Темный лес - Лю Цысинь

Присмотревшись, он заметил, что ярус голограмм состоит из экипажей кораблей преследования. Прямо в центре стояли пять полковников: Дунфан Яньсюй и капитаны четырех других кораблей. Все они, кроме Дунфан Яньсюй, были передаваемыми по радио голограммами. Когда Чжан Бэйхай вошел в отсек, на нем сосредоточились взгляды пяти тысяч человек — и в этих взглядах не было ни злобы, ни осуждения. Так не смотрят на предателя.

Капитаны поочередно приветствовали Чжан Бэйхая:

— «Синий космос», Азиатский флот!

— «Энтерпрайз», Североамериканский флот!

— «Глубокий космос», Азиатский флот!

— «Высший закон», Европейский флот!

Дунфан Яньсюй салютовала последней:

— «Естественный отбор», Азиатский флот! Сэр, от космического флота Земли остались лишь эти пять кораблей звездного класса. Вы спасли нас от уничтожения. Примите командование!

* * *

— Это конец. Полный развал! Всеобщая депрессия! — Ши Сяомин вздохнул и покачал головой. Он только что вернулся из подземного Пекина. — В городе анархия. Повсюду хаос.

Руководители поселка собрались на заседание местного самоуправления. Две трети из них составляли проснувшиеся; остальные были людьми, родившимися в этом времени. Разница между ними была теперь очевидна: и те, и другие пали духом; но тогда как проснувшиеся, несмотря на уныние, держали себя в руках, психика современных балансировала на грани психического припадка и за время совещания неоднократно перешагивала за эту грань. Слова Ши Сяомина плеснули бензина в огонь. На глаза председателя навернулись слезы, а когда он, плача, прикрыл лицо руками, разрыдались еще несколько присутствующих из современных. Глава отдела образования истерически захохотал, а пара других современных чиновников с рычанием смели на пол свои кофейные кружки.

— Успокойтесь! — приказал Ши Цян. Он говорил негромко, но веско; это утихомирило современных. Председатель и другие плачущие постарались овладеть собой.

— Совсем как дети… — покачал головой Хайнс. Он присутствовал на заседании в качестве делегата от населения. Пожалуй, лишь ему разгром объединенного флота пошел на пользу — реальность больше не противоречила его ментальной печати. А прежде он ужасно мучился перед лицом неотвратимой победы землян и был даже близок к нервному срыву. Он ездил в городской госпиталь, но опытнейшие психиатры оказались бессильны. Впрочем, они предложили любопытную идею, которую Ло Цзи и поселковое руководство помогли осуществить. Врачи предложили создать вымышленную реальность, в которой человечество проиграло, — наподобие того, как это изображается в рассказе «Осада Берлина» Альфонса Доде или старом фильме «Гуд бай, Ленин!». Технология виртуальной реальности уже широко использовалась, поэтому задача была не из сложных. Каждый день Хайнс сидел дома и смотрел новости, которые фабриковали специально для него. Трехмерная компьютерная графика не отличалась от подлинного репортажа. Ему показывали, как часть трисолярианского флота ускоряется и входит в Солнечную систему раньше, чем ожидалось; как объединенный флот Земли сражается в поясе Койпера и несет тяжелые потери. А потом все три флота не справляются с обороной у орбиты Нептуна и с трудом организуют сопротивление возле Юпитера…

Сотрудник, занимавшийся подготовкой новостей для Хайнса, настолько погрузился в свой вымышленный мир, что, узнав о реальном разгроме, едва не тронулся умом. Он полностью истощил свою фантазию, живописуя поражение человечества, — как ради Хайнса, так и чтобы показать себя во всем своем профессиональном блеске. Но жестокая действительность далеко превзошла его воображение.

Когда после трехчасовой задержки картина разрушений достигла Земли, люди превратились в ораву отчаявшихся малышей, а человеческий мир — в детский сад, обуянный кошмарами. Массовая истерика распространялась со скоростью лесного пожара; в городах начались беспорядки.

В поселке, где жил Ши Цян, все служащие рангом выше него либо подали в отставку, либо просто психически сломались, прекратив выполнять свои обязанности. Тогда Ши Цяна назначили исполняющим обязанности местного руководителя. Может, не такой уж и важный пост, но в руках Ши Цяна оказалась судьба всего городка проснувшихся. К счастью, по сравнению с жителями подземного города проснувшиеся неплохо владели собой.

— Не забывайте, в какой ситуации мы оказались, — заговорил Ши Цян. — Если что-нибудь случится с механизмами жизнеобеспечения подземного Пекина, там станет как в аду и все побегут на поверхность. Тогда нам здесь не выжить. Нужно подумать о переселении.

— И куда же нам деваться? — спросил кто-то.

— Куда-нибудь в слабо заселенные районы; например, на северо-запад. Конечно, мы сначала пошлем людей на разведку. Сейчас невозможно предсказать, что произойдет с миром, будет ли вторая Великая падь. Нам надо подготовиться к выживанию исключительно натуральным хозяйством.

— А Капля нападет на Землю? — спросил другой.

— На кой ляд зря трепать себе нервы? — потряс головой Ши Цян. — Все равно мы ничего не можем сделать. Да и до того, как она пробьет Землю, нам тоже надо как-то жить, разве не так?

И тут впервые с начала заседания заговорил Ло Цзи:

— Совершенно верно. Тревоги — напрасная трата сил и времени. Уж кому-кому, а мне это доподлинно известно.

* * *

Семь уцелевших космических кораблей двумя группами летели прочь от Солнца. В одну группу входили пять кораблей — «Естественный отбор» и его недавние преследователи. Другую составляли «Квант» и «Бронзовый век». Два мини-флота находились на разных концах Солнечной системы и, двигаясь практически в противоположных направлениях, все больше удалялись друг от друга.

Когда Чжан Бэйхай на «Естественном отборе» выслушал доклад об уничтожении флота, выражение его лица не изменилось. С невозмутимым взором он негромко сказал:

— Плотный строй — непростительная ошибка. Все остальное — ее неизбежное следствие.

— Товарищи, — обратился он к пятерым капитанам и выстроившимся тремя ярусами офицерам и рядовым. — Я называю вас этим древним словом потому, что хочу, чтобы начиная с сегодняшнего дня мы стали единомышленниками. Каждый из вас обязан понимать ситуацию и представлять себе наше будущее. Товарищи, обратной дороги нет!

И в самом деле, вернуться они не могли. Капля, разметавшая объединенный флот, оставалась где-то в Солнечной системе, а через три года появятся еще девять. Родина беглецов превратилась в западню. Согласно получаемым сведениям, человеческой цивилизации настанет конец еще до прибытия основного флота Трисоляриса. До Судного дня оставалось совсем мало времени. На долю пяти кораблей выпала ответственность нести цивилизацию людей в будущее. Но они были способны лишь лететь вперед, в глубины космоса. Корабли навсегда станут их домом, а космос — местом их упокоения.

Все вместе пять с половиной тысяч человек экипажа мало чем отличались от младенца, у которого отрезали пуповину и безжалостно швырнули в пучину космоса. И, подобно младенцу, им оставалось только плакать. Но в глазах Чжан Бэйхая горела стальная воля. Она помогла экипажу удержать строй и выправку. Детям, выброшенным в безбрежную ночь, прежде всего нужен отец. Теперь, вслед за Дунфан Яньсюй, они нашли отца в лице солдата давно ушедших времен.