Охотник. Здесь слезам не верят - Евгений Щепетнов

Нет, все-таки забавно, смотришь на эту девицу и узнаешь, да, это та самая старушка, но только вот старушечьего в ней не осталось совсем ничего. Если только глаза? Смотрит недоумевающе, ничего не поймет… и действительно – для нее ведь это сон! Она спала и во сне видела своего… хмм… собеседника. А теперь вот проснулась, и этот парень, которого она сосредоточенно и умело оттрахала во сне, стоит перед кроватью! Интересно, как бы на такую ситуацию отреагировал сам Сергар?

Около минуты они смотрели друг на друга – женщина, широко раскрыв глаза от удивления, Сергар, слегка улыбаясь, насмешливо и доброжелательно одновременно. Потом старушка-девушка обнаружила, что лежит перед незнакомым парнем совсем обнаженная, взвизгнула, уцепила край простыни, мгновенно прикрылась, покраснев, будто молоденькая девушка, в первый раз оставшаяся наедине со своим будущим любовником.

Прикрывшись, слегка успокоилась, снова принялась внимательно разглядывать Сергара, начавшего одеваться. Когда он надел штаны и потянулся за рубахой, вдруг спросила:

– Я тебя видела во сне. Ты кто? Я где-то тебя видела… не во сне…

– Я твой лекарь. Хмм… врач. Меня зовут Олег. Ты болела, я тебя вылечил. Ты помнишь все, что с тобой было?

– А почему ты, молодой человек, зовешь меня на «ты»? – Пациентка нахмурилась и укоризненно покачала головой. – Молодежь, молодежь… никакого воспитания! Я ведь раза в четыре старше тебя!

– Разве? – Сергар рассеянно натянул на себя рубаху, поправил воротник. – Посмотри на себя. Внимательно посмотри… девочка.

Он ухмыльнулся и принялся надевать ботинок. Когда за спиной раздался возглас удивления, даже не возглас, а что-то вроде сдавленного писка, повизгивания, еще раз ухмыльнулся и, обернувшись, подмигнул девице, зажавшей ладонями груди и вытаращенными глазами разглядывающей вытянутую вверх, к потолку, ногу.

– Ну что, старушка, хороша? Худовата только, а так… все есть! Теперь тебе лет двадцать, как и мне. Пойдешь в ночной клуб? Потанцуешь? Хе-хе-хе…

– Как?! Как это может быть?! – Девушка потрясла головой. – Может, я сплю?! Так и не проснулась?! Может, ты мой сон?! О господи… я же с тобой во сне… ох… нет, не может быть!

– Что не может быть? – Сергару становилось все веселей. – Оттрахала меня, и не может быть? Еще как может! Вот это старушка, вот это… хе-хе-хе… я и пикнуть не мог!

– Господи… да я даже имени твоего не знаю… Олег, говоришь? Откуда ты взялся, Олег? Что вообще происходит?! Где я?!

– Ты в доме своего сына. – Сергар уселся в кресло и расслабленно вытянул ноги. – Тебя ударили. Ты упала, разбила себе голову. Я вылечил тебя физически. Но твой разум улетел от тела. Мне пришлось войти в твое сознание, найти твою сущность, уговорить вернуться. Ты вернулась. И да, побочное явление моего лечения – это омоложение. Твой сын сказал, что ты доктор наук, биолог, так что должна понять, я влил в тебя специальное снадобье и воздействовал на твой организм магией. Я маг, колдун, или как их еще называют – экстрасенс. После того, как организм вернулся к пику своего здоровья – ты омолодилась, ведь этот самый пик приходится на 20–30 лет. Тебе сейчас, вероятно, от восемнадцати до двадцати лет. Все понятно?

– Ох… нет, я не верю… я не верю! Этого не может быть! Я сплю и вижу сон! Это сон! Сон! Сон! Маги?! Какие маги?! Жулики твои экстрасенсы! Жулики! Я разоблачала всех этих жуликов пачками! Пачками! Аферисты! Этого не может быть!

