Истина как награда - Алексей Фомичев

– Мы полагаем, что не имеет смысла бросать в бой подходящие резервы, которые хординги легко будут бить поодиночке. Полагаем, что следует сосредоточить силы в провинциях Лабервет и Юлараг. Как минимум, по легиону в каждой. А для уточнения позиций войска противника и приостановки его движения когортам Веш-Амского легиона и всем силам, что сейчас есть в провинциях Ошера и Корша, надо выступить на полдень и собраться воедино в районах Лонотора или Туксона.

– Дальше, – потребовал Ракансор.

– Если эти силы вступят в сражение с хордингами… даже если они потерпят поражение, мы сможем узнать о врагах намного больше. И получить время для подготовки наступления.

Ракансор отвел взгляд от Вэмдара. Тот застыл на месте, ожидая вердикта императора и мысленно готовясь к отставке. Или смерти. А Ракансор смотрел на ковры и думал: «Он предлагает мне мой собственный план. Пусть в ином варианте, с другими деталями, но тот же план. Интересно. Узнать мои мысли он не мог. Я никого не посвящал в них, даже Согнера. Значит, сам. Значит, этот молодой еще военачальник дозрел. Вот как…»

Каменное лицо императора не выражало ничего, но Согнер слишком хорошо его изучил. «Это мальчик только что завоевал свое будущее. Не зря я обратил на него внимание еще две зимы назад…»

– Что еще по армии? – прозвучал голос императора.

– Мы планируем внести изменения в структуру легионов. Увеличить конные отряды до полутора тысяч всадников, что придаст легионам маневренность. Увеличить количество лучников, выделить их в отдельные группы. Усилить вооружение тяжелой пехоты. Оснастить легионы бо́льшим количеством повозок для воинов. Это ускорит марш. И разработать тактику глубинных конных рейдов…

– Тоже по примеру вооргов, – закончил мысль Ракансор.

– И хордингов, – добавил Вэмдар. – Они так же очень быстры.

«Назначать его сейчас диктатором глупо, – рассуждал Ракансор. – Еще неизвестно, как покажет себя Пектофраг в Бамареане. И что дадут эти новшества. Но вот поставить на самостоятельное дело стоит. Пусть завоевывает славу. Или сломает голову…»

– Значит, собрать силы и ударить, – словно размышляя, повторил император. – Это… интересно. Мэор Вэмдар!

Вэмдар подобрался, опять вскинул голову.

– Раз вы придумали этот план, вам его и осуществлять! С этого момента вы – офиндер!

Вэмдар побледнел, вытянулся до предела, явив отменную осанку.

– Ваше Богоподобие!..

– Отныне вам подчиняются все легионы и когорты провинций Лабервет, Умелен, Юлараг и Мевор. А также все вновь формируемые резервы. Кроме того, вы получаете полный пай и средства для подготовки наступления. Эдикт будет готов сегодня, а завтра вы начнете операцию.

«Не задохнись, сынок», – подумал Ракансор, глядя на белое как мел лицо Вэмдара.

– Слушаюсь, Ваше Богоподобие! – рухнул на колено новоявленный офиндер и низко склонил голову. Тут же вскочил и замер. – Благодарю, Ваше Богоподобие! Я ваш слуга!

«Да, теперь мой, – с удовольствием констатировал император. – Или моего преемника».

Звание офиндера присваивается командующему отдельной группировкой, в состав которой входят не менее трех легионов. Это высший чин для действующего военачальника. Он доступен только старшему чиновнику армии, и его обладатель – первый кандидат на должность диктатора.

– Сядьте, мэор офиндер, – велел император.

Вэмдар торопливо сел, подхватил стоящую на столике пиалу и сделал большой глоток. Судя по его лицу, он хватанул вина, ибо, что берет, не смотрел.

– Кроме того, следует объявить новый набор резервных когорт. У нас много ветеранов, не все еще обросли жиром и забыли, как держать меч. Лакотер!

Главный казначей склонил голову:

– Да, Ваше Богоподобие. Я понял. Дополнительные средства для оплаты резервистов мы выделим.

– Хорошо, – одобрил император.

Он вновь ощутил боль в груди, помолчал. Первостепенные вопросы обговорены, решения приняты. Осталось одно дело. Самое важное. То, которое он хотел бы отложить, но не может. Как же все-таки не вовремя!

Далан Гратар по привычке не просто слушал разговор, но и мысленно вел запись. Кто что говорил, о чем, как. С паузами или нет. Насколько ясно. Какое решение принято, кто против, кто за. Как сморят на императора и что хотят услышать. Или не хотят.

Все это легко запоминалось тренированной памятью. Но больше всего Гратар ждал главного. Того, о чем он узнал днем, когда император пригласил его в личные покои. То, о чем он не мог сказать никому и даже намекнуть до того момента, когда сам император объявит.

…Кроме императора, в покоях был его лекарь Беламай. Тот выглядел недовольным и нарочито громко стучал пестиком в ступке, готовя очередное питье. Император мановением руки отпустил лекаря, а Гратару указал на кресло возле стола. Коротко спросил о текущих делах, выслушал лаконичный и точный ответ, правда, данный несколько взволнованным голосом, довольно улыбнулся, а потом перешел к делу.

– Что я болен, ты знаешь.

Это был не вопрос, но Гратар все же кивнул.

– Нуммер не дал мне умереть и вместе с Беламаем поддерживает мои силы. Насколько их хватит, я не знаю. Октан, круг, десять. Я обязан думать о будущем… без меня. Понимаешь.

И снова это был не вопрос. На этот раз Гратар не кивал. И император оценил поведение племянника.

– Империю наследует мой сын Блемер. Когда вырастет. А до того времени его именем будет править регент. Он получит безграничную власть, равную императорской. И поведет империю дальше… по воле Огалтэ.

Ракансор подождал реакции Гратара, но тот молчал. Только немного побледнел. Хорошо держится мальчик.

– Когда Блемеру исполнится двадцать зим, регент передаст всю власть ему. А сам станет первым советником императора.

Ракансор замолчал, отвел взгляд и совсем не по-императорски вздохнул.

– Но если регент поймет… увидит, что Блемер не готов или не способен быть императором… то он сам сядет на трон. И будет воспитывать нового императора. Своего сына. Или Блемера. Если тот окажется… небезнадежен. Понимаешь?

– Да, Ваше Богоподобие, – выдохнул Гратар.

– С этого момента наедине и в присутствии высших сановников ты будешь именовать меня «мой император».

Гратар встал, не зная, как реагировать, потом склонил голову.

– Сядь. Это не привилегия.

– Мой император, – едва слышно проговорил Гратар.

– Именно. Сядь ближе.

Гратар подвинул кресло почти вплотную к креслу императора. Тот с улыбкой посмотрел на племянника и положил руку ему на плечо.

– Твой отец был великим воином. И погиб как герой, спасая людей. Я постарался дать тебе не только образование и должность, но и то, чего ты был лишен. Однако этого было слишком мало.