Упреждающий удар - Вячеслав Шалыгин

Впрочем, не все местные жители были настолько ловкими. Мартин Руфус нашел гостей не сразу и протолкнулся к ним с заметным трудом, что было немного странно. Пришельцам успели изрядно намять бока, в безобидном смысле конечно (и не всем, а только Сайрусу, поскольку о железные бока мароманнов аборигены сами отбили локти), когда Руфус наконец окликнул озирающихся гостей и поманил за собой в какое-то заведение. Точнее – в забегаловку в ближайшей подворотне.

Похоже, у Руфуса здесь был зарезервирован столик в укромном уголке или как минимум места у барной стойки. Забегаловка была переполнена, как и все припортовое пространство, но места нашлись и ловкачу-посреднику, и его клиентам. Будь в резерве у Руфуса отдельный кабинет, его рейтинг взлетел бы до небес, но и того, что имелось, хватило, чтобы хоть немного этого посредника зауважать.

Гости уселись за столик, и у них наконец появилась возможность разглядеть нежданного помощника. Расовую принадлежность определить оказалось непросто. Руфус вполне соответствовал лекалам дактианцев: высокий зеленоглазый шатен с почти идеальными, а потому абсолютно незапоминающимися чертами лица. Да и фамилия вписывалась в стандарты Аррадакта. Но в имени и деталях одежды сквозила привязанность к мароманнской культурной идее. И говорил он на мароманнском чисто, без намека на акцент. Сочетание получалось странное.

К тому же Мартин Руфус не гнушался использовать сайтенские достижения, и даже вильдерские отсталые, но надежные разработки. Например, два пальца на левой руке у него были механические. И наверняка в них прятались какие-нибудь полезные приспособления.

А из кобуры на поясе у него торчала рукоятка здоровенного порохового револьвера. Нет, не настоящего, с шестью огромными патронами в барабане. Эта стилизованная под доисторическую старину вещица вмещала в фальшивом барабане спиральный магазин на полсотни современных патронов и могла поливать очередями. По меркам мароманнов или дактианцев, пушка была так себе – покрасоваться, припугнуть воришку, отогнать собаку или сбить летящую в тебя тещину сковородку. Но другое оружие на Эниуме было запрещено. Только стилизованные под старину пороховики да ножи. Как в каменном веке. Впрочем, может, и правильно?

– Сколько мы должны за приглашение? – окинув посредника строгим взглядом, спросил Хауэр.

– Ох, уж эти мароманны! Прямолинейны, как лазерный луч. – Руфус вытаращился на Сайруса, как бы обращаясь за поддержкой. Не найдя ее, он переключился на Бозе, но, не сварив каши и с ним, был вынужден вернуться взглядом к Хауэру. – Но мне нравится такой подход. Для бизнеса это хорошо. Экономит драгоценное время.

– Прибавьте к сумме цену МК и процент за свои услуги еще и в этой махинации. Нам некогда заниматься формальностями. Коды передайте капитану, он остался на борту.

– Я понял. – Руфус кивнул и постучал легонько кулаком по столу. – Сразу чувствуется командирская закалка! Изложили четко, по пунктам. Выпьете чего-нибудь?

– Сказал же. Мы спешим.

– Вы сказали – вам некогда заниматься формальностями. И это правильный подход. Каждым делом должен заниматься специалист. Разделение труда полезно и для людей, и для работы. А вот спешка – это плохо. Это главный враг качества. В спешке вам некогда подумать, прокачать варианты, выбрать самый лучший. Да, я в курсе, что вам помогают вживленные процессоры-синтетики, а потому соображаете вы вдвое быстрее нашего. Но даже в вашем случае постулат работает – спешка иррациональна!

– Стоп. – Доктор Бозе вдруг тоже хлопнул по столу, только ладонью. – Вы не посредник. Вы вообще не из этого района. Здесь вряд ли кто-то знает такие слова, как «постулат» или «иррациональность». Вы потому и нашли нас не сразу. Откуда вы?

– С шестого слоя, из поселения Антабиум. – Мартин Руфус чуть склонил голову, как бы обозначив, что уважает доктора за сообразительность. – Это административный центр Теневого континента. Правда, географически расположен на самом краю, такой вот занятный момент. Антабиум находится почти точно под Эпиком-5. И параметры вращения совпадают. Поэтому даже есть стационарные лифты. Можно жить там, а работать здесь. Но я бываю на пятом слое редко. Когда заканчиваются деньги. Местный деловой авторитет Иуда Брут – мой старый приятель, вот и позволяет мне иногда подзаработать.

Доктор Бозе на миг будто бы задумался, а затем кивнул. На самом деле его синтетик в этот момент связался с синтетиком корабля, а тот озвучил информацию для Шершня. Капитан подтвердил, что делец Иуда Брут в порту Эпик-5 действительно проживает. Смаглер даже вкратце описал его внешность и посоветовал не связываться. Борис в ответ заверил, что и сам все понимает. Ничего хорошего от человека с таким прозвищем ждать не приходилось.

– Вы говорите без акцента, но вы не мароманн…

– Вообще-то на Эпике не принято обсуждать происхождение, но для вас я готов сделать исключение. – Руфус обозначил любезную улыбку. – Значительная часть сектора Звездного скопления Урма и система Урма-17, в частности, это навеки нейтральная зона. Так записано во всех базовых соглашениях между всеми расами. Жемчужина системы планета Эниум формально считается вильдерской. Но она находится очень далеко от основных вильдерских миров и здесь особые условия существования. По этой причине здесь нет вильдеров. Такой вот парадокс. Их пытались завозить сюда смаглеры, но это закончилось печально. Вильдеры массово сходили с ума от здешних причуд мироздания. Поэтому на Эниуме поселились дактианские отщепенцы, мароманнская некондиция и прочие нестандартные представители продвинутых космических рас. Но даже для представителей этих рас жизнь здесь оказалась не сахар. Поэтому люди быстро забыли обо всех предрассудках и сформировали свободное общество. Не такое, как на Марободе или Аррадакте, а действительно свободное. То есть саморегулируемое и справедливое. Насколько это вообще возможно.

– Вы ушли от вопроса, – вклинился в монолог Бозе.

– Я подвожу к ответу. Генетически я дактианец, вы правы. Но воспитан мароманнами. Знаете, как в слезоточивых сериалах – родители пустились на поиски лучшего мира, но врезались в шальной астероид. Взрослые погибли в катастрофе, а выживший ребенок после долгих скитаний обрел семью и нашел свое счастье там, где не ожидал. Такие истории происходят довольно часто и в реальной жизни. На Эниуме вообще никто не смотрит в генетическую карту ребенка. Считается, что воспитание может компенсировать любые врожденные недостатки. И, знаете, иногда это работает. Допустим, глава моего поселения генетически сайтен, а большая часть населения Антабиума происходит от мароманнов. Если помните историю, в девяностых годах с Маробода хлынула большая волна переселенцев.

– Когда отказались от лагерей для переформатирования некондиции. – Бозе кивнул. – Отлично помню. А говорите, у нас нет свободы.

– Изгнание вместо заключения? – Руфус усмехнулся. – Демократично. Впрочем, это дело Народной Диктатуры Маробода, не наше.

– К делу давайте, – приказал Хауэр. – Озвучивайте цену, и разбегаемся.

– Минуточку, командор, – попросил Бозе. – У нас есть еще одна загвоздка. Мы не знаем, куда бежать.