Весы судьбы - Николай Андреев

— Интересно, где сейчас Эльвира? — задумчиво произнес Лайн.

— Трудный вопрос, — пожал плечами Верховный Хранитель. — По-видимому, ее тоже продали в рабство. Но для Ворха главная цель — мальчишка. Кстати, в докладе нет его имени.

— Мы не знаем, как его зовут, — вымолвил асконец. — На Грезе парню дали кличку Одинокий Волк.

— Странное прозвище, — заметил Клевил. — Никогда раньше не слышал.

— Это земной хищник, — пояснил Торсон. — Не очень крупный, но необычайно свирепый и кровожадный.

— Что ж, символично, — проговорил Торн. — Мальчишка, оказывается, склонен к метафорам. Похвальное качество. Хотя решение рискованное и явно опрометчивое. Типичная юношеская бравада.

— Служба контрразведки Плайда не заинтересовалась гладиатором, — вставил Лайн.

— Парню повезло, — сказал Верховный Хранитель. — Палачи Берда Видога из него душу бы вытрясли.

— Что нам делать с Астином? — произнес асконец. — Он ведь пойдет до конца.

— Мы не будем вмешиваться, — проговорил Клевил. — Пусть события развиваются своим чередом. За Ворхом и мальчишкой установите наблюдение. Контролируйте каждый их шаг.

— Самрай постоянно в поле зрения, — сказал Торсон. — А вот с юношей возникли серьезные проблемы.

— Почему? — удивился Торн. — Неужели у тебя в лагере Энгерона нет агентов?

— Агенты есть, — возразил Лайн. — На базе нет наследника престола. Парня в составе первой партии отправили на Корзан.

— Судьба преподносит неожиданные сюрпризы, — произнес Верховный Хранитель. — Потомок императорского рода вынужден воевать на стороне злейшего врага, человека, уничтожившего его семью. Такое в страшном сне не приснится. Видог наверняка бросил наемников в самое пекло.

— Потери в ротах большие, — подтвердил асконец. — Мы с огромным трудом получаем сведения с места боев. По нашим данным мальчишка еще жив. Но он может погибнуть в любой момент. Я предлагаю помочь Астину. Вытащим юношу из лагеря и переправим в Хоросское герцогство.

— Нет! — жестко отреагировал Клевил. — Это сразу изменит расклад сил на поле битвы. Слух об уцелевшем сыне Кервуда Храброва мгновенно просочится в средства массовой информации. Как поведут себя правители государств в подобной ситуации неизвестно. Все может только осложниться.

— Неужели будет лучше, если парня убьют? — возмущенно спросил Торн.

— Кто знает, кто знает, — задумчиво вымолвил Торн. — В моем видении леги недвусмысленно указывали на мальчишку. Он определенно сыграет важную роль в войне Света и Тьмы. А раз так, то ему не время умирать. Пусть сам выкарабкивается наверх. Каждому предначертан свой путь.

— Я не согласен, — проговорил Лайн. — Политика невмешательства порочна. Она ведет человечество к катастрофе. Мы позволили герцогу Видогу свергнуть Ольгера Храброва, даем мерзавцу захватывать соседние планеты, с преступным равнодушием смотрим, как льются реки невинной крови. А как же доброта, справедливость, милосердие? Разве не этим идеалам служит орден?

— Не надо сваливать все в общую кучу, — возразил Верховный Хранитель. — Одно дело — мораль и совсем другое — целесообразность. Поверь, я переживаю не меньше тебя, но нельзя давать волю эмоциям. Строя сильную, могущественную империю, Тино Аято довольно часто применял жесткие меры. Вспомни карательные акции в колониях. Счет жертв шел на тысячи. Мы не вправе решать, каким путем должно идти человечество. Это не наша прерогатива.

— Хочешь сказать, что Берд Видог — личность того же масштаба? — изумленно произнес асконец.

— Масштаб личности правителя определяет история, — заметил Клевил. — Я говорю об опасности скоропалительных выводов. Герцог объединяет страну. На данном этапе он приносит пользу человеческой цивилизации. Цепь событий замкнулась. Империя ослабела и распалась, и вот опять начался процесс слияния.

— А мы стоим в стороне, — язвительно вымолвил Торсон. — Бесстрастно констатируем факты.

— У ордена иные задачи, — произнес Торн. — Мы сохраняем ценнейшие знания…

— Для кого? — горько усмехнулся Лайн. — Людям ничего не известно ни об атлантах, ни о легах, ни о войне Света и Тьмы. Ученые до сих пор ломают голову над загадкой системы Сириуса. И попробуй, скажи, что некая высокоразвитая раса в качестве эксперимента перетащила сюда планеты бог весть откуда.

— Тебя сочтут сумасшедшим и упрячут в соответствующее учреждение, — проговорил Клевил.

— Увы, — асконец тяжело вздохнул. — Почти пять веков полного молчания. Грустно…

— Наши предшественники в течение тысячелетий передавали из уст в уста тайну «Ковчега», — вымолвил Торн.

— Они делали это не напрасно, — произнес Лайн. — Легенда помогла воинам Света одержать победу.

— В нужный момент мы тоже вступим на сцену, — сказал Верховный Хранитель.

— Ты противоречишь сам себе, — проговорил Торсон. — Ив первую очередь по отношению к мальчишке. Если юноша действительно центральная фигура в предстоящей битве, давай освободим его и привезем на базу. Воина Света подготовим к сражению, воина Тьмы без колебаний устраним.

— В твоих словах есть доля истины, — согласился Торн. — Мы обязательно обсудим это предложение на Совете. Но только после объявления войны. Ошибка в выборе бойца не допустима.

— Ерунда, — возразил асконец. — Аргус Байлот обучал группу, не дожидаясь начала битвы.

— Он точно знал, кого судьба привела к нему, — произнес Клевил. — Не забывай о его видениях.

— Наш спор чересчур затянулся, — сказал Лайн, вставая. — Мне пора. Слишком много дел…

Мужчины на прощание пожали друг другу руки.

Торсон посмотрел на Верховного Хранителя и невольно улыбнулся. В глазах Торна застыла тревога. Беседа получилась непростой.

— Не беспокойся, — проговорил асконец. — Я выполню все твои указания.

Через несколько секунд Лайн покинул кабинет. Клевил вытер пот со лба и снова наполнил стакан. Утолив жажду, Верховный Хранитель бросил взгляд на экран голографа. Сколько сейчас наследнику престола? Восемнадцать? Скоро совершеннолетие. Ответственный возраст. Он с полным правом будет претендовать на трон предков.

Вопрос в том, а хотят ли герцоги, графы и бароны, чтобы юноша его занял? Вряд ли. Мальчишка в очень, очень большой опасности. Силы явно не равны. Парня спасает безвестность. Но рано или поздно секрет раскроется, и тогда за жизнь бедняги Лайн не даст ни сирия. Юношу убьют в первом же бою. А жаль…

Клевил поднялся с кресла, подошел к окну. Сириус уже спрятался за горизонтом. На Южные горы Аскании опустилась ночь. Густой липкий мрак окутал скалы. Свет звезд не мог разогнать темноту. Верховный Хранитель вздохнул и задернул штору. На душе был неприятный осадок. Лайн взял на себя огромную ответственность. А правильно ли он поступил? Торсону удалось посеять сомнение. Пожалуй, все же стоит выслушать мнение остальных членов Совета. Может, и правда, есть смысл привезти сюда мальчишку?