Космотехнолухи. Том 2 - Ольга Громыко

Пилот заглянул в пустую пачку, но инструкции не нашел. Тогда Теодор принялся по-простому строить из карт домик, мурлыкая под нос какую-то песенку.

– Тед, это же чужой товар, – одернул его капитан. – Испортишь – будешь из своего кармана возмещать.

– Да ладно, они неубиваемые! – Пилот протянул ему карту. – Поиграюсь и обратно запихну.

Станислав повертел ее в пальцах, посмотрел на свет. Карта была очень тонкая и легкая, но при этом такая прочная, что почти не гнулась. Порвать или помять ее действительно сложно.

– Только аккуратно запихивай, чтобы пачка не треснула, – предупредил капитан, бросая карту на стол.

Подошел Ланс, сел напротив Теда и начал внимательно смотреть. Сперва пилота это немного раздражало, но потом на соседнем стуле устроилась Котька с точно таким же выражением морды, и Тед перестал замечать обоих «котиков».

Составлять альфианские карты было гораздо сложнее, чем земные: они скользили друг по другу, как намыленные, требуя высокой точности и концентрации. Когда домик обрушился в семнадцатый раз, на девяноста двух картах из ста тридцати пяти, и Теодор с досадливым возгласом отшатнулся, Ланс не выдержал:

– Мне можно поиграть?

– Конечно, развлекайся! – Тед придвинул к нему всю кучу.

Ланс взял пару карт и попытался составить их, как это делал пилот. Ого, со стороны это выглядело гораздо проще! Потенциально киборги были способны и на куда более тонкие манипуляции, но специальной программы для складывания карт у Ланса не было, а самообучение он привычно отключил, как при играх и рисовании. Так полученную информацию никто не заметит и не отнимет, что Лансу очень не нравилось: вчера, скажем, ты умел водить флайер, а сегодня уже нет. Смотришь на приборную панель, помнишь, как летал, а перед глазами вместо подробной зеленой схемы красная надпись «неизвестное устройство». А вдруг завтра у тебя с такой же легкостью отберут способность ходить, говорить, даже дышать?! Нет уж, лучше медленно, зато надежно.

Тед немного понаблюдал за его усилиями и ушел в тренажерку. Котька перебралась на стол, свернулась клубочком и задремала.

– Ланс, пошли спать! – час спустя окликнула Полина.

«Котик» нехотя поднял голову. Спать пока не хотелось, к тому же у него только-только начало получаться: домик дорос до третьего этажа.

– Да ладно, пусть еще немного поиграет, – благодушно разрешил Станислав. На сон киборгам нужно меньше времени, чем людям, и так капитан, по крайней мере, знал, на что Ланс потратит лишние часы. – Уберешь только потом за собой.

* * *

Когда Ланс с чувством выполненного долга проскользнул в каюту, до общекорабельной побудки оставалось меньше двух часов. Но добрать время для отдыха здесь не проблема, да и вообще – в восемь только будят, а вставать не обязательно, можно поваляться до завтрака. Его, увы, пропускать нельзя, уровень энергии упал ниже восьмидесяти процентов, и Дэн это знает. Рыжий, правда, никогда не напоминал Лансу о необходимости питаться, но соврать при нем не получится.

И все-таки – как Дэн определяет, что в какой ситуации делать? Не «капитан отдал приказ», а «я пойду посмотрю»? Для себя Ланс тоже кое-что мог рассчитать, но откуда рыжий знает, чего хотят от него люди? Даже если эти люди сперва возмущаются и кричат: «Стой, ты куда?» Потом Полина об этом и не вспомнила, словно Дэн все сделал как надо. Или тому существовало столь же длинное и запутанное объяснение, как про магазин и Киру, которое Ланс уже два раза пересмотрел на внутреннем экране, но так и не пришел к однозначному выводу? Поступить правильно у Ланса вышло чисто случайно, опираясь на совсем другие исходные данные, а вдруг в следующий раз не выйдет?

Ланс нехотя стянул футболку, полюбовался ею напоследок, аккуратно сложил и собрался спрятать в шкаф, но в последний момент придумал вариант получше: повесил на спинку стула и развернул его так, чтобы видеть из постели. Надел старую майку, еще Тедову (пилот сказал, что ее можно не возвращать, забрал только джинсы), и лег. Сперва, как положено, на спину, потом сразу перевернулся на правый бок. Так проще, чем нарушать весь алгоритм укладки.

Ланс уже почти заснул, когда ему почудились мягкие кошачьи шаги, и киборг машинально согнул ноги в коленях, чтобы образовалась уютная ниша – вот-вот заполнится живым теплом.

Но дверь каюты была заперта, и Котька, разумеется, спала под боком у Станислава Федотовича.

А другого кота на корабле не было.

* * *

– Маша, свет! – сонно скомандовал капитан на входе в пультогостиную – и тут же проснулся.

В первое мгновение Станиславу показалось, что помещение сплошь затянуто паутиной – точь-в-точь как в фильме ужасов про инопланетных пауков, которые попали на такой же транспортник с грузом браконьерски напиленных на чужой планете бревен, оскорбились и возжаждали вкусных человеческих соков.

Потом капитан понял, что это карты. Тысячи, десятки тысяч карт, стоящих друг на друге.

– ЛА-А-АНС!

Капитан сообразил, что в некоторых случаях столь бурные эмоции лучше держать при себе, но было поздно.

Ближайший фрагмент «паутины» колыхнулся и начал медленно, с шелестом осыпаться, увлекая за собой остальные.

Более завораживающим и неотвратимым зрелищем на памяти Станислава был только расползающийся гриб ядерного взрыва.

Спустя двенадцать секунд пол был сплошь, в несколько слоев усыпан картами, и стало видно, что в углу возле ящика аккуратным штабелем лежат пустые пачки. Двести сорок штук. По сто тридцать пять карт в каждой. Было.

– Ух ты-ы-ы! – протянул из-за капитанского плеча Теодор, заставший только конец представления. – Станислав Федотович, ну почему вы сперва нас не позвали?!

Над голоплатформой выросла загорелая блондинка в ковбойской шляпе и белых нано-шортах, прикрывающая упругую грудь съемочной «хлопушкой» с надписью «Дубль № 1».

– Не переживай, милый, я все записала! – доложила она, звонко щелкнув хлопушкой. – Пультогостиную общим планом, а нашего любимого капитана крупным.

Маша продемонстрировала пару кусочков, и Станислав понял, что благодаря Лансу корабельная видеотека пополнилась еще одним шедевром.

Сам «постановщик спецэффектов» явился последним, с таким понурым видом, что ругать его язык не поворачивался.

– Ну и что за безобразие ты тут устроил? – устало поинтересовался Станислав.

Ланс вообще-то устраивал совсем другое, а безобразие устроил капитан. Но люди вечно требуют от киборгов строгого соблюдения правил, а сами меняют их на ходу, как им заблагорассудится!

– Вы разрешили играть, – еще больше насупился он.

– Да, но с условием, что ты потом все уберешь!