Живородящий - Илья Соколов

Клим Гидра закурил чёрно-красную сигарету «Взрыв» (предпоследнюю в пачке), сверх-задумчиво выдохнул дымное облако, сразу затопившее потолок, и врезался взглядом в плакат Шерлока Холмса. Английский гений сыскной работы смотрел с неодобрительной насмешкой.

Гидра три минуты мусолил мысль про некую двойственность системы убийств, совершаемых Смерчем… Что-то лейтенант из «обзорной» здесь явно нарыл, в этой инфе. Последний случай стал радиационной феерией по мотивам «Сталкера». Жертва: скучный мужчина без вредоносных привычек, но с носом стандартного клерка в дешёвом костюме из супермаркета для среднего класса.

Старший сыщик почему-то вспомнил слова легкомысленного лейтенантика о том, что тот очень хотел пойти со своей подружкой в самый крутой нейро-театр города, когда у него нарисуется выходной…

Постановка, нейро-кино, убийство в исполнении Смерча…

Гидра экстренно врубил комп-экран, который засветился радостным мерцанием, и начал искать сетевые статьи про «Психотеатр» (самое лучшее заведение подобного типа). Особенно читаемый материал принадлежал перу Полины ЛисСовой, очаровательной журналистки газеты «Телескоп мозга» (судя по фоткам).

Нестандартно находчивый детектив открыл список прошедших кино-спектаклей «Психотеатра» и сразу понял всё…

Декорации, изображавшие Готэм-сити, спутались зловещей полутьмой на сцене. Шла репетиция «Бэтмена», но Александр Уралович сегодня не очень-то следил за её комиксовым ходом. Эта мучительная брюнетка-сволочь опять напридумывала несусветную ересь в своей статье «Безумный Макс Пэйн», назвав их замечательный театр «сборищем любителей нейтральных скоростей и тетриса для крыс с кефиром».

Абсолютная чушь, написанная ЛисСовой, бесила Александра Ураловича, почти как фотография одержимого священника за обедом в ватиканской столовой. Главный режиссёр Дюйм чуть безразлично наблюдал эпизод, где Бэтмен смело тырит свободу Джокера, бросив безумного клоуна в местный дурдом Аркхэм, а после – пытается показать Женщине-кошке своё умение целоваться взасос.

Тут неожиданно в зрительный зал вшагнул какой-то мужик, похожий на киношного сыщика со шляпой на башке.

– Стабильного начала дня вам. Меня зовут Клим Гидра, я старший детектив. Расследую здесь дело серийного убийцы Смерча, – мужик-сыщик сдвинул шляпу куда-то на затылок. Его напряжённый взгляд будто прожигал ближайшее пространство.

Александр Уралович вежливо поздоровался и крикнул через микрофон, чтобы нейро-актёры сделали вынужденную остановку.

– Нас в чём-то подозревают, ребята. По этой причине прошу пройти всех сюда, – режиссёр Дюйм посмотрел на сосредоточенность лица детектива, затем спросил. – Ваш визит в сей храм бизнес-искусства станет для кого-то печально-фатальным? Я бы не хотел никого терять накануне премьеры.

– Возможно, что нет… Мне нужно проверить каждого из труппы. И вас, разумеется, тоже.

Клим Гидра сообщил строгим голосом смысловую цель своего появления перед работниками «Психотеатра», когда все нейро-актёры собрались возле места посадки главного режиссёра.

– Маньяк Смерч убивает мирно уснувших людей, копируя ваше расписание спектаклей. Я должен допросить всех вас. Точно предполагать нельзя, но, может быть, неуловимый серийный супер-убийца стоит прямо сейчас здесь и прячется передо мной под маской типичного человека, – Гидра оглядел «подозреваемых»: Пуфик надулся внешностью Пингвина; смешливый Котяра улыбался рваным ртом Джокера; Люба Севередова обтягивалась латекс-костюмом Женщины-кошки; Максим Красивый изображал раздвоенность Двуликого; Катенька Единица соблазнительно позировалась как Ядовитый Плющ в бикини из цветов; Лиссов был в образе Бэтмена.

– Какие ваши доказательства? – Котяра решил слегка пошутить, чтобы специально разрядить напряг обстановки. Старший сыщик жёстко улыбнулся в ответ и сказал:

– Достаточно уже того, что последнее преступление было совершено по мотивам вашего вчерашнего вирт-спектакля. Смерч насмерть столкнул уличного автогонщика со своим же отражением на скорости 152 км/ч. Самоуверенный парень-водитель сильно убит. Машина не подлежит восстановлению. Зеркало не пострадало… После этой смертельной процедуры маньяк прохрипел финальный монолог Макса Пэйна и улетел с вершины небоскрёба в совершенно неизвестном направлении сновидений.

Клим Гидра выжидательно замолчал, изучая реакцию участников следствия через полутьму зрительного зала. Режиссёр и его подопечные инстинктивно забеспокоились.

– Где я могу допросить каждого из вас? В театре найдётся помещение, не напоминающее застенки инквизиции плюс хорошо проветриваемое в плане вранья? – детектив ухмыльнулся (креативно и совершенно беззлобно).

– Вам наверняка придётся по вкусу мой персональный кабинет, пройдёмте туда, – Александр Уралович бодро выпрыгнул из-за режиссёрского пульта, ещё бодрее зашагал к дальним дверям. Остальные скомканно проследовали за ним, подгоняемые суровым взглядом нежданного следователя…

Обстановка офиса главного режиссёра почти шокировала неискушённых, но Гидре было почти наплевать на этот местный факт.

Его не сбило с толку присутствие двулинейных орфограмм, размазанных по потолку; внимание надстрочных патриотов, видимых сквозь стенки сейфа; притягательное состояние огня, закрытого на загово́ры шамана в шкафу; фигурное выдыхание синтетических крошек; станционное роскошество позолоченных крышек от вудуанских гробов, кричащих шёпотом по субботам; наивное преувеличение моральных инфра-картин; безумные, как 320 кошек, мемуары ре-агента; наполовину сточенные стебли ананасных ящериц, довольно похожих на галстук президента…

Старший детектив уселся в предложенно-мягкое кресло из кожи студенистого аиста, снял шляпу (сместив её на подоконник цвета пустынного хаки) и оставил перед собой Александра Ураловича, временно отпустив всех остальных постоять за дверью в довольно волнительном настроении.

– Этот жуткий сыщик нас сейчас окончательно замучает, – голос Кота звучал на редкость грустновато-скучным.

Диалог-допрос Александра Дюйма:

– Значит, главный режиссёр – именно ваша профессия?

– Условно, но несомненно.

– Скольких убили на сцене?

– Я их считаю через одного. Смотря, какая постановка… Это ведь не настоящие убийства, вы должны понимать.

– Естественно, ещё бы, уж конечно… Вы любите читать картины сумасшедших?

– Иногда. И только под дождём. Так лучше видно.

– Трудно считать себя режиссёром в таком заведении?

– Уже нет. Труднее быть им здесь.

– Кто может оказаться серийным убийцей, кроме или вместо вас?

– Какой-нибудь мужик из ресторана диетической пищи… Тонкая женщина, смакующая безалкогольные напитки возле спирт-ларька… Нестойкий подросток, получивший гениальную формулу причинения смерти всем подряд… Инопланетное существо, которое хочет наказать нас.

– Допустим. А кто не любит критиков? Вы?