Магия до востребования - Олег Таругин

— Да… нет, Георгий Ростиславыч, не знаю…

— Ну нет — так нет. Иди. Поглядим, как оно дальше сложится, может, что и прояснится…

Афганистан, провинция Урузган,

октябрь 2001 г.

«Нет, точно не мой день, — в который раз за последний час подумал капрал Энтони Крикс, размеренно ступая по усеянному мелкими камнями склону, — сначала полдня скакать по горам, разыскивая неуловимых талибов, которых тут наверняка нет, а теперь еще и это. А ведь мы уже должны были вызывать „вертушку“! Сорок минут лету, и мы в родном лагере! Так нет…»

Примерно так же думали и остальные «зеленые береты» из группы спецназначения «танго». Изначальный приказ — выдвинуться в район, дождаться, пока ущелье проштурмуют парни из ВВС, и обследовать несколько пещер на предмет наличия-отсутствия террористической базы — ни у кого особых споров не вызвал. На войне, как на войне: в конце концов, именно к этому их и готовили в каролинской «президентской „учебке“».[9]

Но вот поступившая час назад вводная, откладывавшая возвращение на неопределенный срок (точнее, как раз на определенный: до обнаружения пилота сбитого штурмовика), никому особой радости не доставила. Лишние пять миль по горам — то еще удовольствие! Нет, помочь попавшему в беду боевому брату, прикрывавшему их задницы с воздуха, конечно, святое дело, но…

— Крикс, Даркхилл, Этрекс — правый фланг, Джонс, Майстерс — левый! — голос капитана Уатта оторвал Энтони от его размышлений. — Ласински, О'Нил — со мной. Внимание, парни, похоже, мы на месте. Пятьсот футов на юго-восток. Держите фланги. Все, вперед…

Спецназовцы привычно рассыпались в боевой порядок: впервой, что ли? Тем более особых поводов для волнений в общем-то не было: по ним никто не стрелял, не пытался сбросить со склона или окружить. Лишь вдали, примерно в миле отсюда, чадили на дороге несколько разбитых автомобилей — не то какие-то внутренние афганские дела, не то наши асы потрудились.

Крикс тяжело плюхнулся на колено (конечно, «тяжело»: бронежилет, разгрузка, рюкзак — пятьдесят пять с лишним фунтов!) и вскинул снайперскую винтовку, обозревая через мощную оптику попавшие под определение «правого фланга» окрестности. Камень, кругом только голый, безжизненный камень. Словно перенесенный за полмира кусочек выжженного неистовым аризонским солнцем Большого Каньона. Как только тут люди живут? Оттого, видать, и сходят с ума, взрывая мирные нью-йоркские небоскребы, что вся их страна — просто голый камень!..

Капитан вместе с двумя «беретами» скрылся из виду, спустившись в неглубокий распадок, несколько долгих секунд стояла тишина, затем в крохотном наушнике раздалось:

— Чисто. Спускайтесь, мы нашли.

Дождавшись, пока Даркхилл с Этрексом скроются за каменным развалом, Крикс припустил следом, настороженно поводя в стороны стволом снайперки: мало ли?..

К счастью, никакого «мало ли» не обнаружилось. В несколько прыжков преодолев последнюю сотню футов, капрал спустился вниз, убедившись, что поиск окончен. Они и на самом деле нашли. Правда, не катапультировавшегося пилота, а сам упавший самолет: неглубокую, все еще дымящуюся воронку, усеянную искореженными обломками дюраля и стали. Хвост самолета и оба двигателя, отброшенные взрывом, валялись далеко в стороне. Смятый ударом и обгоревший пилотский бронекокон с остатками кабины глубоко зарылся в каменистый грунт.

— О'Нил, со мной, — скомандовал капитан, вместе с темнокожим сержантом спускаясь на дно рукотворного кратера. Несколько минут они ковырялись возле искореженной кабины, затем двинулись в обратный путь.

— Можно возвращаться, — Уатт сделал солидный глоток из фляги. Затянутая в перчатку без пальцев рука капитана едва заметно подрагивала.

— Сэр, значит, пилот?.. — неожиданно решил проявить инициативу Джонс. Идиот.

— Пилот представляет собой не слишком аппетитное зрелище, — капитан судорожно дернул кадыком, тем не менее продолжив вполне спокойным голосом. — Этрекс, вызывай вертолет, нам тут больше делать нечего.

— То есть он погиб? — наморщив лоб, глуповато переспросил придурковатый Джонс.

— А ты как думаешь? Сначала парня перемололо при ударе и взрыве, затем, пока горело топливо, превратило в барбекю. А бронированная коробка сохранила все, что осталось, для его родственников. Отсюда мораль: заткнись, Пит! Впрочем, можешь сходить вниз и самостоятельно насладиться зрелищем. И порыгать заодно.

— Сэр! — оседлавший наивысшую точку, здоровенный валун на самом гребне, Майстерс, второй снайпер группы, призывно махал рукой. — Тут кое-что… интересное…

— Потом, Стив, — капитан снова обернулся к радисту, однако сбить с толку Стива Майстерса оказалось не так-то просто:

— Капитан, вам КРАЙНЕ НЕОБХОДИМО увидеть ЭТО!..

Уатт чуть раздраженно пожал плечами, хлопнул радиста по плечу — «продолжай, мол» — и легко, будто и не бродил наравне со всеми целый день по горам, взбежал на гребень. Примостился рядом со снайпером и взглянул, прикрываясь от солнца сложенной козырьком ладонью, в указанном направлении. Хмыкнув, поднес к глазам бинокль, долго смотрел:

— Ну и что это по-твоему такое, Стив?

Впереди и ниже, примерно в тысяче футов от них, по центру продолговатого кратера, лежало наполовину зарывшееся в каменистый грунт нечто длиной в полтора человеческих роста. Навскидку это нечто напоминало сброшенный за ненадобностью авиационный топливный бак, покрытый ртутно-серебристой, почти зеркальной краской, но только навскидку. Капитан весьма слабо представлял себе, из какого материала нужно сделать подобный бак, чтобы при падении он не просто воткнулся в камень, а еще и пропахал за собой длиннющую борозду! На неразорвавшийся боеприпас, упавший с внешней подвески разбившегося «бородавочника», штуковина тоже походила слабо — из тех же соображений.

— …сначала думал, что самолет сбросил, — сморгнув, капитан вернулся в реальный мир, с секундной задержкой догадавшись, что снайпер отвечает на им же самим заданный вопрос, — а потом понял, что не может быть.

— Почему?

— А вы сами посмотрите, — Майстерс протянул командиру снайперский сорокакратный монокуляр. — Бинокль штука хорошая, но у меня-то сороковка! На стенки воронки смотрите, — подсказал подчиненный, — видите?

— Вижу, — тихонько пробормотал капитан Уатт, только сейчас начиная что-то по-настоящему понимать. Склоны образовавшегося при падении «штуковины» кратера-воронки отчетливо отблескивали на солнце слоем спекшегося, остекленевшего камня. Почва вокруг тоже покрылась заметной даже с такого расстояния коркой. И это касалось уже не материала неизвестно откуда взявшейся серебристой сигары, а скорости, с которой она врезалась в землю.

— Позови Ласински с О'Нилом, мы спустимся вниз, посмотрим на эту блестящую радость поближе. Сам сиди здесь, приглядывай за нами, — капитан многозначительно крутанул головой.