Игра в прятки - Константин Муравьев

Но что главное – все эти системы в итоге должны вести к одному и тому же результату. К той цели, что поставил для себя боец или воин. И в этом случае появлялось множество разнообразных цепочек, выработанных на основе опыта использования того или иного стиля. И все они укладывались примерно в следующую последовательность: цель – то, что необходимо для достижения этой цели, то есть необходимая для этого связка ударов или цепочка взаимосвязанных комплексов ударов и блоков, и – достижение поставленной цели, как результат выполнения выбранной последовательности действий.

Я же пропускаю промежуточный этап подобных последовательностей. Знаю, что у меня есть, и знаю, что мне нужно. И выбираю то решение, которое приведёт к тому результату, которого я хочу достичь.

Это даёт мне и ещё одно преимущество. Я могу пользоваться всеми системами, к которым у меня есть доступ. Всеми, которые я знаю и освоил.

И поэтому я не привязан к одной поведенческой модели. Я свободен в своём выборе пути для достижения поставленной цели. Это и отличает меня от большинства людей и особенно от местных.

Их лишили многовариантности. Они действуют только в рамках выбранной для себя первоначально системы.

Это же относится и к магии, и к созданию магических формул или плетений. Местные пользуются уже готовыми шаблонами или даже целыми системами шаблонов, являющимися полноценными плетениями.

А я использую знание рун и более мелких и простых магических структур и конструкций, работая со всем этим как с составным конструктором, создавая при этом именно то, что мне нужно.

И вот результат.

Я оперирую плетениями, казалось бы, простыми, но о которых местные маги, даже более сильные и подготовленные, даже не догадываются.

«Вполне может быть», – согласился я со своими выводами.

Я уже множество раз замечал в примерах тех рунных формул, что мне были известны, их достаточно простую логическую линейность, отсутствие условий или внедрённых в них исключений. Все правила в основном базировались на принципе работы с одним, максимум двумя или тремя типами энергий, что само по себе служило неким ограничивающим фактором. И дальше этого искусственно выставленного ограничителя местные маги и не старались заглянуть.

Но у меня-то такой проблемы не было. И поэтому мне пришлось мыслить и работать несколько более развёрнуто и разносторонне, при этом создавать рунные формулы, обрабатывающие в своей основе более сложную логику принятия тех или иных решений. Что, как оказалось, значительно отличалось от тех принципов, по которым работали все местные маги.

И, что самое важное, это, как и в случае с моей боевой подготовкой, давало мне гораздо большую свободу выбора при создании тех или иных плетений и значительно повышало эффективность их работы и гибкость использования.

Единственные плетения, чья вариативность была значительно сложнее той, что использовалась мной, – это плетения древних магов, которые я успел разобрать. Но, как я понимаю, это были существа, люди, ну или кто они там, совершенно иного порядка.

Хотя, как я думал сначала, и нынешние маги должны были использовать в своей работе их основополагающие принципы. Но, похоже, это было далеко не так.

Вообще, у меня складывалось впечатление, что местные пользуются значительно более упрощённым, урезанным вариантом тех знаний, какие были у древних. Будто кто-то специально адаптировал их под менее развитое восприятие.

И вывод у меня напрашивался всего один: сделать это могли только древние.

Однако проверить это я никак не мог. Не хватало ни умений, ни знаний. Нужны более надёжные источники информации. Так что разбор этой проблемы и выплывших вопросов я решил отложить на потом. Сейчас от них не было никакой ощутимой пользы.

Тем более у меня была более значимая проблема, требующая моего внимания. Необходимо заняться Элаей.

И поэтому пока я оставил тему странного направления развития магического искусства в этих мирах за пределами своего внимания и сосредоточился на девушке и её сестре.

– Сейчас важно не это, – сказал я Некае и показал на её сестру: – Нам пора.

– Да, – согласилась демоница.

Но тут её взгляд скользнул по моей руке. И она вновь поражённо посмотрела мне в лицо: – Ты смог её приручить?

Я взглянул на проявившуюся на моей руке татуировку, слегка сверкнувшую на солнце красновато-медным оттенком.

– Есть такое дело, – согласился я, – только, как мне это удалось и что мне это даёт, я сказать не могу. – Я заметил обиду в глазах девушки, промелькнувшую после моих слов, и поэтому сразу пояснил, чтобы никаких недомолвок между нами не было: – Как очнулась саламандра и что послужило этому причиной, я сказать не могу. Но когда я закончил со своими делами, там, – и махнул рукой в направлении того места, где состоялся бой, – на поляне, её уже не было. Когда же я после этого своего открытия обернулся, то обнаружил её за своей спиной. А потом это невероятное создание взяло и просто лизнуло меня в лицо. Что потом происходило, мне не известно. Я на некоторое время потерял сознание. Но когда очнулся, эта татуировка была уже на моей руке. Вот в общем-то и всё. – И я посмотрел на девушку. – Да, – спохватился я, – и я хотел узнать, что мне даёт столь плотно связанный со мной источник энергии?

– Невероятно, – прошептала девушка, – я когда-то читала о подобном, но чтобы самой увидеть человека, который выдержал бы слияние со стихией, да ещё и не его собственной, не родственной ему, – это просто что-то нереальное. – И девушка в который уже раз покачала головой, с изумлением глядя на меня. – Ты знаешь, что ты очень необычный хуман? – спросила она.

– Есть такие подозрения, – честно признался я.

Она всмотрелась в моё лицо, кивнула каким-то своим мыслям и стала рассказывать:

– Будь ты магом огня, у тебя был бы собственный неиссякаемый источник магической энергии. Ну и ещё слияние со стихией позволяет перевоплощаться в эту самую стихию. Правда, большего я тебе сказать не могу. В наших мирах очень мало литературы, касающейся подобных вопросов.

– Понятно, – кивнул я.

На этом мы и прекратили разговор. Нужно собираться в путь.

Мы навьючили животных, я аккуратно прикрепил самодельные носилки между двумя грифонами, которых мы взяли ещё на заставе.

«Как знал, что от повозки мне придётся рано или поздно избавиться», – посмотрел я на свою конструкцию и ещё раз оглядел поляну.

– Можно выдвигаться.

– Хорошо, – кивнула Некая.

Я стал закачивать в неё тёмную энергию из ближайшего источника. Собственных запасов девушке не хватало на открытие врат, которые смогли бы позволить пройти через них нескольким существам.

Я наблюдал за тем плетением, что творила девушка, анализируя его с помощью распознавателя, как я стал называть ту формулу, что позволяла преобразовывать любые магические явления, структуры или элементы в магические формулы, составленные на рунном алфавите древних.