Зеленый мозг. Долина Сантарога. Термитник Хеллстрома - Фрэнк Герберт

Шеф не сразу взял трубку – Перуджу пришлось подождать. Он сидел на кровати в мотеле, только что вернувшись с фермы Хеллстрома, куда был приглашен на ленч. Ленч, который подали в гостиной главного дома, оказался сплошным разочарованием: Фэнси не пришла, все было скучно и весьма официально. Самое плохое – Хеллстром так и не заглотил наживку, состоявшую из намеков на новые изобретения и технологии. Да, шефу его доклад не понравится.

Несмотря на долгую задержку с ответом, шеф был бодрым и энергичным. Очевидно, он не спал, но занимался чем-то, от чего не хотел отвлечься даже на зов того, что часто называл «орудием ада».

– Я обещал позвонить, как только вернусь, – произнес Перудж.

– Откуда вы звоните?

– Из мотеля.

– Вы уверены, что телефон не прослушивают?

– Да. Я проверил.

– И, тем не менее, включите шифровальщик сигнала.

Перудж вздохнул и достал прибор. Теперь голос шефа звучал чуть приглушенно – работал шифровальщик.

– Ну, что вы нашли? – спросил шеф.

– Они отказываются реагировать на наводки по поводу металлургии и изобретений.

– Вы сформулировали наше предложение?

– Я сказал, что знаю людей, которые могут заплатить миллион за перспективное изобретение в этой области.

– И они не клюнули?

– Нет.

– Совет директоров начинает давить на меня, – сообщил шеф. – Скоро нам придется действовать – так или иначе.

– По-моему, Хеллстром хочет большего.

– Полагаете, если мы поднимем ставки, он клюнет?

– Не уверен. Пока же я хочу послать Жанверта и Миэрли, чтобы поискали к югу от долины Хеллстрома следы Карлоса и Тимиены. Они могли двигаться именно с юга. С той стороны много деревьев, а вы знаете, как Карлос был осторожен.

– Посылать никого не нужно.

– Шеф, если мы не…

– Нет.

– Но если мы будем давить на Хеллстрома, он станет сговорчивее. И мы получим все, что нам надо, еще до того, как Совет… Ну, вы ведь знаете, на что они способны, когда начинают что-то подозревать.

– Я сказал – нет!

Перудж понял: возникли сложности.

– Тогда что я должен делать? – спросил он.

– Расскажите, что вы видели на ферме.

– Немногим больше того, что видел вчера.

– Постарайтесь выражаться точнее.

– В общем, там все весьма обыденно. Даже чересчур. Ни улыбок, ни смеха. Никто не отдыхает, не валяет дурака. Все серьезны и, я бы сказал, следуют своему предназначению. Да, именно так: следуют своему предназначению. Напоминают членов китайской сельскохозяйственной коммуны, которые стараются выполнить план по сбору урожая.

– Вряд ли мы найдем «красных» в этой компании, – заметил шеф. – Но нужно и это иметь в виду, если хотим добиться результата. Впрочем, дела гораздо серьезнее, чем вы полагаете.

– Вот как?

Перудж напрягся, вслушиваясь в голос из телефонной трубки.

– Сегодня мне звонили сверху. Спецпомощник Первого. Они хотят знать, не мы ли суем свой нос в дела Хеллстрома.

– Ясно.

Вот объяснение того, почему Хеллстром вел себя так уверенно, словно полностью владел ситуацией. Как же этот энтомолог сумел найти столь мощную «крышу»?

– Что вы ответили? – спросил Перудж.

– Я солгал, – усмехнулся шеф. – Сказал, что это, вероятно, кто-то другой, потому что мне об этом ничего не известно. Хотя пообещал проверить, поскольку иногда мои люди роют землю слишком усердно.

Перудж, не отрываясь, смотрел в стену. Кого, интересно, изберут в качестве жертвы? Немного помолчав, он произнес:

– У нас есть Мерривейл. Можно им бросить его.

– Это один из вариантов, который я обдумывал.

Один из вариантов!

– А теперь расскажите мне, чем они занимаются там, на ферме, – попросил шеф.

– Делают кино про насекомых.

– Это я уже слышал вчера. А еще?

– У меня возникли кое-какие соображения по поводу того, что они могут делать. В этом амбаре-студии есть подвал. Там у них гардеробная и прочее оборудование для кино. И все настолько обычно… Ни к чему не придерешься. Но от амбара к дому тянется туннель. Меня по нему провели, когда мы направлялись в дом, на ленч. И там нас обслуживали очень странные женщины. Красивые куклы, все четыре, но они не разговаривают, даже когда обращаешься непосредственно к ним.

– Что?

– Молчат. Просто накрывают стол и уходят. Хеллстром объяснил, что они отрабатывают какой-то особый акцент, и их педагог запретил им говорить в его отсутствие – он должен их контролировать и исправлять, если они скажут что-то не так.

– Звучит вполне убедительно.

– Вы думаете? Мне это показалось странным.

– У вас была постоянная связь с Жанвертом и остальными?

– Нет. Все получилось, как вчера. Они были милы и вежливы. Но радио попросили выключить, мол, оно мешает работе над озвучкой. Велели не создавать проблем.

– Мне все-таки не нравится, что вы ходите там без радио. А вдруг… Кстати, может, вы назначите вместо Жанверта вторым номером Миэрли или ДТ?

– Успокойтесь, шеф. Мне намеками объяснили, что все будет хорошо, если я стану вести себя как положено.

– Как именно?

– Хеллстром подробно рассказал, как он злится, когда из-за кого-то у них случаются задержки в производстве. И предложил мне поближе держаться к тому, кто меня сопровождает, и не отходить в сторону ни на шаг.

– Кто же был сопровождающим?

– Какой-то юнец Сальдо. Такой же маленький, как Коротышка Жанверт. И молчаливый. А той женщины, которую они напустили на меня вчера, сегодня не было.

– Дзул, а вы уверены, что женщина – это не плод вашей фантазии?

– Да. А вообще, мы в тупике. Мне нужна помощь. Необходимы полиция, ФБР и много людей, чтобы могли носом прорыть холмы вокруг фермы Хеллстрома.

– Дзул! Вы, вероятно, не до конца расслышали то, что я сказал по поводу звонка сверху?

В горле у Перуджа пересохло. Он попытался сглотнуть, но не смог. Когда в голосе шефа появлялись эти нотки, он бывал способен на самые резкие действия. Значит, шеф что-то недоговаривает по поводу звонка от Первого. Войска приведены в состояние боевой готовности.

– Мы не можем просить помощи в связи с проектом, которого нет в природе, – произнес шеф.

– Вы знаете, что я передал заявку в ФБР через балтиморский коммутатор? – спросил Перудж.

– Я перехватил ее и отменил. Заявки больше нет.