшему риску расшифровки. Подготовка документов. Изучение досье на возможных контрагентов. Подбор командных кадров на офицерские должности этого батальона.

Возвращение Николая на оккупированную территорию планировалось на конец января, но 25-го числа отправку притормозили. Появились новые обстоятельства, весьма существенно повышавшие шансы на успех задуманной авантюры. Каким-то образом коллегам из ГРУ удалось взять на крючок нехилую такую рыбку из весьма высоких партийно-государственных сфер Третьего рейха. Новый пакет документов учитывал возможности этой самой рыбки.

В ночь с 3 на 4 февраля Николай на том же Ли-2 вернулся в отряд полковника Медведева^[41]. А уже после обеда 4-го числа Николай, опять преобразившийся в гауптманна Пауля Зиберта, выправлял себе проездные документы в Ровенской комендатуре. Хорошие отношения с офицерами комендатуры и сотрудниками аппарата рейхскомиссариата позволили гауптманну оформить проезд в Рейх не по откровенно хреново действующей из-за постоянных диверсий железной дороге, а на борту вполне себе приличного пассажирского Ю-52.

Ночной полуторачасовой перелёт в Варшаву Утренний поезд до Берлина. Восемь часов в пути. В Берлине пересадка на поезд до Любека. И в три часа ночи 6 февраля Пауль Зиберт вышел из вагона на крытый перрон Хауптбанхофа^[42]. Заселение в расположенный рядом с вокзалом Линденхоф-отель. Вздремнуть до утра. Помыться-побриться. Завтрак в ресторане отеля. В десять утра гауптманн Зиберт уже в приёмной бургомистра города Отто-Генриха Дрехслера^[43]. Бургомистр уже свыкся со своей ролью агента русской разведки и без особых терзаний в течение дня оформил все необходимые гауптманну документы.

Следующим утром Зиберт вылетел на попутном самолёте в Штеттин. Гостиница. Ужин в ресторане. Сон в номере. Завтрак. И вот уже можно выдвигаться к резиденции гауляйтера и оберпрезидента Померании Франца Шведе.

Гауляйтер уже ждал Зиберта. Нельзя оставить без внимания звонок от коллеги из Любека и его просьбу оказать содействие неплохому и надёжному парню.

– Хайль Гитлер!

– И вам не хворать, гауптманн. Проходите, рассказывайте, что у вас за проблема.

– Видите ли, герр обергруппенфюрер, у меня приказ на формирование инженерно-строительного батальона. Командование не рассчитывает использовать батальон на фронте. Соответственно и отношение к его формированию скорее всего будет соответствующее, по остаточному принципу.

– Ну, думаю, что это сейчас вполне обосновано.

– Так точно, герр обергруппенфюрер. Но мне бы хотелось всё же принести пользу Рейху и гау^[44]. А если мне для формирования батальона будут давать личный состав и технику по остаточному принципу, то вряд ли такая часть сможет что-либо полезное сделать для гау и для его руководства.

– Что вы имеете в виду, гауптманн?

– Думаю, что новые объекты инфраструктуры, социальные объекты двойного или даже тройного назначения…

– Что значит двойного назначения?

– К примеру, запасной пункт управления гауляйтера.

– ?

– У меня есть эскизный проект. Вот смотрите. – Зиберт порылся в объёмном портфеле и извлёк из него несколько листов. – На берегу залива или на берегу Остзее^[45] строится санаторий. Несколько зданий, в которых смогут проводить отпуск наши солдаты, возвращающиеся с Восточного фронта, или сотрудники администрации округа, ну или кто-либо ещё. Вполне возможно использование этого комплекса для проведения каких-либо мероприятий по плану гауляйтера. В то же время под зданиями оборудуется бункер, куда будут выведены все необходимые линии связи для управления округом в кризисных ситуациях. Кроме того, здания и сооружения данного комплекса изначально строятся с возможностью использования их в противодесантной обороне.