Terra Nova. А над баобабами закаты, словно кровь - Виталий Федоров

– Что там?!

– Урод с ножом готов! Давай, идем дальше. Как свист слышим – приседаем. Вперед!

По крайней мере, сверху никто не спрыгнет.

Мы без излишней спешки проходим траншею до конца, три раза за это время пережидая очередные входящие, но никого живого тут больше нет. Номад и Индеец мертвы, плюс валяется один дохлый негр, которого кто-то из ребят успел достать перед смертью.

Ладно, здесь все понятно, а вот мне надо бы обратно на позицию второго отделения. Оттуда хороший вид на протоку, а что-то мне подсказывает, что минометы не просто так стараются.

– Крюгер! Остаешься здесь за командира! Организуй людей, чтоб они не раскисали. Бой еще не окончен, самое интересное только начинается.

– Понял, босс!

Добираясь обратно, задерживаюсь на пару секунд, чтобы проверить Тощего. Понятно, что шансов нет, мне даже в ПНВ было отчетливо видно, как кровь струей брызнула, но… Нет, готов. Жаль, хороший парень был, судя по всему.

Дав по пути пару цэу остаткам третьего отделения, возвращаюсь на свою постоянную позицию. Минометы продолжают работать откуда-то со стороны реки, но зона обстрела сдвинулась в глубь нашей обороны. Непонятно, что они там пытаются нащупать, но остается надеяться, что моя спрятанная в кустах машина это переживе… Суки!

Симпатическая магия в действии, чтоб ее! Один из стоящих на удалении метров семьдесят автомобилей весело горит. Чей именно – не разобрать. Ладно, даже если мой – черт с ним, не до того сейчас. Вот то, что он лишний ориентир вражеским артиллеристам дает – это плохо. Особенно с учетом того, что артиллеристы у бриттов бывают и летающие…

Ссс!

Бум! Бум!

Обнаруживаю все второе отделение, включая Меча и Лео, забившимися под навес. Вояки, блин. На пулемете, разумеется, никого.

– Лео, ты как?

– Да нормально. – Круглолицый комод-два демонстрирует забинтованную левую руку. – Хорошо, у меня свой нож на предплечье был закреплен, на него основной удар пришелся. А то бы отрубило на хрен!

– Ясно.

– А на третьем что?

– На третьем четверо убитых, но позицию зачистили. Меч, вылезай, пойдем со мной.

– Куда?! Бомбят же!! – с ноткой истерики в голосе отозвался худощавый, но жилистый сварщик.

– Куда-куда… пулемет с бруствера снимать. Ты же этого не сделал, правильно? И если его обстрелом разобьет, а тут бритты десант отправят, мы чем их топить будем? Хреном твоим? Вылезай давай!

Ссс!

Бум! Бум!

Как назло, эта пара разрывов пришлась почти впритирку с траншеей, у меня аж в ушах зазвенело. Народ в блиндаже умялся друг в друга поплотнее, а Меч так и вовсе попробовал перелезть через кого-то, лишь бы оказаться от меня подальше.

– Меч, вылезай, я сказал!

– Нет!!!

Ах ты ж урод, ну погоди у меня!.. Достаю пистолет и направляю ему в голову.

– Слышишь ты, ссыкло поганое! Там на третьем только что пацаны под обстрелом окопы от британских рейнджеров чистили, и ничего, а ты, сука, боишься пулемет переставить?! Который ты сам же и бросил, когда в штаны наложил?! Считаю до трех, потом вышибаю тебе мозги! Эй, кто там за ним, отодвиньтесь, чтоб не задело и не забрызгало. Отсчет пошел! Раз! Два!.. – Беру пистолет двуручным хватом и прицеливаюсь потщательнее. Сосед Меча (не могу разобрать, кто это) отпихивает его подальше обеими ногами. – Три!

– Иду!!! Я иду!!! – Меч с рыданиями вылезает из-под навеса. Ну и славно. Стал бы я стрелять? А сам не знаю. Скорее да, чем нет, но не уверен. Колебание не из-за того, что мне его жалко, этого и в помине нет, а просто не уверен, к каким проблемам такое могло бы привести.

– Давай вперед, чего встал?!

Доходим до пулеметного гнезда. К нему от основной траншеи ведет короткий ход, и там на полу лежат Резкий и убивший его кафр. Меч вздрагивает, но я толчком направляю его вперед. Стараясь поменьше наступать на трупы, пролезаем в гнездо. Кажется, ДШК не задет. Так, теперь надо его сня…

Ссс!

Бум! Бум!

На этот раз один из входящих рвется прямо в траншее, по которой мы только что шли. Под дождем сыплющейся с неба земли приседаем на дне гнезда.

– Ты как там, нормально?

– Д-да!..

– Ну вот и хорошо. Посидим тут минуту, пусть огонь перенесут.

Ссс!

Бум! Бум!

Ну вот, подальше чуть. А это что такое?

В промежутки между выстрелами и разрывами вползает отчетливый звук… мотора! Не пойму только, с неба или с воды! Ладно, придется вставать.

Поднявшись на ноги, смотрю в амбразуру, и как раз в этот момент из-за изгиба протоки в двухстах пятидесяти метрах от нас выскакивает большая моторная лодка. Пройдя в лихом завале поворот, выравнивается и устремляется к нам, а «пассажиры», не теряя времени, открывают огонь. Черт, да у нее АГС на носу!

– Взвод, на позиции!

Времени схватиться за рацию нет, так что просто ору изо всех сил и хватаюсь за ДШК. Дальше течение событий как-то удивительно замедляется, и я словно со стороны вижу, как:

…в камышах на противоположном берегу, где мы ставили растяжки, что-то взрывается (подорвался корректировщик? снайпер? капибара?)…

…гранаты, выпущенные с приближающейся лодки, рвутся где-то впереди и слева от нас, а потом просто слева…

…прекращается минометный обстрел…

…я отщелкиваю назад флажок предохранителя, берусь обеими руками за рукоятки и ловлю пальцами сдвоенный спуск…

…за первой лодкой из-за излучины выскакивают еще две…

…ловлю в простой открытый прицел из концентрических колец бурун перед приближающейся лодкой…

Тяжелый пулемет на удивление мягко бьет в руки, и события приобретают нормальную скорость. Дульная вспышка засвечивает ночник, я на секунду отрываюсь от ДШК, для того чтобы перекинуть очки наверх, и уже невооруженным глазом вижу поднимающийся посреди протоки клубок огня. Есть!!! Взорвавшаяся лодка подсвечивает своих товарок, они, явно не ожидав такого приема, пытаются развернуться в узкой протоке, я даю короткую очередь, вижу, как светящаяся линия утыкается в воду ближе и левее, довожу ствол, снова мимо: блин, лодки уже развернулись; слышу стрельбу с позиций взвода, даю еще две очереди и последней нащупываю противника. Еще один клубок пламени, охваченная огнем фигура прыгает за борт, я пытаюсь поймать очередью еще одну из двух уходящих лодок, но вновь мажу два раза подряд, и уцелевшие плавсредства врага скрываются за излучиной. Фуф… Для того чтобы выпрямить сведенные судорогой пальцы, требуется осознанное волевое усилие, причем неслабое.

Мужики азартно стреляют куда-то, Меч вон аж на бруствер забрался, чтоб мне не мешать. Это он зря…