Сергар подошел к женщине, сел рядом. Она не отодвинулась, смотрела во все глаза, потом протянула руку и потрогала плечо лекаря. Сергар усмехнулся и вдруг мгновенно ущипнул пациентку за голый бок, незаметно просунув руку под простыню.

– Ай! Больно, черт тебя подери! Чего творишь-то?! – Пациентка обиженно потерла бок и вдруг внимательно, затуманившимися глазами посмотрела на Сергара. – А ты хорошенький. Мечта женщин! Хорош, да… очень хорош…

Она облизнула губы и снова, протянув руку, погладила лекаря по руке:

– Надо будет поговорить с тобой поподробнее… обо всем. Как я себя хорошо чувствую! Уже и забыла, как это, когда не ломит в коленях, когда не болит спина, когда… впрочем, чего это я? Тебе не интересны старушечьи жалобы. И правильно. Ерунда это все!

Она замолчала, прервав свой словесный поток. Сергар сидел неподвижно, глядя в пространство, и с некоторой досадой думал о том, что придется проводить еще один сеанс, но только попозже. Не сейчас. Почему не сейчас? Потому, что очень неплохо будет иметь рычаг воздействия на олигарха, или как его там… в общем, того, кто вытащил из полиции. Кстати, непонятно, как он это все проделал. Совсем даже непонятно.

Вдруг стало смешно – «иметь рычаг»! Поиметь, ага… Нет, спать со «старушкой» он не собирался. Хотя она была точно не против, и немудрено – после лечения втрескалась в своего лекаря, все – как обычно. Пусть немножко пострадает, повздыхает – ничего страшного. Зато случись что-то, и Сергар сможет воздействовать на ее сына через мать, сын ее любит и сделает для нее все, что угодно. Ну… почти все. Наверное.

И тут же стало слегка противно – использовать несчастную пациентку, воспользоваться ее болезнью (а что такое, как не болезнь – это наведенное состояние патологической влюбленности?!), для того чтобы манипулировать другим человеком, ее сыном? Полнейшее, гадкое нарушение лекарской этики. Свинство, честно сказать!

А с другой стороны – а что делает ее сын? Зачем он вытащил Сергара из тюрьмы? Не из благодарности к тому, кто вылечил его мать. Не из альтруистических соображений, совсем нет – заработать хочет. Хочет стать еще богаче, получить больше власти, управлять Сергаром, манипулировать им! Так кто хуже? Лекарь, который пытается выжить, или олигарх, который хочет стать богаче, нагрести больше, как можно больше денег?

Вот никогда Сергар не понимал этих богачей – ну зачем им столько денег? В могилу с собой их не заберешь, жизнь деньги навечно не продлят, съесть и выпить больше, чем вмещается в желудок, ты не сможешь, так зачем? Зачем просиживать дни и ночи в конторе, в лавке, в офисе, планируя, осуществляя свои великолепные операции, умножая и без того большое богатство? Интригуя, переживая, наживая болезни, которые сведут в могилу!

Впрочем, насчет продления жизни – это он слегка погорячился. Деньги все-таки удлиняют жизнь, точно. Сергар действительно слышал про миллиардера, который сделал то ли пять, то ли шесть пересадок сердца и дожил до ста лет. А если бы у него не было денег? Может, он лет в семьдесят уже бы и помер? Все может быть…

Позади что-то зашуршало, но Сергар не стал оборачиваться. Когда женщина спрыгнула с постели и зашагала по комнате, он встал, пересел в кресло, озабоченно поглядывая в окно, за которым виднелся подсвеченный огоньками сад, луна, висевшая над большим развесистым деревом, похожая на отполированный медный щит. Темно, похоже, глубокая ночь.

Интересно, сколько времени он путешествовал по сознанию пациентки? ТАМ время не существует. Может, прошла одна секунда, а может, часы или даже дни. Безвременье. В нем возможно все.