Нексус - Рамез Наам

— Ну что, можешь? — продолжала Сэм. — А они об этом знают? Ты говорил им, что участие в вашем маленьком эксперименте дает вам с Ранганом ключи к их головам?

Все еще не глядя на нее, Кейд покачал головой.

— Это самозащита, только и всего. Мы бы никогда не стали этого делать.

— Как ты можешь быть таким наивным, Кейд? Ты хороший парень, я это чувствую. Но как насчет других, к кому это попадет в руки? Думаешь, они не смогут это воспроизвести? Думаешь, они не станут создать себе рабов? Солдат- самоубийц? Сексуальных рабынь? Почитателей?

В ней проснулись ужасные воспоминания. Ранчо. Культ. Ее родители, которые превратились в скот или того хуже. Сэм хотела передать эти воспоминания Кейду, но не смогла. Он был закрыт для нее. Она была отрезана от его сознания.

Кейд ощетинился.

— Это глупо. Людей можно ранить с помощью оружия. Можно сделать с ними ужасные вещи с помощью слов. Книги так же опасны, как и все, что я делаю. Но мы в этом нуждаемся. «Наши нынешние проблемы нельзя решить на том уровне мышления, который их породил». Это сказал Эйнштейн. Мы можем выйти на новый уровень мышления.

— Кейд, это происходит слишком быстро, — ответила Сэм.

Подавив боль и отчаяние старых воспоминаний, она

ожесточилась. Она презирала себя за то желание, с которым стремилась коснуться его сознания. Ненавидела себя за слабость, за то, что поступила неправильно. Черт бы побрал этот наркотик! Черт бы побрал эту операцию!

— Ты говоришь о том, чтобы за одно мгновение изменить порядок, который существует уже сто тысяч лет. Ты не можешь знать последствий, ты не можешь знать, как люди будут этим злоупотреблять, не можешь знать, выживет ли человечество. Мы должны замедлить скорость, с которой приближаемся к чему-то нечеловеческому.

— Не тебе об этом говорить, — со злостью посмотрев на нее, сказал Кейд. — Ты ведь и сама не совсем человек, не так ли?

Николс снова обратил внимание на парочку у воды. Красные шарики на инфравизоре, нагнувшись, совершали странные движения. Что они делают?

Но тут до него дошло. Они снимают обувь. А теперь брюки. Маленькое рандеву на пляже. Кажется, парочка начала страстно целоваться, красные метки на инфравизоре расплылись, можно было различить только головы и конечности. Николс уже собирался отвести взгляд, когда они стали делать нечто такое, чего он не ожидал. Повернувшись, они взялись за руки и побежали, расплескивая вокруг себя воду. Они бежали до тех пор, пока не оказались в воде по пояс, из поля зрения инфравизора исчезли нижние части тел, а затем объекты нырнули в воду и совершенно исчезли в волнах.

— Мне кажется, в это время года вода немного холодновата, — вслух произнес Николс.

— Я только что подумал о том же, — отозвался Брюс Уильямс. — Вряд ли намного больше десяти градусов.

На экране, еще метрах в шести, показались голова и плечи одной из красных точек. Николс затаил дыхание. Подожди-ка… подожди-ка… Но второй объект так и не появился.

— Черт! — воскликнул он. — Направить туда мобильную группу 2! И мини-беспилотники. Осветить это место. Найти этого типа!

Ким и Уильямс ожесточенно нажимали на клавиши. На экране мобильная группа 2 зажигала огни и под визг покрышек трогалась с места, двигаясь не по дороге, а напрямую через подстриженные газоны. С «Небесного глаза» спустился узкий луч прожектора. Обнаженная фигура повернулась в воде, опустила голову и направилась к берегу.

— И задержать машину с Шанкари! — крикнул Николс.

— Есть, сэр! — ответила Джейн Ким.

В напряжении прошла минута, затем другая. На место происшествия прибыла мобильная группа 2, которая арестовала Таню Веллингтон. Да, подтвердила она, это был Коул. Но нет, она не имеет представления, куда он направился.

Коул исчез. Если у него был изолирующий противогаз или он прошел на черном рынке кислородную гипероксигенацию, он может часами оставаться под водой. И всплыть где угодно. Разве что им очень-очень повезет, а иначе он ушел.

Дорожно-патрульной службе Калифорнии все же повезло побольше. На экране патрульная машина приблизилась к машине, в которой находился Ранган Шанкари. Через несколько секунд тот был арестован.

Сэм ответила не сразу.

— Я человек, Кейд. Просто я пошла на компромисс. Я согласилась на некоторые вещи, которые помогают мне в работе, чтобы обеспечить безопасность людей.

— Забавно, — сказал Кейд. — Когда ты рядом, я вовсе не чувствую себя безопаснее.

— Ты не видишь то, что мы делаем ради тебя.

— Я видел, что ты сделала сегодня.

— Появились чудовища, Кейд, — сказала Сэм. — Мы должны их остановить.

— Я не чудовище.

— Ты не чудовище, — согласилась Сэм, — но они недалеко. Есть люди, которые с помощью твоей технологии будут творить ужасные вещи.

— Есть и люди, которые с ее помощью будут творить чудесные вещи, — ответил Кейд. — Мы выставим охрану. Таким всегда был наш план. Мы не хотим, чтобы кто-то использовал это для контроля сознания в большей степени, чем вы.

— Другие люди скопируют вашу технологию. Они уберут охрану или создадут систему-клон, в которой ее нет. Так делается всегда. Как только ты выпустишь джинна из бутылки, ты уже не сможешь его контролировать.

Кейд в отчаянии вскинул руки.

— Ты не можешь контролировать, что люди делают с телефонами, самолетами или сетью, — ответил он. — С ними делают ужасные вещи, но хорошие вещи это перевешивают. Может, и со всем этим тоже расстаться?

— Они не изменяют нашей сущности. Мы все еще люди.

— Ты собираешься решать, кто человек, а кто нет? Что за самонадеянность!

Сэм попыталась сохранить хладнокровие, но до конца ей это не удалось.

— Самонадеянность? Именно ты рискуешь тем, что может повлиять на миллиарды людей. Именно ты угрожаешь сделать настоящих людей устаревшими. Ты хоть имеешь представление о той опасности, которой подвергаешь весь мир?

Кейд с горечью покачал головой.

— Ты все сильно искажаешь. Я ни за кого не решаю. Я предоставляю людям право выбора. Я предлагаю им новые решения, которые они должны принять сами. Именно ты отнимаешь у людей свободы. Именно ты сажаешь в тюрьму людей за то, что они занимаются неправильной наукой или пытаются сделать что-то новое. — С видом обвинителя он ткнул пальцем в ее сторону. — Если здесь и есть чудовище, так это ты.

Патрульный посадил Рангана на заднее сиденье патрульной машины. Брюс Уильямс подключил Николса к системе коммуникаций ДПС.

Николс надел наушники.

— Ранган Шанкари? — спросил он.

Молчание. На экране было видно, как Ранган смотрит в пол машины, не подавая никаких признаков того, что он что-то слышит.

— Мистер Шанкари, вы задержаны Управлением по противодействию возникающим рискам. Я специальный агент Николс.