Русская зима - Алексей Изверин

— Живой, какой еще. — Я отодвинул ее руки, закрыл комбез. — В любом случае, жить буду.

— Да уж точно теперь. — Проворчала Ленка. — Это ж додуматься надо, в одиночку на эту тварь, да еще и без прикрытия!

— Да ладно, проехали. — Я встал, подвигался. Все работало, система сама по себе запустила короткую диагностику и согласилась со мной, что все в порядке.

Маша еще раз выглянула из-за ширмы, увидела меня. Я ей улыбнулся, еле удержался от того, чтобы помахать рукой. Маша вымученно улыбнулась в ответ и тут же спряталась обратно.

Тамара внимательно посмотрела на меня.

— Так, живой и целый, значит. Хорошо.

— Так точно, товарищ командир!

— Ну, тогда иди в оружейную башню, помоги там… Народ спать хочет. Алексей, вы в кабину, подмените водителя. Елена, возьмите на себя дублирующие пульты системы управления огнем.

— Ну вот, всем все раздали. Теперь можно и поработать.

Я сменил в оружейном отсеке Вала, Лешка, у которого были какие-то навыки вождения тяжелой техники, сменил Алексея. Оба, Вал и Алексей, пошли отсыпаться. Вести машину дальше должны были мы.

Плечо уже совершенно не болело. В кресле оператора систем вооружения было очень удобно, и даже немного клонило в сон.

Потерев руками глаза, я стал рассматривать местность через экраны.

«Вараны» цепочкой перли на восток, особо и не скрываясь. Дорога тут шла хорошая, с беспилотника было видно еще километров сто, а то и все сто пятьдесят

Сто двадцать три километра восемь метров

Хорошей дороги, которая не особо сворачивала, шла себе и шла, постепенно удаляясь от скопления промышленных зданий.

Наш вездеход шел третьим, на расстоянии в пятьдесят метров от предыдущего. За нами так же виднелся угловатый нос следующего «Варана» и стволы его пулеметов.

— Ваша вахта шесть часов! — Сказала Тамара по трансляции.

Я вздохнул и приготовился ждать.

От нечего делать пролистал боевой устав, небольшую брошюрку, лежавшую на полке под пультом управления огнем. Ознакомился с обязанностями оператора, не очень обременительные, если нет боевой тревоги. Можно даже и подремать, но не рекомендуется.

Я как-то незаметно расслабился.

Много на экранах не увидишь. Только тактическая информация, побольше, чем обычно, но и не так уж и много. Дорога, холмы вокруг, чуть подальше горы и еще дальше горы. Немногочисленные поселки, определяемые радарами как скопления однородных объектов с заданными характеристиками. По правый борт проплыло большое болото, в котором система обнаружила мутантов, уже знакомых нам мишек плюшевых.

Ничего, никакой команды. Пусть живут.

Хотя нет… С замыкающего вездехода сорвалось три гранаты, ушли по крутой дуге в небо, а потом упали в озеро. Результата не видно, но озеро вдруг перечеркнуло красным, а потом окружающий болото овал стал светло-малиновым. Цели поражены, опасное место. Требуется контроль.

Болото медленно уплыло за край экрана.

Чем бы заняться? Комбез, что ли, новый подогнать нормально, опробовать?

Флешка! Флешка, что мы в деревне нашли — она же…

Я покрылся холодным потом. Чтоб тебя так…

«Лен подменишь меня на пару минут»

«Да без проблем»

Я вернулся к своему месту, где под лежаком, упакованный в мешок для бытовых отходов, лежали обрывки моего старого комбеза.

Все уже спали, горело только аварийное освещение, но мне-то что, у меня и ночное зрение хорошее.

Вынул мешок, распаковал горловину, просунул руку подальше. Ага, вот она ты, моя хорошая… Вытащил аккуратно. В последний момент опомнился, распустил уже сжатый кулак и оставил флешку в кармане. Вынул комбез весь, и стал прощупывать все карманы и прочее.

— Забыл что? — Донесся из угла сонный голос Алексея. — А на вахте?

— Лена. — Я ощупал карман со флешкой, незаметно распустил завязку у рукава комбеза и сунул туда руку. Легким движением пальцев флешка оказалась у меня в рукаве. Ну вот так, ну вот так и получше будет! — Кинжал где-то посеял.

— Да уж… Хорошо он тебя рванул! — Алексей перевернулся на другой бок. — Может, там и посеял, на площади? Новый спроси, их как грязи.

— Да наверное надо… — Я вынул руку, как можно незаметнее закрывая завязки комбеза, и стал запаковывать свой старый комбез обратно. Выглядел он не важно, разорван сильно. Да еще и шлем там же лежит, в пакете… Ждет утилизации. Или ремонта, что скорее всего.

Шлем-то теперь, как ни крути, счастливый! Самого оборотня выдержал, не подвел…

Неизвестные промышленные сооружения. Вероятные места поселений мутантов, 2123 год.

Шли мы всю ночь, а утром, едва громадное солнце показало свой край из-за холмов, колонна повернула в незаметный с первого взгляда распад.

Дорога тут была еле-еле проезжая, скорее даже не дорога, а просека, вдоль которой стояли покосившиеся железные конструкции. По центру шла небольшая и неширокая колея, уже почти что занесенная недавними снегопадами. В самый раз поместиться чему-то вроде «Алы», «Вепрю» уже впритык будет. По краям просеку уже завоевывала мелкая лесная поросль, елки и тонкие усики каких-то кустов. Иногда виднелись остатки чего-то разваленного, под сугробами.

Уверен, что, если ковырнуть сугробы, то под ним обнаружатся кирпичи древних строений. А если ковырнуть снег у нас под ногами, то мы точно увидим асфальт или даже железнодорожные рельсы.

Вездеходы, как здоровенные приземистые звери, давили новую колею, ломая некстати подвернувшиеся елки и отфыркиваясь во все стороны широкими фонтанами снега.

Как-то незаметно засветился сцинтиллятор, радиация начала медленно нарастать.

Тамара напряженно следила за экраном, на который транслировались кадры с авангардного вездехода, а я, как всегда, оказался у нее за спиной.

Через пару часов пути вышли к циклопическим развалинам.

Сначала на горизонте показались две верхушки труб. Выползли из-за вершины холма, проросли через елки, и упрямо уставились в небо. Круглые в сечении, грязно-черные на фоне серого облачного неба, растут и растут рядом друг с другом.

Изделие рук человеческих, бросившее вызов матери человека — природе. Попробуй-ка ты нас, природа, сломи! Ты нам не мама, да и вовсе даже бабушка.

А бабушки, как известно, любят внуков баловать, и закрывать глаза на их шалости.

Наверное, потому-то и стоят до сих пор громадные трубы и корпуса древних заводов, не заросли землей и елками древние города, не осыпались древние подземелья.

Природа бережет своих внуков. Хотя бывает строга к своим детям.

А потом мы вышли на прямую, просека раздалась вширь и прижала деревья к самым краям, и перед нами оказалась территория старого разваленного завода. Ну кому еще нужны такие трубы-то, кроме как древнему заводу?