Русская зима - Алексей Изверин

Таня лежала сбоку, обнимала меня. Ее голова удобно устроилась у меня на плече, а ладонью она гладила мне живот. Странно, почему при первой нашей встрече она мне полненькой показалась? Фигурка у нее великолепна, наши бы девчонки с их фиругными прыжками на беговых дорожках от зависти бы удавились. Ну конечно, побегай с АСВ и в комбезе со всем снаряжением по горам, по долам. Тут руки-ноги или отвалятся, или обрастут мышцами неплохими, предварительно стопив все лишнее сало. Руки и ноги у нее рельефные, что ее совершенно не портит.

Она обнимала меня с не меньшей силой, чем я ее, но я-то все время боялся пересилить, постоянно себя контролировал, чтобы действительно не на полную катушку сжать. Сейчас я уже и не разберу, где кончаются мои силы и начинается

Единственное, мелкие сеточки шрамов на животе и на плече. Белые полоски на фоне загоревшей кожи, тонкие, не заметные.

— Что смотришь? — Спросила Таня, не поднимая головы.

— Как это ты…

— Вон экран. Видишь? — Напротив и в самом деле висел большой прямоугольный экран, сейчас выключенный. Тоже старинный, большой и с кучей кнопок внизу. На темном сейчас стекле было видно наше отражение.

— А насчет того где… Много где. Еще когда девчонкой была, мутанты проскочили через посты и устроили погром в городе. Я тогда еще мелкая была, увернуться успела, да и шарахнула из шокера. Видишь? — Она провела пальцем по тонкому шраму на щеке, почти незаметному. Его и не видно, если специально не приглядываться. — Вот это… — Танины пальцы прошлись по плечу, — это в рейде, столкнулись с крысиными семьями. Это от выстрела из М-16, она сейчас у меня на стене висит. Жалко, что патроны кончились, у нее сейчас магазины пустые.

— Веселая у вас тут жизнь, в Красноярском крае. — Удивился я.

— Да не жалуемся! — Она приподнялась, посмотрела мне в глаза. — Хорошо было, да мало…

Красноярск. 2123 год.

Уснули мы только под утро. И проснулись, когда солнце уже давно взошло и посеребрило жалюзи. В комнату проникали резкие узкие лучики света, светильники давно погасли, автоматически. В углу я различил букет сенсоров системы дома.

Таня спала у меня на плече, подушка вторая была у нее за спиной.

Осторожно поднявшись, я выбрался из кровати, стараясь ее не разбудить.

Трусы, штаны… Нет, рубашку пока что не буду одевать.

Где-то тут должна быть кухня. Судя по планировке дома…

Быстрое сканирование объемным радаром показало помещение за стеной. Что-то в вроде кухонной техники, то, что надо.

Я открыл дверь, осмотрелся. Так, вот это чайник, вот это плита, вот это автоповар, но он наполовину пустой. Вот это чайные принадлежности, точно. Разноцветные пакетики расфасованы по рангу в прозрачные ящички, и так на вс. Стену. Сортов сто, не меньше.

Так, а кофе у нас тут есть?

А время-то уже, между тем, три часа дня!

Ну и провалялись мы тут.

— Кофе, кофе, где ты прячешься… — Вот это турка, вот эти пара упаковок под ярлыками, вот это сахар и сливки…

Через десять минут я уже снимал с плиты турку, и, шипя от горячей рукоятки (ну не нашел я тут прихватов, кухня-то не моя!), разливал кофе в две небольшие чашки, открылась дверь.

Таня, обернувшись простыней, сонно улыбнулась.

— Кофе. Ммм… Мне еще ни один мужчина кофе не готовил. Ты умеешь?

— Да что там уметь… — Турка у нас была, наша семья часто кофе делала на старом кипятильнике. Или нагревателе, я никогда не знал точно, как он называется. Когда мне было лет десять, еще в школе, кипятильник испортился и его отвезли… Куда же его отвезли? Нет, не помню. Никак не могу вспомнить.

Вдруг в памяти всплыл тот самый кипятильник. Здоровенный металлический стол из уголков, внизу стоял большой красный бак с горючим. Открываешь вентиль, и на комфорке загорается смешной синий огонек, почти незаметный. Вот он горит, облизывает округлые бока турки, старой-престарой, металлической, когда-то белого металла, но сейчас уже давно скрытого нагаром.

За кофе надо смотреть, а то оно вскипит. Вскипает оно быстро, очень быстро, надо вовремя поймать ту температуру и снять с огня, через прихваты, большие узорчатые полотенца. Вроде бы их так называли…

— Ты нормально? — Беспокойство в голосе Тани было очень явным.

Цепь воспоминаний прервалась мигом.

— Ты что, привидение увидел?

— Да нет. Просто вспомнил. Прости, Танюш! Кофе будешь?

— Да уж давай приглашай.

Таня прошла в кухню, кутаясь в простыню и шлепая босыми ногами по теплому полу, ногой передвинула громыхнувшую табуретку, присела.

— Ваше кофе, мисс… — Я сделал серьезное лицо и подвинул ей чашку.

— Благодарю, мистер… — Татьяна взяла чашку одной рукой, отчего простыня, прижимаемая ей к телу, стала предательски сползать.

Я невольно залюбовался.

— Ммм… Великолепно! Кто вас учил готовить такой вкусный кофе, и всем ли вашим дамам вы его готовите?

— Давние традиции семьи!

Мы пили кофе, болтая о том, о сем. Через час решили еще поваляться в кровати, а потом и вставать стало лень. Таня заявила, что она приготовит вкусный ужин… И день как-то плавно перешел уже в поздний вечер.

Смотрели тиви, там рассказывали какую-то чушь про мутантов. Таня только фыркнула. Показали и Тамару, мельком. Потом выступил с короткой речью капитан Фролов, призывая всех быть осторожнее и не отлучаться по пустякам из города. Мол, еще не все головож… То есть шайки мутантов выявлены и уничтожены.

Как-то сами собой тянулись друг к другу, не занимались ничем, а просто лежали рядом, обнявшись, грели друг друга под легким одеялом, стояли в теплом и большом душе под упругими струями воды, рассматривали Танину коллекцию оружия.

Квартира у Тани классная, и очень хорошо спланирована, наш дом в Москве много меньше. Очень похоже на индивидуальный проект. Хорошо платят тем, кто воюет с мутантами, даже на дом личный хватает, в городской черте.

Только вот зачем комнат-то столько в доме, не понятно. На первом и втором этаже несколько сразу, с кроватями. Не похоже, чтобы хозяйка тут была не одна. Или дети? Да нет, я бы заметил, если бы у Тани дети были, да и она бы сказала.

Ужин мы заказали в доставке, Таня призналась, что кроме чая ничего толком готовить не умеет, а робота настраивать слишком долго. Ибо все равно ингредиентов нужных у него не хватает, да и почистить бы его давно пора. Пицца с сыром и привозится быстрее, и есться вкуснее. А еще, отвлекаться-то не хочется. Коллекцию еще не всю посмотрели, а в саду открывается великолепный вид. И окна там с односторонней прозрачностью.

В саду у Тани не только окна односторонне прозрачные, но еще и удобный диванчик, слева и справа заросли тех же вьюнков с цветами на тонких стальных стержнях-поддержках, сбоку столик и терминал.