Пространство любви - Екатерина Звонарь-Елисеева

Уже утром этого дня в общей столовой Таня не знала, куда ей деться. Кусок не лез ей в горло, когда ее разглядывали и таращились, словно она экспонат на выставке. Она чувствовала себя диковинным зверем, слыша удивленный шепот и бормотание.

Спустя пару дней, с ней начали общаться, сначала с осторожностью, а после и вовсе свободно. Таня познакомилась с парочкой женщин-арвирок, таких же уборщиц, как и она. Обе они оказались веселыми и разговорчивыми. От них Таня узнала, что звездолет держит курс на стылую холодную планету, где арвирцами в глубоких шахтах добывался редкий элемент для производства топлива на их родной планете. Там они заполнят огромные контейнеры и доставят их на Арвиру, после чего арвирцы останутся дома, и их контракты будут закрыты. Куда дальше полетит капитан Ориан Беро, девушкам было неизвестно.

Когда Таня попыталась заговорить с женщинами-сэви, те лишь еще больше сгорбились и испуганно шарахнулись от нее в сторону. А после она услышала, как их мужчины строго выговаривали им о том, чтобы они не смели приближаться к землянке. М-да, тоскливо подумалось Татьяне - здесь ловить нечего.

Инфотабло, к которому обратилась Татьяна, сообщило лишь о том, что после Арвиры они лягут на курс промежуточной станции сэви. И займет это все около месяца плюс пара недель до планеты с шахтами и Арвиры. Девушка криво ухмыльнулась - по одному рапорту в день - и капитан будет вынужден удовлетворить ее просьбу. На станции сэви она уж что-нибудь придумает.

Упрямство капитана заслуживало уважения, ибо Таня с таким же упрямством стремилась домой. Она не ленилась каждое утро составлять новый рапорт об увольнении, и каждый вечер ей приходил очередной отказ. Вот ведь противный Ориан! Девушка в бессильной злобе комкала подушку, вспоминая наглые взгляды капитана, когда им приходилось сталкиваться в коридорах. На вопрос, почему Ориан не соизволит отпустить ее, он одаривал ее снисходительной улыбочкой и говорил, что не обязан отчитываться перед персоналом.

Так они прилетели на планету Морт, где почти двое суток продолжалась погрузка, а после судно направилось на Арвиру. Арвирцы радовались, как дети, предчувствуя скорое возвращение домой. Татьяне оставалось молча завидовать и глотать горячие слезы.

А потом ей в голову пришла замечательная идея. Если капитан не желает подписать ее рапорт, ему придется избавиться от нерадивой уборщицы. Потому что ей осталось только одно - уклоняться от выполнения своих обязанностей. Чувствовала она себя при этом отвратительно, но чего не сделаешь ради достижения поставленной цели.

Слушая каждое утро и каждый вечер, строгие выговоры от Харва, Таня изображала раскаяние, и снова продолжала то прогуливать рабочий день, валяясь в своей каюте или бродя по кораблю, то умышленно оставляя неубранными помещения, то занималась уборкой избирательно. Харв недовольно поджимал губы, грозя сообщить все капитану. Таня втайне молилась, чтобы старый вард перестал жалеть ее и исполнил свое обещание. Спустя некоторое время, когда Харву надоели жалобы членов команды на безобразное качество уборки, он скрепя сердцем, отправил рапорт Ориану. После чего тот вызвал девушку к себе.

Таня едва не подпрыгнула от радости до самого потолка и не могла дождаться, когда же капитан сообщит ей об увольнении и велит собирать вещички. Погруженная в свои радужные мечты, девушка смело вошла в кабинет.

Ориан Беро стоял, заложив руки за спину, и смотрел в иллюминатор овальной формы. На звук открывшейся и закрывшейся двери, вард обернулся. Тане снова почудилось, будто в его глазах проблеснула молния. Не к добру, подумала девушка и внутренне сжалась.

- Вы звали меня, капитан? - она не узнала свой хриплый голос. И какого черта она перешла на «вы»?

Ориан окинул ее голодным взглядом и улыбнулся.

- Думаешь, я ничего не понимаю? Ты прекратила маскарад, чтобы разыгрывать спектакль. Весьма реалистичный, кстати сказать. Хвалю.

Таня скрипнула зубами: у нее сложилось устойчивое впечатление, будто Ориан с самого начала все прекрасно просчитал и предвидел ее поступки. Он играл с ней как кошка с мышкой. Таня занервничала.

- Лучше бы ты удовлетворил мою просьбу, иначе я...

- Можешь вообще ничего не делать, милая. Я немедленно распоряжусь освободить тебя от любых обязанностей, - сказал он.

Девушка прищурилась и вздернула подбородок:

- Несомненно, в обмен на что-то. Что именно?

Он, сохраняя молчание, приблизился к ней. Таня пятилась до тех пор, пока спина ее не уперлась в стену. Ориан остановился лишь тогда, когда они ощущали дыхание друг друга. Вард удовлетворенно хмыкнул, заметив, как девушка слегка вытянулась и втянула в себя живот, лишь бы их тела не соприкоснулись.

- Стой, Ориан, не подходи, - выдохнула она. - Что мне сделать, чтобы ты пустил меня домой, а?

Ориан долго думал, прежде чем решиться спросить у Татьяны кое о чем. И, наблюдая за ее потугами избавиться от него, не раз порывался рассказать о том, кем она для него стала. Но ужасные сомнения грызли его разум и его душу. Поймет ли землянка образ их мысли, примет ли законы их мира? Раздираемый самыми противоречивыми чувствами, Ориан понимал - даже если Таня не даст ему шанса доказать, что став для него центром Вселенной, сил отпустить ее у него не будет. И ей придется смириться с его эгоизмом, как бы ужасно это ни было. Ведь ему хотелось от нее взаимности, тепла и любви. Но разве упрямая землянка сумеет преодолеть свою обиду в случае самого плохого исхода?

- Таня, а что ты знаешь об истинных парах?

Девушка настороженно приподняла брови. К чему он заговорил об этом сейчас?

- В смысле, о тех парах, в которых мужчина и женщина якобы созданы друг для друга? -после его кивка, она пожала плечами. - Слышала про такое, да встречать не приходилось. И верится в нечто подобное с трудом. А что?

Ориан осторожно дотронулся до ее щеки подушечками пальцев, а она забыла, как дышать.

- Дело в том... я должен сказать тебе...

- Капитан! - в развернувшемся внезапно экране всплыло изображение Ндара. - Вы нужны на мостике, мы входим в зону метеоритных поясов.

- Проклятие! - прошипел сквозь зубы Ориан и, сжав губы, перевел взгляд на Таню. - Иду!

- Ндар отключился.

Она нахмурилась, видя его внутреннюю странную борьбу. Сложилось впечатление, будто он хотел сказать нечто важное. Но потом выражение его лица стало прежним -напряженным и властным.

- Так как там насчет меня? Что я должна сделать ради свободы?

Ориан раздул ноздри, плавно переместил пальцы к губам девушки, призывая ее замолчать, и отрицательно качнул головой.

- Ничего не нужно делать, Таня. Ты останешься со мной. Смирись.

Она поджала губы и в свою очередь непримиримо дернула головой в сторону, сбрасывая его руку. Ориан отступил на шаг, предоставив ей возможность уйти.

- Можешь идти, - каким-то надтреснутым голосом сказал он.